Глава 1. Тот самый понедельник

Любая история должна начаться в какой-то день, так пусть это будет понедельник. Все мы планируем сесть на диету, начать читать книги, заняться спортом, найти новую работу — и всё это со следующего понедельника. Волшебный день, который никогда не наступит.

Правда, Виктор Андреевич ничего подобного не хотел. Откровенно говоря, он уже давно ничего не планировал относительно своей жизни. Всё, что должен сделать человек к сорока годам, — он сделал. Отучился, был в армии, женился, «родил» ребенка, воспитал его, зарабатывал деньги, возил семью к морю каждое лето, и бла-бла-бла. Из глобально нового впереди его ожидала только пенсия и смерть. Ничего не скажешь, позитивненько.

Сегодня он, как обычно, проснулся в семь утра, отключил будильник и прислушался. Жена уже гремела чем-то на кухне, в комнате сына пока тишина. Каждое его утро расписано по минутам. Да что утро — весь чёртов день. Всё известно наперёд, а так хотелось что-то изменить, шикануть сумасбродством. Однако негоже думать о подобном взрослому человеку, у него есть семья, он несёт за них ответственность, тряхнув головой, Виктор выбросил из нее глупости и пошел собираться.

— С добрым утром, дорогая, — стандартное приветствие, уже давно не окрашенное эмоциями, просто вежливость, просто так надо.

— Угу, с добрым. Кофе будешь? — это тоже стандартный вопрос, так как выбора особо нет.

Приняв протянутую чашку, Виктор морщится от одного запаха растворимой бурды, которую его супруга вот уже много лет упорно выдавала за кофе. Сколько раз он просил её не покупать эту гадость — но это же дешевле, чем зерна, и быстрее, и плевать, что отрава. Вместе с «напитком богов» мужчина получает пару бутербродов с сырокопченой колбасой — хотя он любит «Докторскую» — и порцию разговоров о сыне-разгильдяе. Насколько он понял, у Бори проблемы с оценками, виноват в этом, разумеется, компьютер, который занимает всё свободное время мальчика. Дальше жена перевела тему на свою сестру и её дочь... честно говоря, на этом моменте Виктор уже отключился, он автоматически угукал и кивал, но совершенно не слушал трёп Жанны.

— ...хорошо?

— Что, прости? — уточнил Виктор.

— Вить, ты меня слушал вообще?

— Конечно.

— И о чём я говорила? — ноздри жены угрожающе раздулись.

— Эм... о Борисе, о твоей сестре... и-и-и...

— Ой, всё с тобой ясно, — фыркнув, Жанна резко встала и ушла в комнату.

-- М-да...

Тяжело выдохнув, мужчина вымыл посуду и заперся в ванной, но не прошло и пяти минут, как в дверь забарабанили. От неожиданного звука Виктор поперхнулся зубной пастой и смачный комок пены упал на свитер.

— Па, ты тут не один!

— Выхожу, — откашлявшись, ответил он.

Попытка оттереть пасту не увенчалась особым успехом, влажное белое пятно стало похоже на детскую отрыжку.

— Э, ладно! Хрен с ним.

Махнув расчёской по волосам, Виктор открыл дверь.

— Давай, па, живее. Мне посрать нужно, — отпихнув отца, парень просочился в ванную и заперся там.

— И тебе доброе утро.

Прошлёпав до комнаты, он думал было сменить свитер на другой, но там, ворча, собиралась жена. Ссориться с ней совершенно не хотелось, поэтому он просто накинул куртку, взял свой портфель и пошёл на работу. Едва выйдя за дверь, Виктор почувствовал себя свободнее, расправив плечи, он одёрнул рукав и втянул в лёгкие спёртый воздух лестничной клетки. Итак, здравствуй, новый день.

