Кровь и шёпот

Тихий дом на скалах встретил их запахом пыли, старого дерева и соли. Здесь не было пафоса Палермо — только голый камень и функциональность. Риккардо тяжело осел на массивный кожаный диван в гостиной, его дыхание стало прерывистым.— В ванной… — прохрипел он, откидывая голову на спинку. — Вторая полка. Аптечка. Синяя коробка.Элена бросилась выполнять поручение. Её руки дрожали, когда она схватила холодный пластик и полотенца. Вернувшись, она застала его за попыткой снять рубашку. Тонкая ткань присохла к ране на плече, и каждое движение заставляло его лицо искажаться в гримасе боли.— Дай я, — тихо сказала она, опускаясь на колени рядом с ним.Она осторожно взяла ножницы из аптечки и разрезала рукав. Под ним открылась рваная рана — пуля прошла навылет, содрав мясо, но, к счастью, не задев кость. Элена сглотнула комок в горле. Она никогда не видела столько настоящей, живой крови.— Не смотри так, будто я умираю, — усмехнулся Риккардо, но его глаза были подернуты туманом. — Я выживал после вещей и похуже.— Замолчи, — Элена смочила салфетку антисептиком. — Ты потерял много крови.Когда холодная жидкость коснулась раны, Риккардо резко выдохнул, и его здоровая рука мертвой хваткой вцепилась в её плечо. Его пальцы вонзились в её кожу, но она не отстранилась. В этот момент между ними исчезли титулы Дона и беглянки. Остались только двое раненых зверей в пустом доме.— Почему ты не сдала меня? — внезапно спросил он. Его голос стал тихим, интимным. — В порту. У тебя был шанс уйти к Марко. Он бы простил тебя, если бы ты привела мою голову.Элена замерла, прижимая чистый бинт к его плечу. Она посмотрела ему прямо в глаза — темные, бездонные, в которых сейчас не было льда, только изнуряющий огонь.— Потому что Марко хочет владеть моим телом, — прошептала она. — А ты… ты хочешь владеть моей душой. Это страшнее, Риккардо. Но это честнее.Риккардо медленно протянул здоровую руку и коснулся её щеки. Его пальцы были горячими, почти лихорадочными. Он медленно обвел контур её губ, заставляя её сердце пропустить удар.— Я не просто хочу владеть тобой, Элена, — его голос вибрировал у её самого лица. — Я хочу, чтобы ты стала моим единственным законом. Единственным ритмом, ради которого я буду дышать.Он потянул её на себя. Бинты, кровь, страх — всё отошло на второй план. Его губы накрыли её в требовательном, болезненном поцелуе. В нем был вкус соли и металла, отчаяния и дикой, первобытной страсти. Элена ответила, запуская пальцы в его жесткие волосы, окончательно разрывая связь с той «серой мышкой», которой она была еще вчера.Внезапно в тишине дома ожил ноутбук, оставленный на столе. Резкий звуковой сигнал заставил их вздрогнуть.На экране всплыло окно видеосвязи. Это был Нико. Его лицо было серым от напряжения.— Рикк! Элена! Слава богу, вы живы. Но у нас катастрофа.Риккардо отстранился от Элены, тяжело дыша, и жестом велел ей подождать. Он подошел к камере, на ходу набрасывая на плечи плед.— Говори, Нико.— Марко… этот ублюдок нашел твою сестру, Рикк. Лауру. Он забрал её из монастыря в Тоскане.Риккардо застыл. Элена увидела, как его лицо за доли секунды превратилось в маску из застывшего гранита.— И это еще не всё, — голос Нико сорвался. — Он прислал сообщение. Он хочет обмен. Завтра в полдень на главной площади Чефалу. Лаура в обмен на Элену. И если ты не придешь… он обещал прислать Лауру по частям.Элена почувствовала, как пол уходит у неё из-под ног. Она посмотрела на Риккардо. Человек, который только что целовал её с такой нежностью, теперь смотрел сквозь неё. Одержимость столкнулась с единственной вещью, которая была ему дороже власти — с семьей.— Что ты будешь делать? — едва слышно спросила она.Риккардо медленно повернулся к ней. В его глазах снова был тот самый лед, который она увидела в первую ночь в «Бездне».— То, что должен сделать Дон, Элена, — его голос был сухим, как пустынный ветер. — Готовься. Завтра ты наденешь свое самое красивое платье. Мы идем на встречу с дьяволом.