9 глава

Для меня Настя стала чем-то вроде привычки, но очень нужной. Я не просто «навещал её» — я хотел быть рядом.

Однажды вечером мы сидели у неё. Она выбрала фильм, но в середине заснула. Голова плавно скользнула ко мне на плечо. Я осторожно обнял её, поправил плед.

Я не хотел её будить. Сидел так почти час, слушал её дыхание. И впервые за долгое время чувствовал себя спокойно.

Когда фильм закончился, я осторожно поцеловал её в висок. Не как признание, а как заботу. Она чуть шевельнулась, но не проснулась.

На следующий день я решил не скрывать.

— Слушай, — сказал я, когда мы завтракали. — Ты знаешь, что смешно?— Что?— Ты вчера заснула на мне.

Она покраснела.— Я?.. Серьёзно?

— Ага. Я даже получил бонус — обнимашку. — Я улыбнулся. — Бесплатную.

Она закатила глаза, но я видел: ей было приятно.

Я всегда шутил, но внутри понимал: это больше, чем просто «соседская забота». Я хотел быть тем, к кому она идёт, если страшно или грустно. Хотел готовить ей завтраки, выбирать одежду, слышать её смех.

И знал: однажды скажу ей об этом прямо.

Отношения Насти и Егора уже не выглядели как «соседство». Они проводили всё больше времени вместе — завтраки, походы в магазин, просмотр фильмов. И всё чаще это выглядело так, будто они живут одной жизнью.

Егор был удивительно внимательным. Он замечал каждую мелочь: если Настя уставала — приносил чай, если грустила — шутил. Иногда обнимал её сзади, внезапно, пока она что-то делала на кухне.

— Осторожно, уроню чашку, — возмущалась она.— Уронишь — поймаю, малыш, — отвечал он, уткнувшись носом в её плечо.

Она краснела, но не вырывалась.

И однажды вечером случилось то, что они оба ждали, но не говорили вслух.

Настя умывалась в ванной. Вода стекала по её лицу, когда вдруг в проёме двери появился Егор.

— Ты чего? — удивилась она, вытирая полотенцем лицо.

— Жду, — сказал он просто. — Хочу пожелать спокойной ночи, малышка.

Она смутилась. Он подошёл ближе, заглянул в глаза. И мягко, без лишних слов, коснулся её губ своими.

Поцелуй был осторожный, будто он боялся спугнуть её. Но она ответила. Её руки сами легли ему на плечи. Его ладони обхватили её талию и прижали к себе.

— Вот теперь точно спокойной ночи, — шепнул он, отстранившись, но не отпуская её.

Настя не знала, что сказать. Она только улыбнулась и прижалась щекой к его груди.

После первого поцелуя всё изменилось, но в то же время осталось таким же. Мы всё ещё смеялись, готовили еду, переписывались. Но теперь были прикосновения. Настоящие.

Я стояла утром у плиты, делала омлет. Вдруг почувствовала, как его руки обняли меня сзади за талию.

— Доброе утро, — сказал он сонным голосом.

— Ты мешаешь, — пробормотала я, но улыбка предала меня.

— Я украшаю процесс, — возразил он. — Смотри: омлет сразу вкуснее, когда я рядом.

Я рассмеялась. Он уткнулся носом в мои волосы, вдохнул запах шампуня.

— Обожаю твой аромат, малыш.

Сердце у меня забилось быстрее. Я чувствовала его тепло и не хотела, чтобы он отстранялся.

Потом мы ели вместе, сидя бок о бок. Он постоянно подкладывал мне кусочки со своей тарелки.

— Ешь, котёнок, ты и так худая.

— Я не котёнок, — возмутилась я.— Ещё как котёнок. Маленький, упрямый, но мой.

Я покраснела и спрятала лицо за кружкой чая.

Я никогда не думал, что бытовые вещи могут приносить столько радости. С Настей даже чистка зубов превращалась в игру.

Мы стояли вечером у раковины, рядом, каждый со своей щёткой. Я нарочно пытался петь с зубной пастой во рту, она хохотала так, что едва не подавилась.

— Ты дурак, — сказала она, выплёвывая воду.— Твой дурак, — ответил я и поцеловал её в щёку, пока она вытирала лицо полотенцем.

Она покраснела, но улыбнулась.

Когда мы легли в кровать (в её квартире, хотя всё чаще я оставался у неё), я обнял её сзади, прижал к себе.

— Спи, малыш, — прошептал я в её волосы. — Я рядом.

Она вздохнула и переплела пальцы с моими.

— Спасибо, что ты есть, — сказала она тихо.

Я улыбнулся в темноте. Мне не нужно было ничего больше.

Проснулся я первым. Лежал и смотрел, как она спит. Накрыл её одеялом повыше, поцеловал в висок.

Потом пошёл на кухню, поставил чайник. Решил приготовить ей завтрак сам. Яичницу, тосты, кофе. Хотел, чтобы она открыла глаза и сразу почувствовала заботу.

Когда она вышла, сонная, в моей футболке, я уже накрывал стол.

— Ух ты… — удивилась она. — Ты с утра повар?— Для тебя всегда, котенок.

Она подошла, обняла меня сзади за пояс. Это был первый раз, когда она сделала это сама.

— Мне повезло с соседом, — прошептала она.

Я рассмеялся и поцеловал её руку.— Нам обоим повезло.