Глава 3. А вы слышали новость?

Совершенно незаметно и легко пролетел месяц. Стас уже полноценно влился в рабочий процесс и по-настоящему помогал своему начальнику, став практически незаменимым. Сотрудники первые пару недель относились к нему слегка настороженно, но потом освоились и приняли парня. Обаяние и лёгкость помогли ему найти общий язык со всеми. Короче, на работе у Виктора воцарилась комфортная атмосфера, в отличии от дома.

Разговор о упущенном повышении, наконец, состоялся, и это было ужасно. Жанна рвала и метала, жертвами её гнева стала тарелка, утюг, занавеска, Борис и, разумеется, Виктор. Мужу высказали всё-всё, что накопилось за все-е-е годы совместной жизни. В припадке гнева его даже переселили на диван, хотя, говоря откровенно, не очень понятно, чего именно его пытались лишить: секса или удобств? Так как с сексом у них уже давно напряжёнка. Виктор силился вспомнить, когда они с женой последний раз... кхм... количество месяцев перевалило за год, а считать годами не хотелось совершенно. В общем, жалел мужчина скорее о привычном матрасе: диван так себе место для комфортного сна.

Через неделю Жанна остыла достаточно, чтобы позволить мужу вернуться в спальню. Это не было нормальным примирением, они даже не обсудили проблему, но именно так они обычно «мирились». На деле же все обиды просто копились и обрастали новыми, и так год за годом. Жанна не умела (не хотела?) обсуждать, лишь орать и выплёскивать свои эмоции. Виктор же не умел вывести на душевный разговор, предпочитая переваривать всё в себе, со временем он выработал защитный механизм от нападок жены — просто отключался и не слушал. Не самый разумный вариант для семейной пары, однако они прожили так почти двадцать лет, значит, выбранная стратегия работает.

***

— Виктор Андреевич, Вы бы пошли пообедали, а я дождусь звонка. Я знаю, что говорить правда-правда!

Они с утра ждали важный звонок от клиента, чтобы получить подтверждение заказа, заказчик был чрезвычайно специфический, нервный и капризный, не возьми они трубку сразу — и проблем им не избежать. Именно поэтому обед откладывался всё дальше и дальше, но вынужденный голод уже напоминал о себе.

— Давай, может, ты сперва? — неуверенно спросил Виктор.

— Не доверяете, да? — картинно оскорбившись, возмутился стажёр, для полноты образа даже руку к груди приложил, но после не выдержал и рассмеялся, — Виктор Андеич, ну серьёзно, я справлюсь, а Вы с утра голодный сидите. Если Вы сгорите на производстве, кто Вас заменит?

— Железный довод, — нехотя согласился мужчина и поднялся из кресла, — но если что — тут же набери мне...

— Обещаю, — перебил его Стас.

Пока Виктор шёл до столовой, он невольно думал о том, как быстро и органично Стас вписался в работу. Такой лёгкий, смешливый и юморной, но при этом удивительно собранный и профессиональный, умный. Максимальное сочетание хороших качеств, даже странно.

Очередь за обедами была небольшая, а вот свободных мест осталось не так много, некоторые правда уже заканчивали трапезу и покидали зал, но всё же пришлось поискать столик. Виктор угнездился в маленькой нише за колонной, что с его немалым ростом тяжеловато: ноги в проход не вытянуть: споткнётся же кто-нибудь, но времени устраиваться удобнее не было. Он оперативно расправлялся с блюдами и параллельно стал невольным слушателем разговора за соседним столиком.

— Маша, он тебе русским языком всё объяснил. В чем смыл обманывать и придумывать такую отговорку?

— Да херня это! Вот посмотрим, что будет на корпоративе. Алкоголь очень помогает раскрепоститься, а я уж постараюсь быть рядом, — настаивала Мария.

— Ты серьёзно? Думаешь, он тебя стесняется?

— Да, мне кажется он застенчивый, и это мило. У меня таких ещё не было... — резюмировала девушка, после чего перешла на шёпот, — ну не может такой красивый парень быть...

— Ладно, я тебя поняла, — перебила её знакомая, — пошли, а то и так засиделись. Хотя, я думаю, что ты ошибаешься, но отговаривать не буду.

Девушки зазвенели посудой, укладывая всё на поднос, и покинули свои места, а Виктор, откровенно говоря, ничего не понял из разговора, но, кажется, Маша серьёзно на кого-то запала, раз собирается ждать новогодней вечеринки, до которой ещё пара месяцев. "Бедовая барышня, ничему её жизнь не учит." После трёх служебных романов за год она мечтает о неком четвёртом. «Красивый парень... хм... может быть, Стас?».

То, что парень он и правда красивый, спорить никто не станет, но вот особой застенчивости в нём Виктор не замечал, наоборот — откровенный и жизнерадостный. Судя по коротким обрывкам историй, коими он иногда делился, у парня было много друзей и увлечений. Он часто уезжал на выходные в другие города или на кемпинг, пока погода позволяла. Также он показывал фото из Европы, где они отдыхали большой компанией этим летом. И пусть это не «all inclusive», как обычно отдыхал сам Виктор, а всего лишь хостел и придорожные закусочные, однако в свои двадцать с небольшим Стас повидал много больше интересного, чем Виктор, дожив до сорока.

