Часть 9.Гран-при,нарушение

Марселла села в кресло, скрестила ноги и посмотрела на Макса с лёгким раздражением.— Тебе понять сложно, – произнесла она ровным голосом, но в глазах читалась напряжённость.Макс опустился на диван напротив, откинулся на спинку и скрестил руки на груди.М: — Тебя тоже, – парировал он. – Ты иногда ведёшь себя как избалованная принцесса.Марселла резко выпрямилась, её взгляд стал острым, как лезвие.— А ты — как придурок, который не знает границ, – ответила она без паузы, чётко выговаривая каждое слово.Макс не изменился в лице, лишь чуть прищурился и, выдержав паузу, спокойно произнёс.М: — Потому что ты моя.

В комнате повисло напряжение.Марселла выпрямилась ещё сильнее, её пальцы слегка сжались на подлокотнике кресла.— А я напомню, – её голос стал холоднее, – в контракте есть пункт, который запрещает тебе трогать меня без моего согласия.Макс закатил глаза, но в его взгляде промелькнуло что‑то похожее на досаду.М: — То есть вообще не трогать? – с иронией уточнил он.— Не вообще, – Марселла слегка наклонила голову, подчёркивая каждое слово. – Исключение — вести за руку и только в публичных местах, если это нужно для имиджа.М: — Постараюсь, принцесса, – Макс слегка усмехнулся, но в тоне уже не было прежней насмешки.— Не постараюсь, а сделаешь, – отрезала Марселла твёрдо. – Это не просьба, а условие.Макс помолчал, затем неожиданно поднялся, подошёл ближе и мягко прикоснулся к её колену.М: — Я вроде нормально сказал попробую, – произнёс он, глядя ей прямо в глаза.Марселла тут же убрала его руку резким, но сдержанным движением.— Так пробуй, – холодно ответила она. – Без лишних жестов.Она встала, расправила плечи и направилась в гардеробную.Её шаги были уверенными, спина — прямой, но внутри всё ещё бурлило от смеси раздражения и непонятного волнения.

Макс остался на месте, наблюдая, как она скрывается за дверью.Он провёл рукой по волосам, вздохнул и тихо пробормотал себе под нос.— Ну и характер...Но именно это в тебе и цепляет.Он опустился обратно на диван, взял пульт от телевизора, но не включил его.Мысли крутились вокруг их диалога — он понимал, что перешёл черту, но не мог перестать думать о том, как Марселла умеет держать дистанцию и одновременно притягивать к себе.Из гардеробной доносился тихий шорох одежды — Марселла что‑то перебирала на полках, стараясь успокоиться.Она остановилась перед зеркалом, посмотрела на своё отражение и тихо прошептала— Держать границы.Но где‑то глубоко внутри она осознавала: эти границы становились всё тоньше, а их перепалки — всё более личными.

Вскоре Марселла вышла из гардеробной — на ней была пижама от Victoria's Secret: шёлковая рубашка с изящной вышивкой и шорты с кружевной отделкой.Волосы она распустила, и они мягкими волнами легли на плечи.Она прошла к кровати и расстелила её, аккуратно взбивая подушки.Макс, который всё ещё сидел на диване с ноутбуком, поднял взгляд и с нарочитой печалью произнёс.М: — Я, видимо, опять на диване...Марселла обернулась, окинула его взглядом и с лёгкой насмешкой предложила.— Можем поменяться, если болит спина.Макс тут же оживился, изображая страдальца.М: — Очень болит..А можно массаж?Марселла закатила глаза, схватила ближайшую подушку и швырнула в него.— Тебе надо — ты и делай.

Подушка угодила Максу прямо в грудь.Он поймал её, рассмеялся и откинулся на спинку дивана.М: — Ну ладно, – протянул он. – Значит, без массажа.Но хотя бы одеяло мне оставь, принцесса.— Оставляю, – Марселла подошла к шкафу, достала второе одеяло и бросила его на диван. – Но если ночью услышу шаги в сторону кровати — выкину в коридор.М: — Понял, – Макс демонстративно скрестил руки на груди. – Буду лежать тихо, как мышка.Она покачала головой, но не смогла сдержать лёгкой улыбки.Подойдя к кровати, Марселла откинула одеяло и аккуратно улеглась, поправив подушку.— И свет выключи, когда будешь ложиться, – добавила она, поворачиваясь к стене.М: — Слушаюсь и повинуюсь, ваше высочество, – шутливо отсалютовал Макс.

