Меня снова освистают в злых, обшарпанных трамваях

КэшВесь потрачен на кортеж.Этот город - мой манеж,Где давно потух огонь в асфальт закатанных надежд.Деньги, пули, самолёт -Я как Освальд Кобблпот.И в шампанском утопая, все танцуют мой фокстрот.

- Гарри, вставай, война!

- Чума, Гарри!

- Восстание гоблинов!

- Трансфигурация, Гарри!

- Воды...

- Оно живое! Оно говорит!

- Это пустыня-я...

Тут на похмельного Гарри вылилось по ощущениям ведро воды и он, поминая Мордреда, скатился в кровати, накрываясь балдахином.

- Идите нахуй, я вас умоляю, - простонал Гарри, у которого за последнюю неделю биологические часы переселились куда-то в задницу.

- Антипохмельное, а потом водичка, - сорвал с него ткань Симус, сияя улыбкой. - Ну и дали вы жару вчера походу с этой русской тянкой.

- Я больше удивился, когда она его на себе притащила, - отозвался Дин, помогая Гарри встать. - Вроде маленькая, а силы на всех нас хватит.

- Я, кстати, так и не понял, почему она магией его не приволокла? - спросил Невилл.

- Да она ж в хламину была. Чё праздновали-то Гарри?

- Её зачисление на Гриффиндор, - помотав головой, пришел в себя Гарри.

- Я забыл, как её зовут?

- Юля, - раздался звонкий ответ.

Блондинка в гриффиндорской мантии, черных чулках и в укороченной вполовину юбке, процокала на каблуках по спальне к шкафу, на ходу кидая сумку на кровать Невилла.

- Алё, соколик!

- На связи, - ответил Гарри, скидывая вчерашнюю одежду.

- Резче двигайся, я кофе хочу, - достала девушка из шкафа костюм и повесила на спинку кровати, пропуская Гарри в душ.

- Слышь, коммунистка, мы тут в трусах вообще-то, ничё? - помахал перед ней рукой Дин.

- Не знаю, малыш, «чё» у тебя в трусах или «ничё», - пожала плечами Долохова, взмахами палочки выглаживая костюм, раскрывая шторы на окнах и заправляя постель Гарри. - Могу посмотреть, если колеблешься.

- Да, я в том смысле, что совесть надо иметь, блин, - зашипел Дин, когда резинка боксеров щелкнула ему по животу, повинуясь палочке Юли.

- Совесть для лохов, малыш, - пропела Юля, высушив голову выходящего из душа Гарри, и отошла к столу. - Мне нужен Гарри и я пришла за ним к вам, через две минуты меня здесь не будет, и ты сможешь спокойно поплакать в комфортной обстановке, - пообещала она, собирая в сумку Поттера нужные учебники и пергаменты.

- Ну надо же, дочка того самого Долохова в нашей спальне, - присвистнул вошедший Рон.

- Это в каком это, блять, смысле «того самого»?

- Самого развеселого головореза Пожирателей, - объявил Рон.

- Для кого «головорез», а для кого любящий папочка, - парировала Юля, подхватывая сумку.

- Для кого «Пожиратели», а для кого кружок по интересам, - подхватил Гарри, надев кроссовки.

- Слизни, - резюмировал Рон, поворачиваясь к Невиллу.

- Слизни, - вздохнул Невилл, глядя как двое гриффиндорцев выходят из спальни, напоследок показывая им по среднему пальцу. - Они были бы идеальной парой, появись Юля чуть пораньше.

- Такие, как они, всегда появляются тогда, когда они нужны, - произнес Симус, задумчиво глядя на закрывшуюся дверь.

***

- Эй, отмороженные!

- Как думаешь, это нам? - не сбавляя шаг, спросил Гарри.

- Триста процентов, - приподняла бровь Долохова. - Поэтому, пошел он нахуй, богатенький уёбок.

- Не любишь Малфоев? А как же папа? - усмехнулся Гарри.

- А мы с ним не сиамские близнецы с одним мозгом на двоих, и думать одинаково не обязаны. Гордец Драко не может просечь непреложную тему о том, что счастье давно не в деньга-ах, счастье давно в грамма-ах, - прищелкивая себе пальцами, протянула блондинка.

- Как дилер не могу с тобой не согласиться, но... - начал было Гарри, когда догнавший их Драко развернул его за плечо. - Да ёбаный карась!

- И тебе доброе утро, - ухмыльнулся Драко. - Сука, ноги к полу прирастут, если подождете секунду, когда просят?

- Слушаем, Белоснежка, - вздернула носик Юля.

- У нас проблема.

- Большая? - приподнял брови Гарри.

- Не то чтобы, - сморщил нос Драко. - Но всё же лучше придушить её в зародыше.

- Говори: кого задушить надо? - нетерпеливо топнула каблучком Юля.

- Есть парочка клоунов с вашего львятника, которые собрали вокруг себя группу несогласных с новым режимом.

- Продолжай, - заинтересовался Гарри.

- Называют себя Отрядом Справедливости, пока только группу сколотили человек в десять, ничего не успели замутить, но пахнет это...

- Хуёво, - продолжил Гарри.

- Повстанцы, - округлила глаза Юля.

- Кто-то должен был их надоумить, а если в школе есть партизаны, значит, их взрослые аналоги тоже набирают силы...

