7.1 Клоун для стервы

Я проснулась от женского крика и, очнувшись, поняла, что это Рене.

- Марсель де Вилль, что ты сделал! - вопила ведьма своим противным голосом. Бедный Марс, что же он успел с утра пораньше натворить? Видеться с ней мне совсем не хотелось, поэтому я попыталась снова провалиться в сон - сегодня же выходной.

- Мама, тихо, ты разбудишь Мишель.

- Когда тебя стала волновать эта девочка?

Их голоса проникали сквозь стены, не давая уснуть. Пришлось подняться. Я зашла в ванную при своей комнате, умылась и начала выбирать, что надеть. Выбор пал на белый лонгслив и чёрную мини-юбку. На ноги надела сапожки от Saint Laurent, а волосы заплела в зализанный высокий хвост.

Когда я спустилась вниз, дома никого не было. Папа с Марсом уехали в офис, а Рене опять умчалась по своим делам. Я открыла холодильник и застыла. Там лежали только овощи, фрукты, соевое мясо и натуральные соки. Куда делось всё настоящее мясо? Закрыв дверцу, я заметила на магните записку.

«Убивать животных ради сытых животов - это ужасно!Мишель Де Вилль.»

Я улыбнулась, прочитав послание. Теперь понятно, почему Рене кричала с утра: эта убийца не получила на завтрак своего любимого мяса.

- У-у-у, как это мило, - раздался у меня за спиной голос тёти, и я вздрогнула.

- Жак! Ты с ума сошла, не пугай так, - я сунула бумажку в карман.

Тётя Жаклин была огненно-рыжей и по характеру под стать цвету волос - такая же яркая и несгибаемая. Она президент компании по защите прав женщин и сколько я себя помню, всегда топила за феминизм. Мужа у неё нет, она неизменно отмахивалась от расспросов фразой: «Ещё не нашёлся мужчина, который стерпит мой характер». И это была чистая правда. Мне часто говорили, что по характеру я пошла в тётю.

- Ты не рассказывала, что у вас с Марселем такие близкие отношения, - Жаклин ехидно улыбнулась.

- Нет у нас с ним близких отношений... То есть никаких нет, - замялась я.

- А он, видимо, так не считает.

- Да всё, нет у нас ничего такого, он мой брат.

- Сводный, - подмигнула мне Жаклин и ушла в комнату

Весь день я рисовала, потом зубрила историю моды к экзамену. Я почти выучила этот ужасный термин Prêt-à-porter, когда зазвонил телефон. На экране высветилось: «Марс».

- Алло?

- Привет, что делаешь? - голос Марса звучал так же беззаботно, как всегда, и это успокаивало.

- Учусь.

- На выходных? Так не пойдёт. Собирайся, я подъеду через двадцать минут. Только, пожалуйста, не надевай платье, а то будет плохо.

- Чего? Куда?

- Вообще-то по правилам дорожного движения Франции я не могу разговаривать по телефону за рулём, так что пока-пока! - весело выпалил Марс и сбросил звонок.

Я вздохнула. Типичный Марс. Я понятия не имела, что надеть, ведь не знала, куда мы едем. Но примерное представление имела: я еду с Марселем.

Достав свои единственные джинсы-клёш и оверсайз кофту, я посмотрела на себя в зеркало. Выглядело ужасно непривычно, но делать было нечего: «не одевай платья». Чем ему платья не понравились?

Я стояла у дома и ждала Марса. Он опаздывал на десять минут. Наконец на горизонте показалась его машина.

- Ты опоздал, - предъявила я, садясь в салон.

- Всего на пять минут.

- На десять.

- Ты прекрасно выглядишь не в платье, - заметил парень, окинув меня одобрительным взглядом.11ф

- Ну да, а в платье, видимо, ужасно.

Марс рассмеялся.

- Ты знаешь, о чём я. Почему ты вообще носишь только платья? Я думал, у тебя джинсов нет.

- В детстве родители заставляли, а теперь это просто привычка.

Глаза Марса загорелись какой-то идеей.

- А ты не хотела бы немного сменить гардероб?

- Чего? Марс, нет.

- Да, поехали!

Я вздохнула. Спорить с Марсом бесполезно, все это знали. Пришлось согласиться. Он резко развернул машину, и мы направились в сторону магазинов.

Через несколько минут мы оказались на незнакомой мне улице. Она вся была увешана яркими гирляндами, а по обеим сторонам теснились прилавки с едой и магазинчики с одеждой. Я заинтересованно оглядывалась по сторонам, ловя на себе любопытные взгляды прохожих - они смотрели на меня так, будто я была инопланетянкой.

- Где мы, Марс?

- Мы на парижской барахолке.

- Где? - переспросила я, впервые услышав это слово.

- Ты не знаешь, что такое барахолка? - Марс весело улыбнулся. - Это рынок без ценников. Никаких пошлых витрин и навязчивых продавцов. Вещи лежат просто так, и ты сама решаешь, сколько они для тебя стоят. Главный кайф - найти раритетный винтаж, который не купишь в бутике: старый хрусталь, советскую оптику или книгу с историей. Это охота за артефактами.

- Сама решаю? Это как?

Марс взял меня за руку и потащил вперёд.

- Пойдём, покажу.

Мы зашли в крошечный магазинчик, забитый винтажной одеждой. У меня разбегались глаза: кружевные кофты, приталенные рубашки, корсеты, джинсы со стразами, грубые ботинки. Марс по-хозяйски снимал вещи с вешалок, демонстрируя их мне, и когда он набрал уже семь штук, я напомнила, что пора остановиться.

Мы подошли к кассе, где стоял высокий француз.

- Je prends tout pour 20€, - сказал Марс на безупречном французском. Я удивлённо вскинула брови.

- Bien sûr, nous allons tout arranger maintenant, - кивнул продавец.

Мы вышли из магазина с ворохом пакетов.

- У тебя очень хороший французский. Ты где-то учился?

- Мама учила, говорила, пригодится. Пригодилось только для переговоров с такими французами, - усмехнулся Марс.

Мы ещё около часа бродили по барахолке, а потом он сказал, что мы едем на «точку».

- Ты можешь конкретно сказать, куда ты меня везёшь? - спросила я, кажется, в десятый раз за вечер.

- На вечеринку, - сдался он. - Тусовка в честь открытия летнего сезона по тайскому боксу. Не дала мне сохранить интригу.

- Чего? И что мне делать на ваших драках?

- Да не будем мы драться. Адель подумала, что одной ей будет скучно.

- А, значит, ты везёшь меня клоуном для этой стервы? Шикарно, - я скрестила руки на груди.

- Ты можешь видеть в вещах плюсы? Отдохнёшь, потанцуешь, пообщаешься, выпьем.

- Достал уже со своими плюсами. Нет в жизни ни плюсов, ни минусов - есть то, что мне не нравится. И сейчас мне не нравится эта вечеринка.

- Мы ещё даже не приехали.

- Ещё не приехали, а мне уже не нравится.

- Я не знаю ни одной вещи, которая тебе нравится.

- Таких много. И тусовки туда не входят.

- Хорошо, я отвезу тебя домой. Придётся опоздать, - я прочитала по губам, как он начал считать от одного до десяти, делая глубокий вдох.

- Ты манипулятор, - буркнула я.

- Чего?

- Хорошо, поехали на твою вечеринку.

После моих слов Марс широко улыбнулся, а потом и вовсе рассмеялся. Глядя на него, я не выдержала и тоже рассмеялась. Машина набирала скорость, рассекая ночной Париж, и настроение, вопреки всему, начало подниматься.