История 4. Картина

Эмили выглядела измождённой. Она пила остывший кофе и простуженным голосом рассказывала о бытовых проблемах своему другу. Лео внимательно её слушал и с каждой новой историей хмурился всё больше.

Все странности он связал с появлением картины. Его брат часто жаловался ему, что при реставрации странного полотна также мучился бессонницей, а следом боролся с сыростью в квартире.

Лео был уверен в том, что холст нужно уничтожить. Выбросить его недостаточно, ведь так картина будет и дальше извергать из себя безумие. Она не должна существовать в этом мире.

На бетонной набережной подле затхлой реки, Лео стоял, склонившись над картиной. Он щедро облил полотно бензином и бросил на него спичку. Пламя ярко вспыхнуло и в несколько мгновений поглотило раму, оставляя холст нетронутым. Морская пучина на картине, словно не подпускала к себе огонь. А поднявшийся ветер потушил раму, оставляя щепки почерневшего багета. Изумлённый парень смотрел на маяк и не мог поверить своим глазам. Затем он вытащил складной нож.

Лезвие застревало в слоях краски и утопало в них как в болоте. Стараясь вытащить нож, парень упёрся рукой в холст. Его пальцы окутала липкая масса, своим зловонием напоминавшая истлевшую рыбу. За спиной Лео раздалось урчание лягушек, которые сидели у кромки воды. Чем больше парень старался освободиться от разъедавшей кожу краски, тем громче и неестественней поднималось пение зелёных наблюдательниц. Лео с криком оторвал ладонь от холста и отполз от дьявольской картины. Хор лягушек стих. Парень посмотрел на окровавленную руку. Он с трудом поднялся и медленно побрёл в сторону, содрогаясь от ужаса.

Лео обернулся и увидел пейзаж, нетронутый ни огнём, ни лезвием. Маяк ярко освещал неспокойное море, а краски на картине блестели, словно их только нанёс художник.

«Господи», - прошептал Лео. Он поднял голову и вдалеке увидел шпиль храма. «Стоит попробовать», - тихо сказал парень. Стараясь не задеть ладонь, Лео снял куртку и накрыл картину.