Расстование с прошлым

– И как долго ты там будешь?

Они стояли на железнодорожном вокзале. Друг на против друга. Отрешенные и неподвижные. Лишь изредка их губы доносили обрывки неких фраз, дабы разрушить убивающую тишину. На улице было так холодно, но ни один из них так и не решался приблизиться к другому ближе, чем на метр.

— Год, не меньше... — От этого ответа, такого холодного, такого... безразличного, Макса будто бы кольнуло что-то, напоминающее холодное оружие. Он перевёл взгляд со своего напарника на приближающийся поезд. Он пытался сделать всё, лишь бы стоящий напротив не видел слез, накатывающихся на глаза.

—Я буду скучать... — Будто бы мысли в слух произнёс Макс. Он вновь перевёл взгляд на парня напротив, но тот всё по-прежнему смотрел куда-то, но не на него. — Никита... — Прошептал он, но стоящий напротив парень будто бы не слышал его, а может так и было, — ...А ты будешь? — Еле слышно продолжил Максим. Но Никита, как и прежде не слышал его. Он лишь наблюдал за подъезжающим поездом, уменьшающего собственную скорость с каждой минутой.

Тогда, Максим решил разрушить невидимую стену между ними, и легким движением руки дотронулся до ладони стоящего напротив парня. Это прикосновение было таким желанным, но таким осторожным. И это прикосновение в момент разбудило Никиту от некого транса. Он отпрянул от Макса, забирая из его ладони свою, будто бы Макс обжог его, или хуже, сделал ему ещё холоднее.

— Что ты делаешь?! — Возмутился Никита, — Здесь столько людей... Могут не так понять! — Парень будто бы и не слышал сказанное Максом раннее, и теперь был ошарашен и одновременно возмущён, таким, на первый взгляд, незначительным жестом со стороны его собеседника.

— Но я...

— Ох, просто молчи! — Не дав договорить, перебил Никита, — Я понимаю, что тебе сложно. Поверь, мне не лучше, но каждый из нас знал, что эти отношения обречены! Они просто невозможны! — С каждым словом тон Никиты всё повышался. — Ты же и сам знаешь, как глупо вечно всё держать в тайне, отшучиваться на каждый «шип» со стороны друзей. — Он сделал тяжёлый вздох, и закрыл глаза — Мне это надоело.

Повисла тишина. Молчание, которое было прежде не могло сравниваться с той, что наступила сейчас. Никита всё так же с закрытыми глазами дотронулся пальцами до переносицы, запрокидывая голову, словно в его мыслях творился такой хаос, от которого он не знал, как спастись, тем временем, как Макс, просто стоял, как статуя, опустив голову, и казалось, будто вот-вот слёзы пойдут сами собой.

— Ты будешь скучать? — В полушёпоте переспросил Макс. Будто ответ на этот вопрос мог что-то изменить, что-то очень важное, сравнимое с мировыми политическими проблемами.

— Это так важно? — Без единой эмоции поступил ответ.

Наконец их взгляды пересеклись. Они просто смотрели друг другу в глаза и не желали ничего говорить. Каждый оттягивал этот момент как можно дольше, и лишь женских голос с радиостанций. Пришло время.

Этот голос отвлёк их, заставил отвести друг от друга взгляды, но вмиг, Никита резким движением подошёл к Максу, и не смотря на него, обнял. Обнял так, будто это была последняя их встреча в жизни. Всего лишь год, но каждый будто чувствовал, что под словом «год» подразумеваются года, а то и вечность.

— Да, я буду скучать... — Прошептал на ухо Никита. Тепло у лица заставило Макса встрепенуться. Он поучаствовал, как волосы на его шеи встали дыбом от услышанного, но улыбка сама собой расплылась на лице.

Никита отпустил парня. Он поднял чемоданы, находившиеся у его ног, и перевёл взгляд на тот самый поезд, что вот-вот должен был отъезжать. Макс наблюдал за ним, пытался словить его взгляд, но всё было напрасно. Никита молча зашёл в поезд и не оборачиваясь, прошёл в его глубь.

Наконец, двери поезда закрылись и под громкие голоса людей и радиостанции, поезд тронулся, оставляя за собой лишь пустые рельсы.

И лишь сейчас, Макс поднял глаза уже исчезающему на горизонте поезду:

«Ты первый, кого я когда-либо любил. Боюсь, я не смогу почувствовать того же вновь...» — И с этими мыслями, он покинул вокзал.