IX

  Ужасная погода, ужасное настроение и напряжение между друзьями. С самого утра льёт дождь и не думает заканчиваться; Чимин не разговаривает с Джином, хоть старший и пытался наладить контакт. Хосок же пытался собраться с мыслями и успокоиться. Ему никогда не доводилось бывать в судах, но это и к лучшему. Но ссора друзей очень его расстроила, поэтому он решил, взять всё в свои руки.         Найдя Чимина на кухне, Хо решил помочь ему нарезать яблоки. Хотя он не мог припомнить, чтобы Джин просил это делать…  — А зачем яблоки мучаешь? — спросил Хосок и засунул в рот яблочную дольку.         — Пытаюсь успокоиться, — ответил Чимин, не отвлекаясь от дела.        — Понятно, — сказал Хосок и решил сразу перейти к делу: — Знаешь, тебе стоит поговорить с хёном и извиниться…         — Это ещё за что? — с негодованием спросил Чимин.      — Ты даже не знаешь всей ситуации, но обвинил его в предательстве. Джин ходит весь день…         — Он думает, что я чувствую себя лучше? Разве тебе приятно, что он выбрал какого-то парня, а не своих друзей?       — Это не повод так на него злиться, — настаивал на своём Хо. — И мы справимся без него в суде.       — Как знаешь.        — Послушай, Чимин, — решил в последний раз попытаться Хосок, — Джин сделал для нас много хорошего. Ты не можешь просто взять и плюнуть на это. Вспомни тот случай с тортом. Он даже не обиделся на тебя и не разозлился.   Чимин молчал.         — Дело твоё, но друзья должны прощать и поддерживать друг друга, — сказал Хосок и пошёл к Джину в зал.     Нож в руке Чимина замер, а по щеке покатилась слеза, которая уже давно хотела всем показаться. Да, возможно, Чимин ревновал друга к этому Намджуну, потому что он отбирает у него хёна. Но Джин тоже хорошо: в такой важный день, когда все должны быть вместе и поддержать Хосока, он выбирает встречу со своим парнем. Нет слов. А вдруг у Джуна к нему тоже что-то важное?   "Если он не попросит у него руки и сердца, то пусть не надеется легко от нас избавиться",  — подумал Чимин и оставил яблоки в покое.

  Десять часов. Скоро ребята уйдут, Джин останется один. Придёт Намджун, но нельзя предугадать, что ожидает хёна. За эти дни произошло слишком много неожиданностей. Сначала Ванх, потом Намджун, суд, призраки, коты...  Хочется просто забить на всё большой болт и отдохнуть. Никогда ещё у Джина не было таких сложных, но насыщенных дней, в которые совмещали в себе много радости,  но и терзаний.     — Я поговорил с Чимином, — сказал Хосок, сев рядом с Джином.      — И как?      — Уже лучше, но…       Хосок прекратил говорить из-за появившегося Чимина, который сел рядом с ними. Пару минут все молчали, а Хосок молился, чтобы друг оставил нож на кухне. Кто знает, что может прийти в голову такому Чимину.  — Если ты и в этот раз нам ничего не расскажешь, — заговорил Чимин, — то я больше не твой друг.   Джин облегчённо выдохнул. Хоть что-то наладилось в такой сложный день. Он бы никогда не обидел Чимина или Хосока нарочно, просто из-за последних событий нервы стали подводить. Когда всё это закончится, то он обязательно устроит всем отпуск и съездит к маме на недельку-другую. Будет весело ей рассказывать, что дар бабушку, кажется, передался  ему.   — Обещаю, что всё расскажу, — сказал Джин, обняв друзей. — Я так рад, что у меня есть вы.       — Что это тебя на нежности понесло? — спросил Хосок.         — Тихо, а то опять дёрганным станет, — испуганно сказал Чимин.   — Не бойся, вас не трону, — успокоил его Джин. — Вы не опаздываете? Успеете дойти?     Хосок посмотрел на часы: оставалось ещё достаточно времени, но пора выдвигаться. Как же не хотелось покидать спокойное место, где тепло и пахнет уютом, но ради благого дела надо потерпеть. Только бы не зря.         — Да, хён прав. Пойдём собираться, Чимин, — сказал Хо и взял свой рюкзак.       — Документы с тобой? — проверял готовность Джин.         — Всё у адвоката, — ответил Хосок. — Как же я хочу, чтобы это побыстрее закончилось.   — Потерпи, осталось совсем чуть-чуть, — подбадривал его Джин. — Потом наступит спокойная жизнь.       — Хватит вам там болтать! — крикнул Чимин. — Я и Ванх  вспотеем в этих куртках.      — Да идём уже, идём, — сказал Хосок, подходя к выходу.        Джину не хотелось оставлять друзей , но он должен поговорить с Намджуном. Он должен узнать правду. Если всё действительно  так, как говорит ему парень, то есть только два варианта дальнейших событий, о которых Джин даже думать пока не хотел, потому что один из них был без счастливого конца.        — Не забудь, что ты обещал, — напомнил хёну Чимин и обнял его. — Пожелай нам удачи.         — Удачи, — сказал Джин и прижал к себе друзей. — Я верю, что у вас всё получится.        — Хён, поиграй с котёнком, пока меня не будет, — попросил Ванх. — Ты ему понравился.     — Я о нём позабочусь, — сказал Джин. — А ты слушайся Чимина и Хосока, хорошо?         Ванх кивнул и уже собирался уходить со старшими, но неведанный поры заставил Джина обнять мальчика. Хён уже так привык к нему, что не представлял жизни без него. Не хотелось лишаться такого ценного работника, успевавшего иногда делать больше, чем Чимин.         — Ты вернёшься, Ванх, будь в этом уверен, — сказал Джин и почувствовал, что его шею обвили маленькие ручки.       — Не грусти, хён, мы скоро придём, — сказал Ванх и подошёл Чимину.         Троица вышла из кондитерской. Теперь настало время ожидания, которое уже опротивело Джину.      В  двенадцать часов никого не было. Джин решил специально повесить табличку «закрыто», чтобы не смогли помешать посетители во время беседы с Намджуном. Главное, чтобы его друг-призрак пришёл.      «Интересно, как там ребята…», — думал Джин, смотря в окно, за которым был виден только плавающий туман.

  Суд — место, где творят справедливость, где защищают и отстаивают права. Но всегда ли оно так? Сколько невинных сидит в тюрьме, сколько преступников ходит по улицам города, а сколько матерей больше никогда не увидит своих детей, совершивших преступление по глупости или из-за плохой компании... Если у тебя есть деньги, то ты спасён, а если нет, то гнить тебе в лучшие годы жизни здесь, проклиная себя и остальных за недостаточные  старания.         Вошёл мужчина пожилых лет. В руках он нёс большую чёрную папку, а на носу висели очки. Какая-то аура могущества ощущалась вокруг него. Здесь он вершил  судьбу человека: выносил страшный приговор или же миловал и отпускал домой. Он знал о своей власти и пользовался ей.  Первый час прошёл не так страшно, как думал Хосок. Его спросили, кем он работает, как нашёл мальчика…        — Вы считаете, что сможете содержать двоих? — спросил судья у Хосока.       — Да, Ваша честь, — уверенно ответил он.      — А вы обеспечите ребёнку будущее? Дадите образование?       — Мальчику пять лет. Ещё рано думать об этом, — сказал адвокат.   — Время пролетает незаметно, — мудро сказал судья, поправив свои очки. — Я не уверен, что господин Чон справится. Ребёнка нельзя вернуть в магазин, если что-то не будет получаться.   — Да он самый добрый и надёжный человек, которого я знаю! — без разрешения сказал Чимин.     — Попрошу соблюдать тишину и порядок! — прикрикнул судья.         Это заставило Чимина немного успокоиться, но буря внутри него не стихала. Что возомнил о себе этот старик? Но если начать ему перечить, то Чимин вылетит отсюда, поэтому лучше помолчать.     — Что скажите, господин Чон? — обратился к Хосоку судья.     — Я уверен, что смогу позаботиться об этом мальчике.       — Знаете, сколько нам раз такое говорили? Потом дети оказывались в приютах, ждали помощи, но никто не приходил за ними.         — Хосок не такой! — опять выкрикнул Чимин.         — Если вы скажите ещё одно слово, то я попрошу вывести вас из зала, господин Пак, — пригрозил судья.  — Извините…         — Что будете делать, господин Чон?   — В моей жизни просто появится младший брат. Я постараюсь…        — Вы считаете мальчика братом, а не сыном?  — осуждающе посмотрел судья на Хосока.  — А в чём проблема? — не понял вопроса юноша.        — Это уже указывает на то, что вы не созрели для воспитания ребёнка. Вы думаете, что всё будет легко и радужно, но, поверьте, когда я сам вырастил своих детей, то могу с полной уверенностью сказать, что сказки  вам не ждать. Мальчику нужен отец, а не брат. Он должен знать, что у него есть опора.  — Но… — попытался возразить Хо.     — Суд удаляется для принятия решения, — объявил судья.         — Пожалуйста, подождите!      Судья вопросительно посмотрел на Хосока.         — Мои слова не могут повлиять на решение, но я должен сказать, — говорил Хо, глядя на судью. — Я не миллионер, а обычный парень. Богачи мало времени проводят даже со своими родными детьми. У них деловые встречи, командировки… Пусть я не зарабатываю миллионы, но я устроюсь на две, три работы, но обеспечу Ванха всем. Вряд ли я смогу стать ему настоящим отцом, но буду тем, кем мальчик сможет гордиться, когда вырастет,  как и я им. Он никогда не будет один, я не брошу его, как это сделала женщина,  которая так обошлась с собственным сыном. Да, пусть я не имею вилл или собственных островов, но у меня есть время для заботы, что Ванху понадобиться в этой жизни больше, чем какой-то там мраморный пол или золотые ложки.   Судья всё это время внимательно слушал юношу, но сказал только:         — Ожидайте нашего решения.    — Вы молодец, господин Чон, — похвалил адвокат. — Обещаю сделать всё, что в моих силах.         — Они уже всё решили. Не стоит напрягаться лишний раз, — сказал Хосок и посмотрел на Ванха.  — Ждём худшего, но верим в лучшее…  — утешал юношу адвокат.