Он закрыл ноутбук, встал и подошёл к выключателю.Комната погрузилась в полумрак, лишь слабый свет уличных фонарей пробивался сквозь шторы.Макс устроился на диване, накрылся одеялом и несколько минут молча смотрел в потолок.Тишину нарушал только тихий шум кондиционера и отдалённый гул города за окном.М: — Марселла, – негромко позвал он через пару минут.— Что? – отозвалась она, не поворачиваясь.М: — Спасибо, что оставила одеяло.Она помолчала, потом тихо ответила.— На здоровье,спи уже.Макс улыбнулся в темноте и закрыл глаза.В груди разливалось непривычное тепло — не от одеяла, а от чего‑то другого, более важного.От того, что они здесь, вдвоём, пусть даже в разных местах комнаты.Марселла лежала, прислушиваясь к его дыханию.Постепенно оно становилось ровнее, глубже — Макс засыпал.Она тоже расслабилась, чувствуя, как усталость дня уходит, уступая место спокойствию.Может, он не такой уж невыносимый, – мелькнула мысль, прежде чем сон окончательно окутал её.

Утром Марселла проснулась от аппетитного запаха кофе и панкейков.Она открыла глаза, потянулась и привстала на локтях.У небольшого столика у окна стоял Макс: в простой белой футболке и чёрных шортах он аккуратно расставлял блюда, которые только что принёс официант.Марселла прищурилась, разглядывая сервировку, и с лёгкой иронией произнесла.— Пытаешься меня задобрить?Макс обернулся, улыбнулся и ответил.М: — И тебе доброе утро.— Доброе, – кивнула Марселла, садясь на кровати. – Надеюсь, не как вчера — с той ужасной сервировкой.Макс закатил глаза.М: — Какая разница? Еда же одна и та же, что так, что не выпендривайся.— Мне есть разница, – твёрдо сказала Марселла, вставая с кровати. – Всё должно быть по этикету.Вилка слева, нож справа, чашка под углом 45 градусов...Это не просто капризы, а базовые правила.

Она подошла к столу и принялась переставлять приборы — аккуратно, с присущей ей педантичностью.Макс наблюдал за этим с выражением лица, которое ясно говорило: Ну вот, опять.В его взгляде читалась смесь раздражения и восхищения её упорством.Сначала Марселла поправила расположение тарелок — сдвинула их на пару сантиметров влево, чтобы они идеально совпадали с линиями скатерти.Затем переставила чашки ближе к краю, развернула блюдца под нужным углом.Вилки легли строго параллельно друг другу, ножи — лезвием к тарелке.Даже салфетки она сложила особым способом — в форме лебедя, чему научилась на каком‑то светском мероприятии.Макс скрестил руки на груди и вздохнул.М: — Ты серьёзно? Мы что, на приёме у королевы? Это просто завтрак перед гонкой,а не государственный ужин.— Этикет — это уважение к себе и к процессу приёма пищи, – невозмутимо ответила Марселла, расправляя последнюю салфетку. – Когда всё на своих местах, еда кажется вкуснее.Он фыркнул.М: — Ну конечно.По-твоему, если вилку положить не там, панкейк станет невкусным?— По-моему, – Марселла подняла взгляд, – если уж делать что‑то, то делать правильно.

Макс покачал головой, но в уголках губ дрогнула улыбка.Он подошёл ближе, взял один из идеально сервированных приборов и шутливо поклонился.М: — Ваше величество, осмелюсь заметить, что кофе уже остывает.Марселла не смогла сдержать смешок.— Садись уже и постарайся не хватать еду руками, как вчера.М: — Постараюсь сдержать свои дикие инстинкты, – с пафосом ответил Макс, усаживаясь за стол.Они сели друг напротив друга.Марселла налила кофе — сначала Максу, потом себе, соблюдая все правила.Он наблюдал за её движениями, за тем, как она аккуратно берёт вилку, как делает первый глоток, закрывая глаза от удовольствия.М: — Ладно, – неожиданно сказал он. – Признаю, так действительно выглядит аппетитнее.— Вот видишь, – Марселла улыбнулась. – Иногда стоит прислушаться к принцессе.М: — Только когда она готовит такой кофе, – подмигнул Макс, беря панкейк с тарелки.Завтрак начался.Напряжение утреннего спора растаяло, сменившись лёгкой, почти домашней атмосферой.Марселла изредка поглядывала на Макса — тот уже вовсю наслаждался едой, забыв о своём первоначальном недовольстве.А где‑то в глубине души она отметила: может, его небрежность и отсутствие этикета — это не недостаток, а просто другая сторона жизни.

