Часть 11. Трагедия

Три недели после помолвки. Утро. Квартира Данилы.

Арина проснулась с улыбкой. Она лежала в объятиях Данилы, чувствуя тепло его тела и ровное дыхание. Завтра они должны были ехать в ЗАГС подавать заявление. Свадьба была назначена через месяц. Всё шло по плану.

Данила пошевелился и открыл глаза. Увидев её улыбку, он улыбнулся в ответ:

— «Доброе утро, моя звёздочка».

— «Доброе утро, мой огромный медведь».

Он притянул её ближе и поцеловал в лоб. Арина закрыла глаза, наслаждаясь этим моментом. Всё было идеально.

Её телефон завибрировал на тумбочке. Она протянула руку, взяла его и увидела имя на экране. Сердце пропустило удар. Это был Лёша. Он звонил рано. Слишком рано.

— «Лёш? Что случилось?» — спросила она, беря трубку.

Голос брата был дрожащим, срывающимся:

— «Аринка... сестрёнка... у нас беда. Это мама... она упала с лестницы. Она в больнице. В реанимации. Врачи говорят... шансов мало».

Арина почувствовала, как земля уходит из-под ног. Телефон выпал из рук. Данила мгновенно обнял её:

— «Я рядом. Я отвезу тебя. Всё будет хорошо».

Больница. 09:00.

Арина сидела в коридоре реанимации, сжавшись в комок. Лёша был рядом. Они не говорили. Просто сидели и ждали. Через час приехали Соня и Кристина, потом Данила. Все стояли в коридоре, не зная, что делать.

Спустя четыре часа врач вышел:

— «Операция прошла успешно. Ваша мама жива. Она в сознании. Мы переводим её в обычную палату».

Арина упала на колени от облегчения. Соня и Кристина обняли её. Данила подошёл и обнял всех.

Палата матери. Вся семья и друзья собрались вокруг.

Арина вошла в палату с замиранием сердца. Мама лежала на кровати, бледная, но живая. Рядом стоял папа, держа её за руку. Лёша и Кристина вошли следом. Соня и Фреймтеймер остановились в дверях, чтобы дать семье пространство.

— «Мама!» — Арина подбежала и схватила её за руку. — «Мама, ты жива! Ты не представляешь, как я счастлива!»

Но улыбка мамы погасла. Она посмотрела на дочь с холодным презрением. Её голос был тихим, но полным яда:

— «Ты счастлива? А я нет. Я чуть не умерла из-за тебя. Из-за твоего ужасного характера. Ты всегда была проблемой в этой семье».

Арина отшатнулась:

— «Мама... что ты говоришь?»

— «Я говорю правду. Ты всегда была такой. Помнишь, когда тебе было пять, ты разбила мою любимую вазу и соврала, что это сделала кошка? Ты врала с детства. В школе ты дралась с мальчиками, приносила двойки. Я ходила на собрания и краснела за тебя!»

— «Мама, это было в детстве! Я выросла!»

— «Ты не выросла! Ты такая же эгоистка! Ты никогда меня не слушаешь! Ты постоянно выводишь меня из себя! Если бы ты не была такой неуправляемой, я бы не поскользнулась на лестнице!»

Арина чувствовала, как внутри закипает гнев. Слёзы текли по лицу:

— «Я виновата в том, что ты упала?! Я сидела в коридоре четыре часа и молилась за тебя! А ты обвиняешь меня в том, что чуть не умерла?!»

— «Ты всегда только орёшь! Ты не умеешь любить! Ты не умеешь быть дочерью!»

— «А ты умеешь быть матерью?! Ты никогда меня не хвалила! Помнишь, когда мне было тринадцать, я пришла с победой на соревнованиях по плаванию, а ты сказала: «Подумаешь, второе место»! Ты даже не обняла меня!»

— «Потому что ты могла быть первой!»

— «А когда мне было девять, ты сказала, что я некрасивая и что никто меня не полюбит! Я неделю плакала в своей комнате!»

Мама усмехнулась:

— «И я была права? Тебя кто-то полюбил? Твой жених? Он просто использует тебя, как и все остальные. Он устанет от тебя и уйдёт».

Арина застыла, глядя на мать. В груди всё разрывалось.

Лёша шагнул вперёд:

— «Мама, прекрати! Ты не имеешь права так говорить!»

Кристина вышла вперёд, заслоняя Арину собой:

— «Вы не имеете права так с ней обращаться! Она думала, что потеряет вас! Она молилась за вас! А вы... вы просто уничтожаете её! Она — ваша дочь! Вы должны её любить, а не заставлять страдать!»

— «Кто ты такая, чтобы указывать мне?!» — закричала мама.

— «Я — девушка вашего сына! И я вижу, как вы мучаете свою дочь! Она не виновата в вашем падении! Она — замечательный человек, а вы — токсичная мать!»

Мама перевела взгляд на Арину. В её глазах застыла ненависть. Она медленно взяла тяжёлый металлический поднос с тумбочки и, не говоря ни слова, швырнула его в дочь.