Поездка в офис не запомнилась ничем интересным. Мозг отключался от этого процесса, тело само знало, где выходить и куда поворачивать. А тем временем Виктор думал, дадут ли ему давно обещанное повышение. Он ожидал этого ещё в том году, но тогда сорвался крупный контракт и было неловко напоминать. Сейчас же самое время: он опытный сотрудник, всегда выполнял поставленные задачи ответственно и вовремя, был на хорошем счету у начальства, да и других претендентов на давно пустующую должность попросту не было. Мысленно Виктор уже поздравил себя с повышением и ждал когда об этом официально объявят. На своем старом месте ему давно тесно, у него были планы по улучшению компании, были наработки и клиенты, не было только одного — полномочий. В этих бодрящих мыслях он дошёл до своего кабинета.

— Виктор Андреевич, доброе утро! Сегодня планёрку перенесли на полдень. Я в буфет, принести Вам чаю?

— Доброе утро, Миша. Чая не нужно, спасибо, — выдавив улыбку, ответил Виктор.

Ох, Миша, Миша! Миша безумно раздражал. Вот прям невероятно! Этот парень из отряда лизоблюдов, семейство подлиз. Вечно тёрся рядом с начальником отдела, носил чаёк\кофеёк, ходил с ним курить, ржал над самыми тупыми шутками, короче, пробивался как мог, так как знаниями по работе никогда не блистал. Честно говоря, Виктор не помнил ни одного случая, когда Миша сделал хоть что-то полезное для фирмы, что-то решил или придумал. Мужчина такого поведения никогда не понимал и с коллегой вёл себя подчеркнуто вежливо, фамильярности он не терпел, а отсутствие профессионализма бесило больше всего.

До полудня Виктор успел ответить на все письма клиентов и набросать пару служебных записок, а после планёрки собирался спуститься на склад и в очередной раз поругаться с кладовщиком, так как тот вновь перепутал заказы. Однако теперь его путь лежал в конференц-зал, по дороге он решил заглянуть в туалет. Нда, отражение в зеркале не радовало! Пятно от пасты выглядело ещё хуже, чем утром, мужчина пошкрябал ногтем белые разводы и они, словно перхоть, начали осыпаться ниже. Пришлось вновь его намочить и растереть практически по всей груди. Эти водные процедуры задержали, и он чуть не опоздал на совещание.

Сначала обсуждались дела и вопросы их отдела, начальник отдельно отметил заслуги Виктора, который в очередной раз перевыполнил план, после чего последовало объявление о кадровых перестановках. Мол, все вы знаете о давно пустующей должности и мы коллегиальным решением постановили отдать эту вакансию... Мише. Сказать, что Виктор был в шоке — это ничего не сказать, он сидел с каменным лицом и, не моргая, смотрел на начальника. Тот в свою очередь взгляд усердно отводил и жал руку Михаилу, который хихикал и румянился, словно блин.

Коллеги хоть и поздравляли парня, так же были немного обескуражены таким поворотом. Все давно ожидали назначения Виктора Андреевича, а вот чего ожидать от Миши в качестве начальника, никто не знал.

Дождавшись, пока все разойдутся, Виктор решил прояснить ситуацию.

— Савелий Алексеевич, я чего-то не понял? Почему? Почему Миша? — потрясение сменилось здоровой злостью.

— Вить, не горячись. Ты же знаешь, этот вопрос я не один решаю, а Миша парень не глупый, молодой и умеет себя подать, в работе с клиентами это имеет большое значение, — вяло оправдывался начальник.

— Возраст и умение себя подать? Серьёзно? А опыт работы уже не имеет значения? Или фирма переквалифицировалась и у нас теперь главным достижением является способность бегать за минералкой для начальства?

— Так, Витя! Не хами.

— Я просто хочу понять.

— Этот вопрос решенный. Всё. Чем тебе не нравится твоя должность, а? Ты отлично справляешься. Кстати, завтра к нам переводят стажёра. Это как раз по твоей части...

— Опять мне? Сколько можно? Скольких я уже воспитал? Пятерых, кажется? Я не нянька для ваших идиотиков, — Виктор был в бешенстве, он с радостью перевернул бы стол, но максимум, который мог себе позволить, это задавать вопросы в чуть повышенных тонах.

— Этот парнишка работает уже два месяца, не совсем зеленый. Он с высшим образованием, по нашему профилю, так что, не переживай, вы найдете общий язык. А теперь, извини, мне пора, — прервав неприятный разговор, Савелий, с удивительной для его комплекции быстротой, метнулся через кабинет к двери и скрылся за ней, оставляя Виктора переваривать информацию.