Вскоре Марселла вышла из гардеробной в лаконичном, но изысканном наряде Dior: белый укороченный топ с аккуратной чёрной отделкой, твидовые шорты в тон и лёгкий жакет с контрастной строчкой.Образ дополняли чёрные лаковые босоножки на высоком каблуке, элегантная чёрная сумка с золотыми деталями и стильные аксессуары — золотые кольца, браслет и часы, а также тёмные солнцезащитные очки.Её образ выглядел одновременно сдержанно и роскошно.Макс, который всё это время расслабленно опирался о стену, был одет куда проще: чёрная футболка с надписью Red Bull и его номером на спине и повседневные шорты.Увидев Марселлу, он поднял бровь и с ироничной улыбкой произнёс.М: — А где розовый? Ты заболела, что ли, Барби?Марселла, не сбиваясь с шага, закатила глаза — этот жест уже стал их фирменным способом отвечать на шуточные подколки Макса.— Я переодеваться не буду, – отрезала она, небрежно поправляя ремешок сумки. – Этот образ идеально подходит для сегодняшнего дня.А ты, кстати, мог бы тоже подобрать что-то более стильное, а не выглядеть как обычно.Макс рассмеялся, ничуть не обидевшись на её замечание.М: — Ну ладно, принцесса.Но предупреждаю — в таком виде ты привлечёшь слишком много внимания.Марселла лишь усмехнулась, окинув его взглядом с головы до ног.— Это тебя должно волновать меньше всего.Моя задача — выглядеть безупречно, твоя — не отставать и выиграть.Пошли, у нас мало времени.Она развернулась и направилась к выходу, а Макс, всё ещё улыбаясь, последовал за ней, мысленно признавая: в этом споре она снова вышла победителем.

Вскоре они приехали на трассу.Пройдя через пункт контроля с серьёзными охранниками, сверяющими их пропуска, Марселла и Макс направились к боксам — лаконичным сооружениям из металла и стекла, где кипела предстартовая суета.Войдя в боксы, они разделились: Макс скрылся за дверью своей комнаты, чтобы переодеться в гоночный костюм, а Марселла решила немного передохнуть и зашла в небольшое кафе рядом с пит-лейном.Кафе оказалось уютным: деревянные столики, запах свежей выпечки и кофе, приглушённый гул разговоров.За одним из столиков Марселла заметила знакомую фигуру — Александру, девушку Шарля.Александра подняла глаза, заметила Марселлу и широко улыбнулась.Девушки бросились друг к другу и тепло обнялись.— Привет.Как ты? – спросила Марселла, глядя на Александру с искренней симпатией.А: — Привет.Всё хорошо, спасибо.А ты как? – ответила Александра, её глаза светились радостью. – Кстати, огромное спасибо за ссылки на платье и блеск — просто бомба.Я уже заказала, жду доставку.Марселла улыбнулась, чувствуя приятное тепло от комплимента.— Пожалуйста.Я же знаю твой вкус — видела твои посты,твои образы это что-то с чем-то

Они заказали два айс-капучино у бармена и устроились за уютным столиком у окна, откуда открывался вид на трассу.Пока бармен готовил напитки, девушки переглянулись и не сговариваясь рассмеялись — обе понимали, что сейчас начнётся их любимое занятие: обсуждение парней.— Ну что, – начала Марселла, когда им принесли кофе, – С Шарлем всё в порядке?А: — О, Шарль как всегда – сосредоточен, будто на войне, — рассмеялась Александра, отпив глоток кофе. – Но мне нравится эта его серьёзность.А вот твой Макс...Он такой непредсказуемый.Ты точно справляешься с ним?Марселла хитро прищурилась.— Справляюсь? О, ещё как.Иногда мне кажется, что он сам не понимает, что творит.Но знаешь...в этом и есть его очарование.А: — Очарование или головная боль? – с улыбкой уточнила Александра.— Немного и того, и другого, – рассмеялась Марселла. – Но мне нравится эта буря эмоций.А Шарль? Он всегда такой собранный?А: — Почти всегда, – вздохнула Александра. – Но когда мы остаёмся наедине..он превращается в самого нежного человека на свете.Представляешь, вчера принёс мне букет из 101-го тюльпана.