- Спасибо за информацию, Драко, дальше мы сами, - улыбнулась Юля, положив ему руку на плечо.

***

- Привет, дебилам, - пропела Долохова на ушко семикурснику-гриффиндорцу, который тут же от нее отшатнулся.

- Как дела, Кормак? - ударил кулаком в стену возле головы второго Гарри, подлетая к компании из трех человек в коридоре.

- Поттер, ты ёбнулся? - прищурился МакЛагген. - А ты, психованная, брысь отсюда, пацаны разговаривают.

- И о чём нынче пацаны разговаривают? - выдохнула ему в лицо Юля.

- Не о недостатке справедливости ли, часом? - подхватил Гарри.

- Не понимаю о чем ты, - покачал головой Кормак, переглянувшись с семикурсником Эйданом Гарсией.

- А давай-ка по-чистому: ты со своим партнером по дрочке собрал команду недовольных новым режимом, чтобы пакостить исподтишка системе, ради которой я чуть не сдох навсегда. Да, нет, быстро? - спросил Гарри и врезал Кормаку в живот так, что он сложился бы пополам, если бы Гарри не уложил его голову на свое плечо, похлопывая по спине.

- Да.

- То есть тебе не нравятся перемены, которым мои союзники подвергли это стоячее болото? И ты возомнил себя тем, кто раздаст бабам цветы, а детям мороженое? - негромко уточнила у Эйдана Долохова и, дождавшись кивка, врезала ему с локтя в солнечное сплетение. - Прелестно.

- Парни, ну я же здесь, - притворно ласково проговорил Гарри, гладя Кормака по голове. - Если что-то не так, то без регистрации и записи на прием подойдите ко мне, спросите, что не понимаете, оповестите, если где-то что-то идет не так.

- Ты освободил Пожирателей. Они преступники, - прохрипел Кормак.

- Детка, повзрослей,- посоветовал ему Гарри. - Нет никаких хороших и плохих. Есть просто люди, живущие, как умеют. В общем так, сворачивайте свою лавочку обиженных на воздух мамкиных агитаторов сегодня же, иначе, я доложу Министру Магии, и на ваших родителей заведут дело, за то что они проморгали подстрекательство к госперевороту.

Оттолкнув от себя парней, Юля и Гарри одновременно поправили манжеты и, развернувшись на каблуках, покинули коридор.

- Почему играть в большую политику так сложно?

***

- Да ты ж ёбаный Пабло Эскобар просто, зачем ты тогда так за закон впрягаешься? - воскликнула Юля после пятого бокала в середине посиделок у камина.

- Есть желание съебать в закат в конце всех концов, но для этого мне нужно наладить здесь всё настолько, чтобы Тома это устроило.

- Пусть сам налаживает, - предложила блондинка.

- Он уже пытался, - вздохнул Гарри.

И ничего не говори, обними и существуй. Юля сидела на полу, Гарри лежал рядом, устроив голову на её коленях, затянутых в пестрые лосины. Добив сигареты, выбросили окурки, сложив ручки на груди, обидевшись на судьбу и всех её сестер.

- Знаешь, что я тебе скажу? - опустила к нему голову Юля. - Не отказывайся ни от чего ради других, потому что ради тебя не откажутся.

- Ты под этим девизом отношения с Блэйзом начала? - усмехнулся Гарри, отводя длинную прядь чужих волос от своего лица.

- В наших с Блэйзом отношениях не только мы с Блэйзом. Я, Блэйз, дрянь и чужие неоправданные ожидания. Любовный квадрат, в котором все углы тупые.

- Мы с тобой типа панки, Юль, - произнес Гарри. - Мы не ищем деньги, мы живём за счет проблем. Таким, как мы, сложно начинать отношения, потому что мы противопоставлены обществу, это наша позиция с детства, заложники собственной постиронии, стебём всё, что окружающие считают серьезными вещами, троллим всё и вся, включая собственную личность.

- А потом сами не можем разобраться в том, чего же мы хотим...

- А чего хотим не мы...

Добрый дядя в пиджаке запретил им умирать. На фоне смертельной опасности всё остальное меркнет, явным остаётся только нечто животное, то что самое весомое в известной пирамиде потребностей. И Гарри залетел в эту кашу в самое опасное время и, не то что не отдышавшись, даже не вдохнув, принялся выгребать. Он рос с этой ответственностью, с этой готовностью залететь в бурю событий и выжить. Какой подросток думает так? Какой подросток вообще задумывается об этом? Какой подросток не боится вообще? Какой подросток не привязывается ни к кому? Только тот, что рос в состоянии войны.

- Нас с тобой растили, как парочку наёмных убийц, - произнес Гарри. - И я настолько сосредоточился на этой идее «избежать войны», что забил на всё остальное. Мне было насрать, убить Волан-де-Морта или заключить с ним мир, перейти на его сторону или же предать его при первой же возможности, главное сгладить эту обостренную обстановку. Чтобы никого не убивали, и никто не убивал. Возможно, я сделал что-то не так и было бы правильней по-другому. Но я вывел их из катастрофы, и люди больше не умирают. И они не могут требовать от меня большего. Нет.

Он заворожено покачал головой, глядя в потолок, пока Юля бездумно гладила его по голове.

- Тебе нужно отдохнуть, Гарри. Все ошибки, что допущены, после жизни будут прощены.