  — Прости, опоздал, — сказал Намджун, зайдя в кондитерскую. — Я просто… Ай! За что?!      Пока Джун извинялся, Джин решил удостовериться, что не сходит с ума. Он дал Намджуну пощёчину. А что ещё придумать? Но, кажется, он немного перестарался, потому что эхо от удара разлетелось по всей кондитерской.    — Да так, просто хотел убедиться, что ты настоящий, — спокойно сказал Джин. — Садись, кофе уже ждёт.         Если бы Джин не знал, для чего они встретились, то всё прошло бы как обычно: они бы с Намджуном пообсуждали погоду, цветы, жизнь на Иарсе, а потом, взяв зонтик, пошли гулять в парк. Но сейчас хён не мог усидеть на месте и ёрзал на стуле.       — Долго молчать будешь? — обратился он к Намджуну.    — Ну, начнём с того, что я — призрак.       — Ты это уже говорил.         — Я помню.         — Зачем ты сюда вернулся? Почему выбрал именно меня? — стал осыпать вопросами Джин.         — Помедленнее, — попросил Джун.   — Хорошо, первый вопрос: как ты вернулся с… неба?      — Ох, я не могу рассказывать все подробности, — сказал Намджун, тяжело вздохнув. — Но если коротко, то душе человека даётся три недели, чтобы посетить всех родных, любимые места…         — Разве они тебя не узнают? — перебил Джин.         — Те, кто знал умершего или видел до смерти, не узнают.       — Хм, хорошо продумано.        — В последний день даётся пятнадцать часов, чтобы посетить всех и всё в последний раз, а потом мы исчезаем.         — Пятнадцать? — спросил Джин и посмотрел на часы. — Ты исчезнешь в три?         — Да, именно так.         Сердце Джина ёкнуло. Неужели он больше никогда не сможет увидеть Намджуна? Это просто злая шутка, ведь такого в реальном мире не может быть. Кто придумал такой ужасный розыгрыш?! Но сегодня даже не первое апреля.  — Ты до сих пор мне не веришь? — спросил Намджун.         — Как ты умер?  —  вместо ответа спросил Джин.        — Меня прихлопнули, — сказал Намджун, отводя взгляд.     — В тебя стреляли?! — испугался Джин.        — Нет… Ты будешь очень долго смеяться, если расскажу, как всё была на самом деле.         — Тогда для чего ты сюда пришёл? С меня уже хватит тайн и загадок. Рассказывай! — настаивал Джин.       — Меня прихлопнуло дверью автобуса, — протараторил Намджун.   — Ты сейчас не шутишь? — не  верил старший, нервно посмеявшись.       — Я говорю чистую правду.         Джин старался сдержать смех, но не вышло. Почему он никогда не видел в списках нелепых смертей этот случай? Он обязательно подаст заявку, если такое возможно.        — Ты попадёшь за это в ад, — пытался перекричать Намджун громкий смех хёна.      — Ох, прости, — сказал Джин, вытерая слёзы, — просто это очень смешно.      — Я из-за этого умер, — напомнил Джун.  — Ладно, проехали… Есть ещё какие-нибудь вопросы?       — Да. Зачем ты познакомился со мной?        — Когда я оказался там, — сказал Джун и посмотрел вверх, — то показали всё, что должно было бы с нами произойти. Мы бы встретились с тобой, Джин…         — Ты специально решил меня найти?  — догадался юноша.  — Я должен был случайно стукнуть тебя зонтиком, но ты сам на него наткнулся, — усмехнулся Джун.      — А что было бы потом? — поинтересовался Джин.     — Я не могу этого сказать.         — Вам нельзя говорить о будущем, которое могло бы быть?         Намджун утвердительно кивнул.   — А когда ты уйдешь, то я не забуду тебя?        — Постарайся, — сказал Намджун. — Слушай, давай проведём оставшееся время так, словно я не уйду потом. Не хочу видеть тебя таким грустным.        — Хорошо, господин Призрак, — согласился Джин.  