Девушки увлечённо обсуждали своих парней, делились забавными историями из жизни, смеялись и строили предположения о том, как пройдут сегодняшние гонки.Время в кафе пролетело незаметно, и вскоре Марселла получила сообщение от Макса: Жду у боксов.Пора,устроить шоу.Она взглянула на Александру.— Похоже, моё время сплетничать закончилось.Но было здорово поболтать.— Согласна,давай как-нибудь повторим, – ответила Александра, поднимая чашку с остатками кофе.Марселла кивнула, подмигнула подруге и направилась к боксам, где её уже ждал Макс.

Марселла уверенно вошла в боксы, ощущая, как напряжённая атмосфера предстартовой суеты окутывает её.Её взгляд сразу нашёл Макса — он проверял экипировку, периодически обмениваясь короткими фразами с механиками.Она подошла к нему вплотную, скрестив руки на груди, и с лёгкой иронией в голосе спросила.— Ну что, какое шоу ты собираешься сегодня устроить?Макс оторвался от проверки шлема, поднял глаза на Марселлу и с ухмылкой ответил.М: — Просто проводить любимого парня на гонку.Ничего особенного.Марселла наклонилась чуть ближе, быстро поцеловала его в щёку и с нарочитой серьёзностью произнесла.— Только не сдохни там, ладно? Трасса сегодня нешуточная.Макс рассмеялся, достал из кармана телефон и протянул ей.М: — Держи.Можешь делать селфи, болеть за меня...А если я выиграю — куплю тебе сумочку Dior.Марселла улыбнулась, принимая телефон, и с озорством ответила.— А ты точно выиграешь, я в тебя верю.Только мне нужны не одна, а три сумочки.Минимум.

Макс закатил глаза, но в его взгляде читалась искренняя радость.Он рассмеялся— Выиграю, выиграю.Ты же моя удача, по контракту.С этими словами он снял с головы кепку, чуть помедлил и аккуратно надел её на Марселлу, словно передавая часть своей уверенности.Затем, не оборачиваясь, направился к стартовой решётке — его шаги эхом отдавались в полупустых боксах.Марселла проводила его взглядом, чувствуя, как сердце бьётся чуть быстрее.Она поправила кепку, усмехнулась и отошла к мониторам.Надев наушники, подключённые к системе трансляции, она приготовилась следить за каждым метром гонки, каждым поворотом, каждым рывком Макса к победе.

Вскоре началась гонка.Марселла не отрываясь следила за экраном, где транслировался заезд.Её взгляд был прикован к болиду Макса — тот стартовал с первого места, и с первых же секунд задавал темп всей гонке. Уверенные манёвры, идеальные входы в повороты, опережение соперников с хирургической точностью — казалось, Макс читает трассу как открытую книгу.Сердце Марселлы колотилось в такт каждому виражу.Она сжимала кулаки всякий раз, когда болид врывался в поворот на предельной скорости.Но Макс не ошибался — он шёл к победе, словно ведомый невидимой силой.И вот гонка завершилась.На экране вспыхнули победные цифры, табло объявило имя победителя — Макс.Марселла не смогла сдержать широкой улыбки: её глаза засияли, губы сами собой произнесли ура.Она вскочила со стула, хлопая в ладоши вместе с остальными из команды.

