Глава 1: Мятный след

 ☆⋆｡:ﾟ･*☽:ﾟ･⋆｡☆⋆｡:ﾟ･*☽:ﾟ･⋆｡☆⋆｡:ﾟ･*☽ﾟ･⋆｡☆⋆｡

Сеул в вечернее время был похож на сон — застыл в мягком свете уличных фонарей, в шелесте листьев и спешке прохожих. Феликс возвращался из библиотеки, уставший, но довольный: ему удалось закончить проект по музыке, и впереди был вечер без забот. Он почти добрался до поворота к своему общежитию, как вдруг...

— Ой! — выкрикнул он, когда кто-то буквально сбил его с ног.

— Прости, — проговорил незнакомец, протягивая руку. Его голос был красивым и приятным на слух.

Феликс замер, ощутив, как в нос ударил сладкий, пронзительный аромат мятных леденцов. Он поднял глаза.

Перед ним стоял парень — высокий, с длинными темными волосами, глубокими, почти чёрными глазами и странным, затуманенным взглядом.

— Всё нормально, — пробормотал Феликс, принимая протянутую руку. Кожа незнакомца была горячей как огонь. — Спасибо.

Тот улыбнулся — почти незаметно, но в этом едва заметном изгибе губ была странная теплота.

И исчез, растворившись в толпе.

С того дня всё изменилось.

Феликс начал чувствовать... присутствие. Неуловимое, почти эфемерное. То во сне он будто слышал дыхание рядом, то на занятиях по танцам чувствовал на себе чей-то взгляд. А однажды, когда он вернулся в комнату общежития, воздух был пропитан знакомым ароматом — мятные леденцы. Он резко обернулся, в поиске источника аромата, но не чего не заметил.

Он не знал, что в этот момент, удобно устроившись на его кровати, Хёнджин — демон-хранитель, назначенный ему силами из нижнего круга — смотрел на него с интересом и... теплом. В его взгляде было что-то нежное, совершенно нетипичное для демона. Особенно для такого, как он — искусного наблюдателя, предпочитавшего тишину и искусство крикам и разрушению.

Хёнджин любил рисовать. Его блокнот был полон эскизов — тонких, детальных, и многие из них были посвящены одному и тому же лицу: светловолосому парню с веснушками, яркому, как утро.

Вскоре Хёнджин решился. Приняв человеческий облик на длительный срок, он поступил в колледж, стал соседом Феликса и постепенно вошёл в его жизнь, как бы случайно, непринуждённо. Они вместе играли в игры, готовили лапшу поздними вечерами, танцевали в зале, когда никого не было рядом.

Но даже тогда, когда Феликс смеялся, глядя в его глаза, Хёнджин ощущал внутри тревогу. Он знал, что нарушает всё: правила, законы, собственную природу.

Но он уже не мог уйти.