У них всего лишь два часа. Раньше Джину казалось, что за это время можно сделать всю работу. Но рядом с Джуном даже пять часов превращались в мгновенье. Так хотелось узнать больше о новом друге, а потом записать куда-нибудь, чтобы не забыть. Но время было не на их стороне. Начался отсчёт…         Джин решил показать Намджуну, как правильно украшать торт или пирожные. Он поручил ему аккуратно нарезать клубнику и вскоре убедился, что Джуну не стать кондитером в следующей жизни.         — Такими кусками только великанов угощать, — говорил Джин, рассматривая куски клубники.  Потом ребята решили прогуляться в цветочный магазин, так как впервые Джин забыл поставить цветы в вазочки.      В лавке нос сразу же уловил разнообразие прекрасных запахов. Розы, орхидеи, тюльпаны, пионы… Каждый цветок привлекал к себе своей красотой, как красивая девушка влюбляет в себя застенчивого юношу.  — Сегодня дам тебе право выбора, — сказал Джин Намджуну.   — Розы, — даже не задумался тот.  — Розы? Почему?       — Когда я пришёл к тебе в кондитерскую, то там были розы. Хоть и немного засохшие…  Джин вспомнил тот день. На него сразу же нахлынула тоска, ведь такого больше не будет. Не будет прогулок в парке, они не будут прыгать по лужам, не попадут вместе под дождь, не согреться вместе под пледом в один из холодных вечеров. Так много "не"... Но многое они уже и успели.      — Хорошо, возьмём их, — стал выбирать Джин самые красивые.   Вернувшись обратно, хён не посмотрел на часы: не хотел разочаровывать себя ещё больше. Вдруг телефон оповестил о новом сообщении.       «Вдруг это Хосок?» — подумал Джин и достал телефон из кармана.         Нет, это просто напоминание, что нужно пополнить баланс. Из-за этого Джин заметил время: остался всего лишь час. Что можно успеть за это время? Да даже фирменное печенье не приготовить.     Намджун увидел разочарованное лицо Джина. Можно не уметь читать мысли, чтобы понять из-за чего грустит близкий тебе человек. Подойдя к старшему, Джун взял его за руку.         — Я знаю, что осталось совсем мало времени. Хочу просто побыть с тобой рядом и поговорить о мелочах.         Джин грустно улыбнулся.         — Идём, — сказал Намджун, приобняв старшего за плечи.         — Сделать кофе? — спросил Джин.   — Не откажусь.        И вот опять они сидят за столиком, смотрят друг на друга. Между ними расстояние в пятьдесят сантиметров. Джун хотел бы прикоснуться к Джину, но боится, хотя ему уже нечего терять.       — Не уходи вот так, — не глядя на Намджуна, сказал Джин. — Я не думал, что можно влюбиться в человека за каких-то десять дней, когда людям требуются годы. Но эти десять дней были лучшими в моей жизни. Хотя и немного странными и сумасшедшими.  — Я сожалею, что появился в твоей жизни вот так. Но когда увидел тебя, то понял, что с тобой я был бы счастливым. Любой будет счастлив с таким человеком,  — от всего сердца говорил Намджун, влюблённым глазами смотря на Джина.   — Ты так говоришь, чтобы утешить меня.         — Ты самое лучше, что случилось со мной в жизни.      — Но ты уже мёртв, — заметил Джин.        — Лучшее, что случилось бы, — исправился Намджун. — Кажется, я не сумею с тобой нормально попрощаться.         — Почему же? — спросил Джин и нахмурился.         — Ты придираешься к каждому моему слово.     — Ладно, я буду молчать. Обещаю.   — Договорились. Ещё я не буду на тебя смотреть, — предупредил Намджун.         — Я такой страшный?   — Прекрати, — цокнул Намджун и пододвинул ближе к Джину стул.       — Ну, начинай, — торопил его Джин.        Джун глубоко вдохнул и начал свою речь:         — Моя правда в том, что я должен уйти. Но только сейчас я по-настоящему понял, что такое жить. С тобой я забыл обо всём, что со мной происходило. Я не гулял под ливнем, не ходил с друзьями на тусовки. Я очень хочу остаться, — сказал Намджун и сжал руку Джина. — Осознание того, что больше не смогу увидеть тебя, делает больно. Наверное, я ни одним человеком так не дорожил. Эти десять дней, которые мы провели вместе останутся со мной навсегда, и я буду счастлив, зная, что наша встреча была бы судьбоносной. Я удивляюсь такой красивой истории, которая произошла со мной. Возможно, не смогу больше коснуться тебя или поцеловать…         — Так сделай это сейчас, — еле слышно сказал Джин.         