Все закричали. Арина успела только поднять руки, но поднос прилетел ей прямо в голову. Раздался глухой удар. Арина покачнулась, её глаза закатились, и она стала медленно оседать на пол.

— «АРИНА!» — закричала Соня.

Данила рванул к ней, но не успел схватить. Арина рухнула на пол, не двигаясь.

— «НЕТ! АРИНА! АРИНА!» — он упал на колени рядом с ней, подхватывая её на руки. — «АРИНА, ОТКРОЙ ГЛАЗА! ОТКРОЙ ГЛАЗА, ПОЖАЛУЙСТА!»

Она не двигалась. Лицо было бледным, из раны на виске текла кровь.

Лёша рванул к врачам, крича:

— «ПОМОГИТЕ! ПОМОГИТЕ! СЕСТРА БЕЗ СОЗНАНИЯ!»

В палату вбежали врачи. Они уложили Арину на носилки и побежали по коридору. Данила бежал следом, но его остановили у дверей процедурной.

— «Вы не можете войти! Ждите здесь! Нам нужно сделать переливание крови и остановить кровотечение. Всё будет хорошо!» — врач закрыл дверь перед его носом.

Коридор. Все в шоке.

Данила стоял у стены, вдавливая кулаки в бетон. Он кричал, не сдерживая слёз:

— «НЕТ! НЕТ! ПОЧЕМУ ЭТО СЛУЧИЛОСЬ?! ЭТО БЫЛА МОЯ ВИНА! Я ДОЛЖЕН БЫЛ ЗАЩИТИТЬ ЕЁ!»

Соня рыдала на плече у Фреймтеймера:

— «Она не должна была туда идти! Я должна была остановить её!»

Кристина сидела на полу, обхватив голову руками:

— «Я должна была вывести её оттуда раньше! Я видела, что мать её матери не в себе!»

Лёша стоял и смотрел на дверь процедурной. Его глаза горели яростью. Он вдруг развернулся и побежал обратно в палату матери.

Палата матери.

Лёша ворвался в палату, сжимая кулаки. Его лицо было перекошено от гнева. Кристина вбежала за ним и попыталась его остановить:

— «Лёша! Лёша, успокойся!»

Но он не слушал.

— «ТЫ СУМАСШЕДШАЯ!» — закричал он на мать. — «ТЫ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ТЫ СДЕЛАЛА?! ОНА — ТВОЯ ДОЧЬ! ТЫ МОГЛА УБИТЬ ЕЁ!»

Мама смотрела на него с вызовом:

— «Она заслужила это! Она всегда была проклятием для этой семьи!»

— «ЗАТКНИСЬ! ТЫ СЛЫШИШЬ МЕНЯ?! ЗАТКНИСЬ!» — он подошёл к кровати так близко, что Кристина едва успела схватить его за плечи. — «ТЫ НЕ ИМЕЕШЬ ПРАВА ТАК ГОВОРИТЬ! ТЫ — МОЯ МАТЬ, НО Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!»

Мама застыла:

— «Как ты смеешь?! Я тебя родила!»

— «Ты родила меня, но ты никогда не была матерью! Ты была тираном! Ты уничтожила нас с сестрой! Ты всегда критиковала нас, унижала, делала всё, чтобы мы чувствовали себя никчёмными! Но Арина — она — лучшая из нас! Она добрая! Она заботливая! Она — папина дочка! И она не виновата в твоих проблемах! Это ты виновата! Ты — причина всех твоих несчастий! И я больше не хочу тебя видеть! Никогда!»

— «Ты не можешь так со мной поступить!» — закричала мама.

— «Могу! Я прекращаю с тобой всякое общение! Ты больше не моя мать! У тебя есть муж, который терпит тебя, но я — нет! Я ухожу, и ты больше никогда меня не увидишь! Прощай!» — он развернулся и вышел из палаты, хлопнув дверью так, что стены задрожали.

Кристина выбежала за ним:

— «Лёша! Лёша, подожди!»

Она догнала его в коридоре и обняла:

— «Лёшенька, мой родной медвежонок... я с тобой...»

Лёша разрыдался у неё на плече:

— «Кристя... я не хочу её больше видеть... я не могу... после того, что она сделала с Ариной... она чуть не убила мою сестру... мою маленькую сестрёнку...»

— «Я знаю, Лёша. Я знаю. Ты поступил правильно. Ты защитил свою сестру. И я горжусь тобой».

Тем временем в процедурной.

Врачи делали переливание крови. Арина лежала на кровати, бледная, но уже начинала приходить в себя.

В палату вошёл папа. Он не видел, что произошло, но Лёша ему всё рассказал. Его лицо было бледным от злости. Он подошёл к кровати жены и посмотрел на неё так, как никогда не смотрел раньше — с отвращением и презрением.

— «Ты понимаешь, что ты наделала?» — спросил он тихо, но в его голосе слышалась сталь.