О личной жизни они, разумеется, не говорили, но, опять-таки по обрывкам, было ясно, что у Стаса кто-то есть: девушка, невеста или жена — не ясно. Это казалось более веской причиной невнимания к первой красавице офиса, нежели мифическая застенчивость. Виктор такое отношение уважал, он сам никогда не позволял себе «походов налево», несмотря на не самую благоприятную обстановку в семье, хотя возможностей было не мало.

Когда Виктор вернулся в кабинет, оказалось, что клиент таки позвонил и подтвердил заказ, внеся пару незначительных изменений, что при его извечном мозгоёбстве звучало приятной музыкой. Похвалив Стаса и дополнив договор, Виктор с чистой совестью принялся за работу. Найти общий язык с таким клиентом не легко, однако стажеру и это удалось, очередной плюс к его заслугам.

Отработав день Виктор отправился домой. Выходя из здания, он заметил в конце улицы стасову яркую куртку, тот что-то рассказывал своему другу, живо жестикулировал и чуть не прыгал от переполнявших его эмоций. Друг же, судя по всему, смеялся и пытался поймать Стаса за руку. Улыбнувшись про себя, Виктор Андреевич потопал к метро.

***

— Нет, это пить невозможно, — возмутился Стас и вылил растворимый кофе в раковину. — Завтра принесу нормальный, а пока — чай.

Они проводили свой кофебрейк в общей комнате, в которой по счастливой случайности никого не было. Стас заварил два пакетика чая, плюхнул на стол шоколадку и устроился напротив начальника.

— Да, с кофе везде проблема, а автомат никак не починят...

— Не, у меня есть хороший, принесу завтра, — отмахнулся Стас.

— Ой, приве-е-ет Стас, — манерно протянула Мария, вошедшая с явным намерением почаёвничать, — Виктор Андреевич, здравствуйте.

— Здрасте, Маша.

Стас же лишь хмыкнул и кивнул в ответ, все манёвры девушки, как обычно, остались без внимания. Поэтому надолго она не задержалась и, подхватив кружку, гордо удалилась.

Следующим в комнату вошёл Николай, он также поздоровался, начал греметь посудой и о чём-то рассказывать, однако в какой-то момент запнулся, покраснел, кинул на Стаса странный взгляд и, скомкав разговор, покинул помещение.

— Какие-то все странные, — констатировал Виктор.

— Хм... Наверное, из-за меня, — предположил Стас, слишком усердно разламывая при этом шоколадку.

— А что не так? — мужчина хлюпнул чай на пробу и, поняв, что температура нормальная, сделал хороший глоток.

— А Вы не слышали? Я гей. Мне казалось, такие новости быстро распространяются по офису.

Виктор прыснул чаем и закашлялся. Стас же, не на шутку испугавшись, кинулся помогать, шлёпал по спине и предлагал салфетки.

— Но-нормально. Всё со... кхе... хорошо всё, — наконец, восстановив дыхание, Виктор смущённо поёрзал. Было крайне неловко за такую реакцию: откровенно говоря, к геям никакого негатива он не испытывал, есть и есть, поэтому подобная экспрессия была не актуальна.

— Простите, шокировал Вас, да?

— Нет-нет, я, видимо, просто пропустил эту новость, — неловко пошутив, отмазался начальник.

— Надеюсь, это не станет проблемой? Я не хочу прятаться, понимаете? На моей работе и знаниях личная жизнь не отражается, у меня есть парень, я не собираюсь искать кого-то... — Стас зачастил, вбрасывая объяснения, но был прерван Виктором Андеевичем.

— Стас, стой! Я тебя ни в чём не обвиняю.

На пару минут в комнате воцарилась тишина, каждый думал о своем, как вдруг Виктор фыркнул в чашку и рассмеялся, а, перехватив недоумённый взгляд Стаса, пояснил:

— Бедный Колька! У него ж половина шуток сводится к скабрёзным намёкам, в том числе и про геев, не мудрено, что его так замкнуло.

Стас улыбнулся, но было видно, что неопределенность начальника в отношении шокирующей новости его напрягает, поэтому Виктор решил расставить точки над «i».

— Эм... а если серьёзно, то это никого не касается, ну, твоя личная жизнь. От себя хочу заметить, что за все годы работы ты самый способный мой стажёр. Я рад работать с тобой. Моё отношение не изменилось, можешь не переживать.

— Спасибо, — выдохнув, поблагодарил парень. Он заметно расслабился, вновь став весёлым и улыбчивым. Поэтому, покончив с разговорами и чаем, мужчины вернулись к работе.

Но, несмотря на свои слова, Виктор крепко задумался о Стасе и геях вообще. Не так уж много он знал о жизни людей с нетрадиционной ориентацией и уж точно в кругу своих знакомых не имел таких людей. Было немного странно от мысли, что его стажёр любит мужиков. Мысли ползли необычными путям, прыгая то на социальные проблемы геев в России, то на очень личные стороны данного вопроса, в конце концов, на моменте «Он или его?» пришлось резко менять тему размышления.