Намджун обернулся: глаза хёна сверкали от слёз, а свободная рука нервно теребила пуговицу на рубашке.         — Я не хочу потом жалеть, что не сделал этого, — коснувшись щеки Намджуна, прошептал Джин.        Джун убрал катившеюся слезу с лица хёна. Он миллионы раз представлял себе этот момент, и вот появилась возможность.         Ощутив губы Намджуна на своих, Джин почувствовал прилив неописуемого счастья. Джун настоящий, он не придумал его. Тысячи раз Джин видел такие сцены в фильмах, но не думал, что дойдёт и до него.        Намджун ощущал, что по его венам течёт жизнь. На уголках губ Джина чувствовался вкус кофе, а волосы пахли мёдом. Оказалось, чтобы ожить нужен всего один поцелуй.        Вдруг раздался звонок колокольчика.         — Кондитерская закрыта, — сказал Джин, отстранившись от Намджуна, хоть и не хотелось. — Как вас сюда занесло, ребята?         На улице до сих пор шёл дождь. Ветки деревьев плавали в лужах, птицы не могли пролететь и метра из-за намокших крыльев; затопило все клумбы и дороги города. Но найдутся люди, которые любят приключения.       В кондитерской стояли Чонгук, Тэхён, Хан и Джэхван. Удивительно, что они не промокли.       — Мы не к вам, — сказал Чонгук Джину.      — Тогда зачем же вы пришли?     — Мы за Намджуном, — ответил Тэхён. — Уже пора идти.   — Подождите, — хотел выяснить всё Джин, — вы хотите сказать, что тоже…         — Мы погибли в автокатастрофе,  — сказал Джэхван.  —  Я думаю, что вы слышали про нас. В Пусане была вечеринка для студентов, а после неё…       — Если это кто-нибудь узнает, то меня точно заберут в психушку, — только и смог сказать Джин.         — Но спасибо за вкусный кофе, — поблагодарил Джэхван.         Джин хотел уже сказать, чтобы те приходили ещё, но вовремя сообразил, что этих людей он больше не увидит.      — Мы подождём на улице, — сказал Хан и вывел друзей из кондитерской.        — Вот и всё… — сказал Джин, посмотрев на Намджуна.         — Вот и всё, — повторил тот. — Джин, я…         — Не говори ничего, — не дал сказать Джин. — Просто иди. Ты же не хочешь, чтобы я тут разревелся?   Джун уже подошёл к выходу, но не выдержал. Подбежав к Джину, он крепко обнял его. Джун пытался запомнить его запах, его рост, всё, чтобы никогда не забыть своего любимого. Он проклинал тот день, когда решил поехать на автобусе, а не пойти пешком. Говорят, что всё в этой жизни продумано и против судьбы не пойдёшь, но Джун готов перечить правилам хоть тысячу раз, лишь бы не покидать Джина.   — Я обещаю, что вернусь, — шептал он Джину. — Только не забывай меня.         Джин не успел сказать и слова. Никого уже не было рядом, воцарилась тишина. Он выбежал на улицу и увидел вдали пять силуэтов.    — Не забуду! — крикнул Джин изо всех сил и стал наблюдать, как парни медленно исчезают вдали. 

 Конец истории. Где же этот обещанный хэппи-энд? Разве Намджун не должен воскреснуть? Что же сделано не так?      Джин не замечал вокруг себя ничего. Сложно поверить, но всё это было. Это всё произошло с ним. Как он и говорил, но ему же ведь никто не поверит.  Даже родная мама.  Ручка двери дёрнулась — промокшие Хосок, Чимин и Ванх влетели в кондитерскую.    — Хён! Хён! — звал друга Хо.     Чимину удалось отыскать Джина за самым дальним столиком. Созвав всех, они окружили старшего.         — Знаешь, что… — уже хотел рассказывать Хосок, но услышал, как что-то капунло на куртку.     — Джин, — с нотками волнения сказал Чимин, — почему ты плачешь?