9. Я не уйду

Вечер уже упал на Нью-Йорк, солнце полностью зашло и небо окрасилось в тёмный цвет. Уэйд сидит на крыше какого-то здания, смотрит в одну точку, вынув пистолеты из карманов и положив их рядом, словно готовится к самоубийству.

- Молодец, Уилсон. Ну всё.

- Надо было стянуть маску и жестко засосать его в ответ?

- Да почему ты вообще убежал, идиот?

Он сам себе отвечает.

- Потому что испугался.

Уэйд не мог сказать что уверен в своих чувствах, паук свалился ему внезапно на голову, также как и Уэйд внезапно свалился в жизнь Питера, прошло всего несколько недель, а паучок лезет целоваться, решил сорвать ягодку до свадьбы?

- Прекрати нести эту чушь блять!

Выкрикивает в темноту. Дэдпул не может не шутить, он нервничает и шутит, не затыкаясь даже в собственных мыслях, потому что это слишком большое потрясение. Он не ожидал что такое может быть, нет, ну конечно иногда представлял, но наяву понимал что - нет. Питеру не нужен такой урод, как и физический, так и моральный, если бы тот увидел его лицо, наверняка бы сразу передумал целовать.

Несколько дней оба проводят в тишинеПитер думает:"Что я вообще сделал?"Уэйд думает:"Он теперь точно пожалеет. Нет бы нашёл себе красивую цыпу, а не психически неуравновешенного наёмника."

Но Питеру это всё надоедает, сидеть дома в одиночестве, работать, разговаривать с котом, в один вечер он просто надевает свой костюм паука и отправляется на импровизированное патрулирование, где он будет патрулировать Уэйда и его маршрут. Он приходит на ту самую крышу.Пусто.

На другую.Пусто.

На третью.И наконец слышит знакомый голос.

- Ой. Паучок сам пришёл.

Уже не такой веселый и шуточный, скорее обычный. Питер сразу подлетает к Уэйду, чуть ли не падая и стягивая свою маску. В голове одновременно и раздражение и нежность и желание узнать что не так.

- Ты исчез.

- Ага.

- Почему?

- Потому что ты меня поцеловал.

- И?

- А если это была ошибка?

- Если бы это была ошибка...я бы не искал тебя.

Уэйд всё ещё не верит, потому что он считает себя уродом, а еще придурком и извращенцем и отбитым на голову и.. начинает все портить:

- Ты просто маску целовал. Там лица не было...Очень удобно любить человека, которого не видно.

Уэйд убежден, что если её снять - всё закончится. Питеру не понравится этот вид ожогов на лице, который преследует его самого каждый день.

- Мне все равно, Уэйд...

- Все так говорят, пока не увидят.

Наступает тишина, оба не знают что делать, точнее Уэйд знает, но не делает, он знает что Питер убежит в ужасе если увидит. Спустя несколько минут Уилсон поднимает руку к маске, потом опускает её обратно, спустя несколько секунд снова поднимает

- Сейчас ты еще можешь уйти, Пит... потом будет сложнее

Он медленно стягивает маску, потому что боится. Лишь спустя почти минуту взору Питера открывается неровная кожа, с разными бугорками, впадинками, лысая голова, которую покрывает такая же кожа, бровей практически нет, ресницы небольшие, вообще не длинные и карие глаза. Заметив взгляд паука, он начинает тороторить:

- Ну? Уже жалеешь? Я не Селена Гомес, извини что меня заделали не супер сексапильные знамености, а обычные люди, но вообще я не с рождения такой...Могу обратно надеть.

Уэйд явно неврничает, очень сильно, так что даже губы подрагивают.

- Очень быстро надевается. Почти как презерватив.

Пит сжал губы, придвинувшись ближе и положив ладонь, закованную в перчатку костюма, на щеку Уэйда, внимательно смотря ему в глаза.

- Если я так... не больно?..

- Нет.

Питер продолжает смотреть в глаза Уэйда, а затем все таки прикрывает свои и наклоняется ближе. Когда они коснулись губами, то Питер сам слегка вздрогнул. Сначала поцелуй был робким, Паркер все ещё боялся что наёмник убежит от него, но этого не происходило и тогда Питер стал целовать уверенее, не торопясь, но настойчиво, словно слишком долго запрещал себе даже думать об этом. Ему было все равно на город, главное Уэйд и его губы сейчас, которые Пит успел обследовать вдоль и поперёк, заполняя тишину меж ними звуками причмокивания и тихих вздохов. Когда они отстранились друг от друга, Питер еще несколько секунд не открывал глаза. Он будто забыл, как дышать.Сердце колотилось где-то в горле. Он сам не ожидал, что захочет этого настолько сильно.Потом он открывает глаза, смотрит на Уэйда... и понимает, что если сейчас не остановится, то поцелует его снова и не только поцелует...

Он поднимается и отходит на шаг назад

- Я...

Еще шаг назад.

- Черт...

Он проводит ладонью по лицу, будто пытается прийти в себя.

- Мне надо... секунду.

У Уэйда дыхание учащается, от того что он начинает нервничать, он просто смотрит на Питера так, будто боится сделать хоть одно движение.

- Я что-то сделал не так?

И Питер сразу отвечает:

- Нет. Нет... наоборот.

Он даже смеется одним коротким нервным выдохом.

Уэйд чуть улыбается, но все еще осторожен

- Значит... можно еще когда-нибудь?

Питер смотрит на него несколько секунд.Улыбается.

- Да. Но... не сейчас.

- Почему?

Питер опускает взгляд и почти смущенно отвечает:

- Потому что если сейчас еще раз тебя поцелую...моё тело уже начинает реагировать, а здесь явно не место для этого.

Дэдпул сразу всё понял, он уже чувствовал как из него сейчас начнут извергаться шутки "неужели встал?", "ты такой извращенец, Пит", но он сжал зубы, для паренька это сейчас слишком важно и он не может портить момент своим бредом, он только аккуратно поднимается и подходит к Питеру, но в нескольких шагах он сразу останавливается.

- Всё-всё.

Поднимает руки.

- Не подхожу.

Питер наконец поднимает взгляд. И именно в этот момент понимает одну вещь: Уэйд уважил его границу, без шуток, без давления.И это производит на Питера, наверное, большее впечатление, чем любой красивый жест.Потому что после всех потерь ему жизненно важно чувствовать, что его никто ни к чему не принуждает.

- Уэйд.. если скажу, ты не обидишься? Питер снова отворачивается, а вот Уэйд слегка напрягается.

- Если честно.. твоё лицо похоже на Луну..на ней такие же краторы и бугорки.

Уэйд не обижается, он улыбается, он ещё не слышал таких слов про своё лицо.

- Если я луна, то ты моё солнышко?...

- Хочу им быть..

Уэйд подошел ближе, медленно ступая по крыше и взял руку Питера в свою, просто аккуратно держа её.

Внизу шумел Нью-Йорк, явно не зная о этих двух людях на крыше, которые теперь не были одинокими.