Не теряя ни минуты, Марселла вместе с группой поддержки направилась к зоне парковки болидов.Воздух был наполнен адреналином, смехом и радостными криками.Вскоре на горизонте показался болид Макса — он плавно заехал на отведённое место и замер.Макс выбрался из кабины, словно воплощение триумфа.Его лицо светилось от радости.Не теряя ни секунды, он поднял кулаки в победном жесте, затем бросился в объятия команды.Механики, инженеры, друзья — все бросились к нему, образовав плотную толпу.Удары по спине, радостные крики, рукопожатия — атмосфера была заряжена эйфорией победы.Спустя несколько минут Макс, всё ещё сияющий от восторга, пробрался сквозь толпу и подошёл к Марселле.Он положил руку на её шею — движение одновременно нежное и властное — и без предупреждения поцеловал её в губы.Марселла оказалась в шоке.Её тело замерло, словно время остановилось.Внутри вспыхнула целая буря эмоций: удивление, раздражение, лёгкая обида.Она хотела отстраниться, но осознавала, что они на публике — вокруг десятки глаз, фиксирующих каждый их жест.Несколько мучительных секунд она терпела этот контакт, а затем всё-таки отстранилась.Её взгляд, устремлённый на Макса, был холодным, почти злым.Она с трудом сдержала эмоции, выдавливая из себя слова и улыбку— Поздравляю.Макс, будто не замечая её настроения, просто ответил.М: — Спасибо.В воздухе повисла неловкая пауза.

Вскоре Макс ушёл на подиум — его уверенная походка словно говорила: Это была моя гонка.Марселла наблюдала за ним издалека, натянуто улыбнувшись.Её улыбка была фальшивой, будто вырезанной из картона: внутри бушевала смесь эмоций — обида и недоумение от его публичного жеста.Она скрестила руки на груди, стараясь скрыть своё напряжение, и неотрывно следила за фигурой Макса на фоне сверкающих трофеев.Через несколько минут началась церемония интервью с тройкой лидеров.Макс стоял в центре между Шарлем (2-е) и Оскаром (3-е) — трое друзей, трое соперников, трое героев этого дня.Их окружали вспышки камер, а журналист, широко улыбаясь, начал расспросы.Ж: — Господа, – начал журналист, – позвольте начать с простого вопроса: как вам гонка?Шарль, всегда сдержанный, первым взял слово.Ш: — Гонка была напряжённой, но честной.Трасса преподнесла несколько сюрпризов, но я доволен своим результатом.Второе место — это шаг вперёд для меня.Оскар, улыбчивый и энергичный, добавил.О: — А для меня это легкий подарок,не первое,но сойдет.Макс, не теряя самообладания, коротко бросил.— Гонка была жёсткой, но я знал, что смогу.Победа — это заслуга всей команды, но я рад, что смог довести дело до конца.

Журналист кивнул и перешёл к более личному вопросу.Ж: — А теперь несколько слов о тех, кто поддерживает вас за кулисами.Шарль, что скажете о своей прекрасной Александре?Шарль слегка покраснел, но ответил с теплотой.— Александра — моя малышка.Она всегда рядом, поддерживает, даже когда я сам в себя не верю.Без неё этих серебряных медалей не было бы.Затем взгляд журналиста переместился на Оскара.Ж: — Оскар, а как насчёт Лили? Она ваш источник вдохновения?Оскар расплылся в улыбке.О: — О, Лили — это мой якорь.Она держит меня на земле, когда я слишком увлекаюсь скоростью.Её поддержка значит для меня больше, чем любые призовые места.

Наконец, очередь дошла до Макса.Журналист с интересом посмотрел на него.Ж: — Макс, а что скажете о Марселле? Она разделяет вашу страсть к гонкам?Макс на мгновение замер, будто подбирая слова, затем ответил с лёгкой ухмылкой.— Марселла...Она — мой хаос и моё спокойствие одновременно.Иногда мне кажется, что она способна остановить меня даже на самой высокой скорости.Её поддержка — это как дополнительный литр топлива в баке: заряжает и мотивирует.Марселла, наблюдавшая за этим обменом репликами, едва заметно усмехнулась.Его слова звучали красиво, но оставляли ощущение недосказанности.Она знала: за этой лёгкой иронией скрывается гораздо больше, чем он готов показать публике.

