14.1 счастлива?

- Только веди себя нормально, - сказала я, поправляя ему галстук. Казалось, он никогда в жизни не надевал смокинг: всё время ворчал и нервно оттягивал пиджак, будто тот душил его.

Мы стояли у дверей моего дома. У меня дрожали руки и бешено колотилось сердце. Нужно, чтобы всё прошло идеально. Лео подхватил меня под руку, и мы вошли.

Дома нас встречали отец, Рене и Марс. Я бросила взгляд на последнего, и в груди кольнуло горечью. Я понимала, что слабачка - не смогла сказать какому-то парню, что люблю его. Мне было страшно. Страшно до безумия - всего три обычных слова, но они способны перевернуть мою жизнь на триста шестьдесят градусов.

- Здравствуйте, - первым оживился Лео, пожал руку отцу и Марсу, а затем галантно поцеловал руку Рене. - Леонель.

Он выглядел по-богатому элегантно. Я бы ни за что не поверила, что ещё несколько минут назад этот человек проклинал галстук и мечтал его сорвать.

Мы расселись за столом. Я глубоко вздохнула, готовясь к худшему.

- Леонель, прошу прощения за, возможно, неуместный вопрос, но, не поймите превратно, я обязан его задать, - начал отец. - Каков ваш заработок?

- Вполне нормальный вопрос для отца, который должен отдать дочь замуж. У меня свой бизнес, я достаточно обеспечен, так что не переживайте, - Лео был невозмутимо спокоен и моментально располагал к себе.

Услышав его ответ, отец расплылся в довольной улыбке.

...

Весь вечер Рене сверлила нас взглядом. Ей явно не нравилось происходящее, но я не могла понять одного: почему?

- Мишель, милая, отойдём ненадолго. Пусть мужчины побеседуют наедине, - произнесла она с наигранной вежливостью.

Пришлось встать, оставив Лео одного. Мы прошли на кухню.

- Что вам от меня нужно? - грубо спросила я, скрестив руки на груди.

Едва переступив порог кухни, мы мгновенно сорвали маски. Смотрели друг на друга с откровенной неприязнью.

- Чего ты добиваешься, девчонка?

- Ничего. Выхожу замуж. Вам же это на руку: я уйду, и никто не будет мешать.

- Ты ещё не поняла, идиотка? Если ты выйдешь замуж, твой отец станет переживать и думать о тебе ещё больше. Мне оно надо? Говори уже, что тебе пообещал этот идиот.

- Ничего. Я же сказала: я люблю его.

- Ты можешь одурачить Рафаэля или моего сына-идиота, но не меня. Я не тупая. Ты не просто так выходишь замуж, и, поверь, я узнаю истинную причину, - бросила Рене и вышла, хлопнув дверью.

Я повернула голову к выходу на улицу. На пороге стояла Джейн и молча смотрела на меня. Она тоже догадывалась - я видела это по её глазам. Но никак не отреагировала, просто тихо ушла.

Вечер прошёл даже лучше, чем я думала. Папе понравился Лео - значит, полдела сделано. Осталось только сыграть свадьбу.

Я сидела у себя в комнате и рисовала. Это помогало забыться, не думать о свадьбе, о Рене, о Марсе. Когда я рисовала, то ныряла в это дело с головой и приходила в себя, только когда рисунок был закончен. На холсте проступала невеста - одинокая, стоящая посреди бушующего океана, бесконечно несчастная. Я накрыла холст тканью. Никто не должен этого увидеть.

POV Марсель

Лёжа в кровати, я думал лишь об одном. Точнее, об одной. Мишель не выходила у меня из головы весь вечер. Я смотрел на её жениха и готов был убить его прямо за столом. Я соврал. Соврал Адриану, соврал самому себе. Я не смог её отпустить. Разве можно отпустить того, кто не вылезает из головы? Я ненавидел себя. Её. Её парня. Её отца за то, что тот согласился отдать её замуж за другого. Отдать мою Мишель. Она должна быть только со мной. Я не выживу без неё. Я не смогу жить с пониманием, что её целует кто-то другой, что с ней в одной постели сплю не я.

И вот я уже стою у двери её комнаты. Заношу руку, но не решаюсь постучать.

- Извини, Марсель, ты что-то хотел? - раздался сзади голос Джейн. Она стояла с подносом риса с овощами.

- Слушай, Джейн, иди отдыхай. Я сам отнесу, - я почти выхватил у неё поднос и, дождавшись, пока она уйдёт, постучал.

После негромкого «войдите» я вошёл.

- Привет, - я постарался улыбнуться и, поставив поднос на стол, присел на край кровати.

- Привет. Спасибо большое.

- Рисовала что-нибудь сегодня?

- Да нет... устала сильно, - она запнулась, отводя взгляд.

- Устала? Я могу уйти.

- Нет, не надо. Всё хорошо.

После того как Мишель впервые рассказала мне о замужестве, между нами повисла эта невыносимая неловкость и она была с нами повсюду.

- Миш, ты счастлива?

- В каком смысле?

- Просто ответь. Ты счастлива?

- Ну... вроде.

- Хорошо. Тогда я рад.

И снова это тягучее молчание. Я ненавидел его всем сердцем, но ничего не мог поделать. Просто встал и ушёл.

- Спокойной ночи, Миш. Надеюсь, ты счастлива, - сказал я напоследок и скрылся за дверью.

Она счастлива, Марс. Смирись. Ты ничего с этим не сделаешь.

«Ты не можешь заставить кого-то любить тебя. Все, что ты можешь сделать, - это стать человеком, которого можно полюбить. Остальное зависит от них».Оскар Уайльд