Глава 3: Случайный свидетель

После того случая на заднем дворе Чанбин стал для Чонина тенью, которую невозможно было прогнать. Со садился рядом на уроках, делился простыми домашними обедами, которые ему собирала мама, и упорно игнорировал косые взгляды одноклассников. Чонин по-прежнему говорил мало, но Чанбин замечал, как младший больше не сжимается, когда Со садится рядом.

Пятница подходила к концу. Школьные коридоры стремительно пустели. Чанбин задержался в спортзале, чтобы сдать инвентарь, и теперь быстрым шагом шел к выходу. Проходя мимо пустой учительской, он услышал приглушенный, дрожащий голос, доносившийся из тупика у пожарного выхода.

— Да, мама... Нет, я помню. Сто баллов за промежуточный тест. Я... я выучил всё, — голос Чонина срывался. Он стоял, прижавшись спиной к холодной стене, и судорожно сжимал телефон в руке. — Пожалуйста, не нужно запирать мою комнату в эти выходные. Я буду заниматься за столом. Да, я ничтожество, если не смогу поступить... Да.

Чанбин замер, чувствуя, как внутри закипает глухая ярость. Из динамика телефона даже на расстоянии пары метров доносился резкий, ледяной женский голос, который буквально втаптывал парня в грязь за единственную «четверку».

Экран погас. Чонин медленно опустил руку, и его плечи судорожно затряслись. Он спрятал лицо в ладонях, пытаясь сдержать подступающие слезы, чтобы никто в школе не увидел его слабости.

Чанбин не стал делать вид, что ничего не заметил. Он сделал несколько решительных шагов вперед и мягко, но крепко положил руку на плечо младшего. Чонин от неожиданности вздрогнул, резко вскидывая голову. В его глазах стояли слезы, а на лице читался неподдельный ужас от того, что кто-то стал свидетелем его домашнего позора.

— Уходи... — прошептал Чонин, пытаясь оттолкнуть Чанбина. — Не смотри на меня. Придурок, уходи!

Вместо того чтобы уйти, Чанбин просто шагнул ближе и крепко обнял его, прижимая к своей груди и укрывая от всего мира. Чонин сначала замер, выпрямившись как струна, его пальцы судорожно вцепились в куртку Со, словно он пытался оттолкнуть его, но уже через секунду вся его защита рухнула. Он уткнулся лбом в плечо Чанбина, беззвучно и тяжело плача, пока старший тихо гладил его по спине.

— Всё нормально, Чонин-а, — тихо говорил Чанбин, пока коридор погружался в вечерние сумерки. — Ты не один. Слышишь меня? Теперь ты не один.

— —

Продолжение следует...