Вскоре Макс вернулся к Марселле — в руках он держал блестящий кубок, на лице всё ещё играла широкая улыбка триумфатора.Он подошёл вплотную, слегка покачивая трофеем, и с насмешливым торжеством произнёс.М: — Ну что, три сумки будут.Как и обещалось.Марселла, скрестив руки на груди, приподняла бровь и невозмутимо ответила.— Три сумки, платье и кольцо.За то, что я не сказала о том, что ты нарушаешь правила нашего контракта.Макс на мгновение замер, затем поднял бровь, изображая преувеличенное удивление.М: — Что? Какие ещё правила?— Те самые, – Марселла строго посмотрела на него. – Пункт 4.3: Запрет на физические контакты без предварительного согласия.Ты забыл? Или просто решил, что победа даёт тебе право на всё?Макс слегка покраснел, но тут же спрятал смущение за привычной ухмылкой.М: — Ладно‑ладно, купим, купим.Всё купим.Только не надо устраивать мне тут разбор полётов при всех.Он сделал шаг ближе, на секунду стал серьёзнее и тихо добавил.М: — Прости.Я просто...слишком обрадовался и хотел, чтобы все видели, что ты — со мной.Марселла на мгновение смягчилась, но быстро вернула себе строгий вид.— Эмоции — это хорошо.Но правила — это правила.В следующий раз предупреждай.

Макс кивнул, затем неожиданно наклонился и мягко поцеловал её в лоб — на этот раз без лишней публичности, почти по‑домашнему.М: — Договорились, – тихо сказал он. – Я буду предупреждать и соблюдать границы,честно.Он отступил на шаг, ещё раз подмигнул и, всё так же держа кубок в руке, направился к двери своей комнаты.М: — Иду в душ, – бросил он через плечо. – Потом обсудим детали покупок.Платье и сумки выбираешь ты, кольцо — я.Идёт?— Идёт, – негромко ответила Марселла, глядя ему вслед.Когда Макс скрылся за дверью, она наконец позволила себе улыбнуться — искренне, без фальши.Её взгляд упал на кубок, который он оставил на столике рядом.Она осторожно коснулась его края, провела пальцем по гравировке, и в груди разливалось странное, новое чувство — смесь гордости, раздражения и чего‑то тёплого, что пока ещё не получалось назвать.

Вскоре после того, как они купили три роскошные сумки и изысканное платье, Макс и Марселла зашли в бутик Graff — святилище драгоценных камней и безупречного дизайна.Атмосфера магазина словно замерла в ожидании их выбора: витрины сверкали, консультанты двигались почти бесшумно, а воздух был пропитан ароматом успеха и роскоши.Макс сразу направился к витрине с кольцами.Его взгляд остановился на великолепном украшении — кольце с огромным розовым бриллиантом грушевидной формы, обрамлённым россыпью мелких камней.Без лишних раздумий он указал на него консультанту.— Это,принесите.Когда кольцо принесли, Макс аккуратно взял тонкую руку Марселлы, примерил украшение на её правую руку — на безымянный палец — и с ухмылкой произнёс.— Ты же Барби, поэтому розовый.

Марселла внимательно осмотрела кольцо, слегка повернула руку, любуясь игрой света на гранях бриллианта, и сдержанно кивнула.— Симпатичное.Макс, не скрывая гордости за свой выбор, добавил с нарочитой серьёзностью.М: — И дорогое, 16,3 миллиона долларов.Марселла вскинула бровь, её губы дрогнули в едва заметной улыбке.— Это дёшево ещё.Макс удивлённо поднял бровь, его голос прозвучал с лёгким недоумением.М: — Вообще-то это дорого.— А, у меня есть кольцо и за 80 миллионов долларов.Не давая ему времени на дальнейшие рассуждения, она повернулась к консультанту, а Макс, следуя её примеру, решительно заявил.М: — Мы берём.

После быстрой процедуры оплаты им аккуратно упаковали покупку.Макс нетерпеливо достал кольцо из коробочки, снова надел его на палец Марселлы, затем наклонился и нежно поцеловал её руку.Его голос звучал серьёзно.М: — Не потеряй, пожалуйста.Марселла закатила глаза, её голос сочился иронией.— Нельзя? А я как раз планировала выйти и потерять.С этими словами она развернулась и вышла из магазина, а Макс, усмехнувшись, последовал за ней, не сводя взгляда с розового бриллианта, сверкающего на её руке.В этом мгновении смешались роскошь, юмор и особая химия их отношений — будто сама жизнь играла с ними в игру, где каждый ход был непредсказуем.