Глава 20: Тихий лес

Иногда, когда всё затихало — когда Рейд исчезал с книгой под мышкой, а Хёнджин, усталый, погружался в полусон на подоконнике, — Феликс чувствовал внутри себя нечто, с чем не знал, что делать.

Это не было отчаяние. И не сожаление. Это была... тоска.

Он молча оделся, накинул толстовку, в карман положил один из мятных леденцов — привычка, оставшаяся с тех времён, когда всё было просто. Когда мята означала присутствие кого-то невидимого, а не границу между мирами.

Он не оставил записку. Просто вышел.

Лес начинался недалеко за их домом. Ветки скрипели под лёгким ветром, в воздухе пахло сырым мхом, мокрой корой и чем-то настоящим, земным. Феликс шёл медленно, чувствуя, как внутри сгущается что-то невидимое — как облако перед дождём.

Он сел на поваленное дерево посреди леса, глядя в землю.

И, наконец, позволил себе подумать.

Я скучаю.

Он скучал по утрам с кофе из автомата. По глупым диалогам в группе. По репетициям, где он смеялся до боли в животе. По библиотеке. По ощущению, что он — обычный парень в обычном мире.

Он скучал по миру, где не было ни Теней, ни меток, ни боли.

Но, как бы там ни было...

Он ни о чём не жалел.

Потому что есть ты, Хёнджин. Потому что я люблю тебя. И даже если всё это — безумие, даже если мир рухнет... я не хочу другого пути.

Он сжал в кулаке леденец. И в этот момент... слёзы прорвались. Тихие, честные. Как дождь.

☆⋆｡:ﾟ･*☽:ﾟ･⋆｡☆⋆｡:ﾟ･*☽:ﾟ･⋆｡☆⋆｡:ﾟ･*☽ﾟ･⋆｡☆⋆｡

Тем временем Хёнджин метался по дому. Он чувствовал: что-то не так.

— Где он?.. — прошептал он, словно сам себе. — Ликс... где ты?

Он бросился на улицу. Ища, чувствуя, как паника раздирает его изнутри. Магия внутри дёргалась, как оголённый провод. Он читал воздух, пытался уловить след метки — слабый, затухающий.

Лес.

Он сорвался с места, крылья на мгновение вырвались из его спины — полупрозрачные, на грани видимости. В голове — один страх:

Что если с ним что-то случилось. Что если я его потеряю.

☆⋆｡:ﾟ･*☽:ﾟ･⋆｡☆⋆｡:ﾟ･*☽:ﾟ･⋆｡☆⋆｡:ﾟ･*☽ﾟ･⋆｡☆⋆｡

Он нашёл его у дерева.

Феликс сидел, сгорбившись, лицо спрятано в ладонях. Леденец валялся рядом, забытый.

— Ты с ума сошёл?! — выдохнул Хёнджин, подбегая. — Какого чёрта ты ушёл один?! Ты хоть понимаешь, сколько всего может случиться?! Мы же... ты не можешь так просто пропадать!

Феликс поднял голову. Глаза блестели. Он не говорил.

И Хёнджин, увидев слёзы, замолк. Он шагнул ближе. Уже тише:

— Ликс... что случилось?

Феликс отвёл взгляд. Промолчал.

Но потом, сквозь зубы:

— Мне страшно.

Хёнджин замер.

— Мне страшно не от Теней. А от того, что я могу... тебя потерять. Что мы дойдём до конца — и ты исчезнешь. Или я. Или всё, что мы строим, разрушится. Я стараюсь быть сильным. Честно. Но иногда...

Он сжал кулаки.

— Иногда я просто хочу кофе из автомата. Утренние пары. Обычную, скучную жизнь, где единственная драма — забытый реферат. Я скучаю по ней. Но... я не хочу её вернуть. Потому что ты — здесь. А тогда тебя не было.

Хёнджин опустился рядом. Не обнимал. Не говорил. Просто сидел. Молча. До тех пор, пока Феликс сам не повернулся к нему и не уткнулся лбом в его плечо.

— Прости, — прошептал он. — Мне просто надо было... почувствовать, что я ещё жив.

Хёнджин крепко прижал его к себе.

— Ты жив. И я не позволю этому миру тебя сломать.

Они сидели долго, пока небо не покрылось первыми звёздами. Там, в лесу, среди сырости и корней, они были просто — Феликсом и Хёнджином. Без магии. Без Теней.

Просто — вдвоём.