Какое унижение! Это просто плевок ему в лицо. Как же хочется написать заявление по собственному и уйти на все четыре стороны, пусть ебутся как хотят, напоследок можно ещё и в рожу Мише дать.

«Интересно, он после этого мне за чайком сбегает?»

Остаток дня прошёл, как в тумане. Откровенно говоря, после такого поворота делать даже минимальный минимум работы не хотелось. Смысл? А завтра на него ещё и новичка повесят. Все они были одинаково безмозглые и ленивые, плюс трое из пяти стажеров оказались безнадежно тупыми. Учить их чему-то — настоящее испытание терпения. «Ладно, поживём - увидим» — подумал Виктор, вышел из кабинета и поплёлся в буфет, так как на нервной почве совершенно забыл про обед, а ещё до дома ехать полтора часа. У ларька со всякой снедью шепталась группа коллег.

— ...хрен поймёшь! Этот Миша, точнее Михаил Витальевич, мне совершенно не нравится.

— Интересно, что он сделал, чтобы получить повышение? М? Поняли, да?

— Фу! Коля, блин! Тебе бы всё опошлить...

— Не ну, а что? Каждый пробивается, как может.

— И так прокатить Виктора Ан...

— Ой, здрасте, Виктор Андреевич!

На последней фразе разговор прервался, все притихли и попивали свои напитки, неловко косясь на Виктора. Этот эпизод добил, только коллективного сочувствия ему не хватало. Собрав гордость в кулак, мужчина прошёл к киоску, вежливо со всеми поздоровался и, купив шоколадку, ушёл обратно. Есть снова расхотелось, кинув батончик в стол, он тупо отсидел оставшиеся полчаса рабочего времени, даже не пытаясь изображать какую-либо деятельность.

Желая оттянуть возвращение домой, Виктор зашёл в магазин за продуктами. Примерный список он помнил: молоко, сахар, яйца. Набрав полную корзинку, мужчина двинулся к кассе и впервые радовался очереди. Идти домой не хотелось совершенно. Что его там ждало? Ворчание жены и игнор сына. Плюс теперь на горизонте маячил неприятный разговор с Жанной. Погрузив продукты в пакеты, он, не торопясь, двинулся вверх по улице — это был максимально длинный маршрут до дома.

— Ты где пропадал? И телефон не берешь! — именно таким криком его встретила жена.

— Не слышал звонка. Я был в магазине. Возьми пакеты, пожалуйста, — он передал ей лёгкие кульки, а сам начал разуваться.

Жанна зашуршала пакетами, выгружая продукты и расставляя их по местам.

— Вить, ты что за молоко взял?

— А что? Нормальное молоко, свежее, — вымыв руки, он прошёл в кухню.

— Ты обалдел? В стеклянной бутылке? Да оно же дороже в три раза, а хранится два дня. Нужно было брать с синей коровкой, — женщина недовольно изучала чек и тяжело вздыхала.

— Да ладно тебе. У нас всё нормально с деньгами.

— Борису поступать в этом году. Репетиторы, выпускной, я молчу про плату за обучение, — Жанна уже не на шутку завелась.

— Да помню я, — перебил её Виктор.

— Я вот что-то не вижу, как ты помнишь, — она ткнула чеком практически в лицо мужу, — вот получишь повышение, тогда и покупай дорогие продукты.

Понимая, что это его шанс рассказать о неприятностях на работе, Виктор уже было раскрыл рот, но внезапно передумал. Терпеть ещё порцию унижения от жены не хотелось, не сейчас.

Но и без плохих новостей с работы ему вынесли весь мозг, это драное молоко Жанна припомнила ещё раз пять за вечер.

— Жанн, я понял уже! Понял! Хорошо? Будем травиться синей коровкой, как скажешь. А теперь, если ты не возражаешь, я пойду спать, — не дождавшись ответа, Виктор развернулся и ушёл в спальню, мечтая поскорее закончить ужасный день.