Часть 18.Нечто злое

Дин барабанил пальцами по рулю, вглядываясь в серую ленту шоссе. «Импала» летела сквозь промозглый висконсинский туман, и даже рок-н-ролл из динамиков не мог развеять гнетущую атмосферу.

- Ты уверен, что это оно? - спросил Сэм, не отрываясь от ноутбука.

- Уверен? - Дин хмыкнул. - Когда в городке за месяц пять детей впадают в кому, а врачи разводят руками и лепят диагноз «неизвестная инфекция»? Да, Сэмми, я уверен. Это не грипп.

Сэм закрыл крышку компьютера и посмотрел на брата. Дин был напряжён, слишком напряжён. Он гнал машину так, будто за ними кто-то гнался. Или будто он сам пытался убежать от чего-то.

- Ты что-то недоговариваешь, - тихо сказал Сэм.

Дин сжал челюсти так, что на скулах заходили желваки. Он молчал почти минуту, прежде чем ответить.- Мы уже сталкивались с этим. Давно. В Финиксе.

Сэм нахмурился, роясь в памяти. Финикс... Ему было тогда... четыре? Пять?

- Я не помню.

- Конечно, не помнишь, - голос Дина был хриплым. - Потому что я облажался. По-крупному.

Больница в Стиллвотере напоминала растревоженный улей. Родители дежурили у дверей реанимации, врачи выглядели измученными и беспомощными.

Дин показал значок шерифу, который уже был готов выпроводить их.- ФБР. Что говорят медики?

- Ничего хорошего, - шериф устало потёр глаза. - Никаких вирусов, никаких бактерий. Дети просто... тают. Слабеют с каждым днём. Как будто кто-то высасывает из них жизнь.

Сэм заглянул в палату через стекло. На кровати лежала девочка, опутанная проводами аппаратов. Она была бледной, почти прозрачной.

- Шериф, - спросил Дин. - А где были дети перед тем, как заболеть? Есть что-то общее?

Шериф пожал плечами:- Играли на улице. Ходили в школу. Единственное... все они спали с открытым окном.

Ночью братья стояли под окнами больницы. Дин держал в руках старый отцовский дневник, освещая страницы фонарём.

- «Штрига», - читал он. - «Румынский демон-ведьма. Питается жизненной силой детей. Проникает в комнату через открытое окно, садится на грудь спящему и высасывает его душу. Уязвима только во время кормления».

Сэм посмотрел на тёмные окна второго этажа.- Значит, мы должны поймать её с поличным.

Дин захлопнул книгу с такой силой, что звук эхом разнёсся по пустой улице.- Нет. Мы её уничтожим. В этот раз я не подведу.

Они устроили засаду в палате мальчика по имени Майкл. Сэм сидел в углу, делая вид, что дремлет в кресле. Дин прятался за ширмой с арбалетом, заряженным освящённым болтом.

Часы тянулись мучительно долго. В три часа ночи воздух в палате стал ледяным. Окно со скрипом приоткрылось.

Сэм почувствовал тяжесть на груди, словно на него положили свинцовую плиту. Он не мог пошевелиться, не мог закричать. Над ним склонилось нечто... бесформенная тень с горящими жёлтыми глазами.

«Вкусно», - прошипел голос прямо у него в голове.

Раздался свист арбалетной тетивы. Тварь взвизгнула нечеловеческим голосом и растворилась в воздухе. Тяжесть исчезла.

Сэм судорожно вдохнул.- Дин! Ты попал?

Дин выбежал из укрытия и выглянул в окно. Тень метнулась по крыше соседнего здания и исчезла.- Попал. Но этого мало. Нужно добить её там, где она прячется днём.

- И где это?

Дин посмотрел на брата тяжёлым взглядом:- В заброшенном доме на окраине. Я помню это место из Финикса. Я выследил её тогда... но побоялся войти один. Я оставил её в живых. И она пришла сюда... за тобой.

Сэм всё вспомнил. Тёмная комната, страх, невозможность закричать... и лицо брата за окном, который звал его, но не мог войти.

- Ты был ребёнком! - воскликнул Сэм.

- Я был охотником! - рявкнул Дин в ответ. - Отец оставил меня за главного! Я должен был защитить тебя!

На рассвете они были у старого, полуразрушенного дома. Место выглядело так, будто его покинули ещё во времена Великой депрессии: провисшее крыльцо, выбитые окна, заросший сорняками двор.

Внутри пахло плесенью и гнилью. Дин шёл первым, держа наготове огнемёт - лучшее оружие против этой твари.

Они нашли её логово в подвале. На грязном матрасе лежала штрига... или то, что казалось ею днём - древняя старуха с седыми космами и сморщенным лицом.

Она открыла глаза. Жёлтые, звериные глаза.«Мальчик вырос», - прошипела она, глядя на Сэма.

«А ты постарела», - ответил Дин и нажал на спусковой крючок.

Струя пламени охватила тварь мгновенно. Она завизжала так, что у братьев заложило уши, и бросилась на Дина с нечеловеческой скоростью. Её когтистые руки метнулись к его горлу.

Сэм успел подставить плечо под удар когтей, которые распороли куртку и оставили глубокие царапины на коже.

Дин отшатнулся и направил огнемёт прямо ей в лицо.- Это тебе за Финикс! За всех детей!

Пламя поглотило её полностью. Когда огонь стих, на полу осталась лишь горстка пепла и обугленные кости.

Они вышли из дома на свежий воздух. Дин прислонился к «Импале», пытаясь отдышаться. Его руки дрожали.

Сэм подошёл к нему и протянул аптечку:- Царапины нужно обработать.

Дин молча позволил брату забинтовать руку.- Ты спас меня тогда? - тихо спросил Сэм. - В Финиксе?

Дин посмотрел ему в глаза:- Я пытался. Но я был напуган не меньше тебя. Я думал... я думал, что потерял тебя навсегда из-за своей трусости.

Сэм закончил перевязку и положил руку брату на плечо:- Ты не потерял меня тогда. И сейчас не потерял бы. Потому что ты никогда не сдаёшься, Дин. Даже когда ошибаешься.

Дин слабо улыбнулся:- А ты всегда готов подставить плечо под когти монстра ради меня.

Они сели в машину. Дин завёл двигатель «Импалы», и мощный рок-н-ролл снова заполнил салон, прогоняя остатки кошмара прошедшей ночи.

Впереди их ждал новый город и новая дорога. Но сегодня прошлое отпустило Дина, а будущее стало чуть светлее для детей Стиллвотера.