Мама подняла на него глаза. В них была злость и страх.

— «Она довела меня!»

— «Она — твоя дочь! Ты могла убить её! Ты бросила в неё поднос! Ты — мать, а ведёшь себя как чудовище! Я смотрел на это много лет, я терпел, я думал, что ты изменишься! Но ты не изменилась! Ты разрушила наши отношения с детьми!»

— «Я тебя не заставляла терпеть!» — закричала мама.

Папа покачал головой:

— «Ты права. Ты не заставляла. Я сам виноват, что не остановил тебя раньше. Но теперь я сделаю это. Если ты ещё раз поднимешь руку на наших детей, если ты ещё раз скажешь им хотя бы одно плохое слово — я уйду от тебя. Я подам на развод. Я не хочу жить с женщиной, которая ненавидит своих собственных детей».

Мама посмотрела на него с ужасом:

— «Ты... ты не посмеешь! Ты обещал перед Богом!»

— «Перед Богом я обещал любить и защищать свою семью. А ты уничтожаешь её. Я даю тебе последний шанс — исправься. Иначе я уйду. Навсегда».

Он развернулся и вышел из палаты, оставляя маму в полном одиночестве. Она смотрела ему вслед и впервые почувствовала, что осталась совсем одна.

Час спустя. Процедурная.

Врач вышел с улыбкой:

— «Всё хорошо. Мы сделали переливание крови, рану зашили. Она потеряла много крови, но мы восстановили её состояние. Она придёт в себя через несколько часов. Никаких серьёзных травм нет. Мы отпускаем её домой завтра утром».

Данила выдохнул:

— «Спасибо, доктор. Спасибо».

Через несколько часов. Палата Арины.

Арина открыла глаза. Голова болела, но она была жива. Она повернула голову и увидела Данилу, Соню, Кристину, Лёшу и папу, которые стояли вокруг.

— «Арина! Ты очнулась!» — Данила схватил её за руку.

— «Что случилось?» — прошептала она.

— «Мама швырнула в тебя поднос. Ты потеряла сознание. Тебе сделали переливание крови. Всё хорошо, ты будешь жить» — ответил Лёша.

Она посмотрела на брата, на папу. Она не видела маму.

— «Где мама?»

— «Она в своей палате. Я больше не хочу её видеть, Арина. Я порвал с ней все отношения» — сказал Лёша твёрдо.

— «Лёшенька...» — прошептала Арина.

Папа подошёл и взял её руку:

— «Арина, доченька, я больше не позволю ей тебя обижать. Я сказал ей — если она ещё раз поднимет руку на тебя или на Лёшу, я уйду от неё. Я дал ей последний шанс. Но если она не исправится — я уйду. Я не хочу, чтобы ты страдала из-за неё».

Арина заплакала:

— «Папа... спасибо тебе... я так тебя люблю...»

— «И я тебя люблю, доченька. И я всегда буду защищать тебя. Ты — моя девочка. Моя маленькая звёздочка».

Он обнял её, и она почувствовала себя в безопасности.

На следующий день. Арину выписали.

Она сидела в кресле у окна в своей квартире. Данила принёс ей чай. Соня и Кристина сидели рядом.

— «Как ты себя чувствуешь?» — спросила Соня.

— «Лучше. Голова ещё болит, но это пройдёт».

Она посмотрела на Соню и Кристину. В её глазах была решимость.

— «Девочки... я хочу сказать вам одну вещь. Только вам. Пока никто не знает».

Они переглянулись.

— «Я беременна. У меня будет ребёнок. От Данилы. Я узнала об этом за день до того, как мама упала. Я хотела сказать ему, но потом случилось это...»

Соня и Кристина ахнули.

— «Что?! Ты беременна?!» — воскликнула Кристина.

— «Аринка, это же чудесно!» — Соня обняла её.

— «Но я не знаю, когда сказать Даниле. Мы отложили свадьбу из-за мамы... а теперь это... как я скажу ему, что мы станем родителями, когда у нас даже даты свадьбы нет?»

Соня сжала её руку:

— «Арина, ты должна сказать ему. Он любит тебя. Он будет счастлив. Я знаю это».

— «Но не сейчас. Дай мне немного времени».

Она посмотрела в окно и улыбнулась, чувствуя, как внутри неё растёт новая жизнь. Её ребёнок. Их ребёнок.

Данила зашёл в комнату:

— «О чём вы шепчетесь, девочки?»

Арина обернулась и улыбнулась ему той улыбкой, от которой у него перехватывало дыхание:

— «Ни о чём. Просто счастливы, что я жива».

Он подошёл и поцеловал её в лоб:

— «Я тоже счастлив, моя звёздочка. И я люблю тебя».

Она закрыла глаза, чувствуя его тепло, и прошептала мысленно:

«Я тоже люблю тебя. И я скоро скажу тебе, что ты станешь папой. Но не сегодня. Сегодня я просто хочу быть счастливой».

Продолжение следует...