Мне так понравилось, как ты пытался изгонять меня

- Самое главное, шкет, срезать мясо с кости так, чтобы оно не рвалось, а снималось.

- Да? – странно посмотрел на Долохова Гарри, стоя рядом с ним у стола с едой. – Я в этом, прямо скажем, не силен.

- Молодой ещё, ничего, научим, - хлопнул его по плечу Тоха.

- Ну, не знаю, Тони, я всегда предпочитал классическую Аваду, - подошел к ним Волан-де-Морт, оглядывая стол, на который Кричер всё ставил закуски.

- Том у нас белоручка, - усмехнулся Тони Поттеру. – Круциатусы, да Авады, всё скучно…

- Функционально, - парировал Том.

- Без души, - не остался в долгу Тони. – Ни одно заклинание не сравнится с ощущением, когда ты на живую вспарываешь грудную клетку, вытаскиваешь своей рукой из неё горячее сердце и чувствуешь, как по твоей руке стекает человек.

- Псих, - отозвался Гарри, разглядывая чашу с малиновым пуншем. – Если убийство необходимо, лучше всего совершить его чисто, без лишних извращений и улик.

- Улики для нерях, малыш, а свободным человека делает только нож, - усмехнулся Долохов. – К тому же, иногда насмотришься в головах чужих воспоминаний, и прямо рука тянется воздать по заслугам. Взять хоть лошару, который тебя этой красотой наградил, - он кивнул на черную кисть Гарри. – Лорд МакКаллен, из безденежных нейтралов. Полжизни на карьерную гонку положил, каких только подлянок не устраивал, сколько народу погубил не ради чего-то важного, ради себя любимого. Рассчитывал занять место не справляющегося с войной Фаджа, а тут вы со своим договором нарисовались, у него резьбу и сорвало. Вот кто тут псих, родной.

- Не есть хорошо, но и вас, господа, похвалить не за что, - заметил Гарри, выгнув бровь. – Убивать незнакомых людей, ради абстрактных идей… - он красноречиво посмотрел на Лорда.

- Тем не менее, ты нас выгородил, - сказал Том. – Выходит, с совестью можно и сторговаться, если расставить приоритеты в угоду желаниям.

- Ты же поступился своей жаждой мести и был со мной рядом, вместо того, чтобы шинковать того парня на тёрке, - пожал плечами Гарри. – Видимо, иногда и свои желания ради других можно заткнуть.

- Я знал, что месть свершится и без моего участия, - хмыкнул Лорд.

- О, твой крестный был хорош, я, наконец, увидел, что они с Беллой действительно родственники, - хохотнул Долохов. – Он два дня пытал этого чинушу, а ваш покорный слуга был на подхвате. Вчера мы развеяли его прах по ветру. Что смотришь так? Как-то тупо становиться пленником закона, после того, как сам этот закон выебал при свидетелях, не считаешь, парень?

- Для таких, как он, общественное осуждение было бы намного более действенным наказанием, чем пытки. Он всю жизнь зарабатывал свою репутацию, делал карьеру, жил ради будущего, и в миг всё обрушилось и вот он сидит в кандалах перед судом, в котором раньше голосовал с теми, кто теперь смотрит на него с презрением и гневом, ты только представь.

- Лично мне похуй было бы, я ещё попытался бы завершить начатое, - пожал плечами Тони.

- И ради этого я рвал жопу, - покачал головой Гарри, нервно закурив сигарету. – Надрывался, бегал, чтобы негодование сменилось жалостью, взывал к разуму, ссылался на предрассудки привитые воспитанием и косностью взглядов. Ради вот таких вот долбоёбов вы упраздняем палачей и укорачиваем уголовный кодекс. Ради чего же еще, блять, действительно?

- Не заводись, - положил ему руку на плечо Том.

- Да как тут, блять, спокойным оставаться? – рявкнул Гарри и дернул плечом, стряхивая его руку. – Крестный, который метит в авроры, занимается самосудом. Мужик мой, готов в щепки разнести зал суда, в котором только что признали его невиновность, похерить всё к чему мы шли полгода. Этот олень на серёзном ебале мне сейчас говорит, что собирается и дальше людей мочить и похуй мороз ему, кто там на него надеется, кто решает его косяки, - повернувшись к Долохову, смотрел на него Гарри снизу вверх.

- Кто на что учился, пацан, - спокойно ответил Тони. – Кто-то же должен делать грязную работу за Вашим Высочеством Высокоморальной Принцессой. Твой идеализм радует мою черствую душу, но если за тебя кто-то разгребает то, на что у тебя самого кишка тонка рыпнуться, может не стоит под руку пиздеть, а если поблагодарить язык не поворачивается, то хотя бы приберечь слова на политические лозунги, а не лечить тех, кто и так всё знает.

- Ты меня щас только ссыклом назвал? – Гарри резко вытащил палочку и приставил её к горлу русского. – Не лезь, Том, - дернувшийся было к ним, Том поднял руки и отступил на шаг.

Внезапно откуда-то справа ослепила вспышка металла и, Гарри откинул голову назад, но кинжал по касательной зацепил щеку. Едва он развернулся в сторону нападавшего, ему в кадык уперлась чужая палочка.

- Убрал, нахуй, лапы от папочки, - прошипела незнакомка, прожигая его смоки-взглядом.

- Отставить, - раздался звучный приказ Долохова, и девушка тут же опустила палочку. - Не кипишуй, Юльчик, он свой. Пацан ровный, взрывной чутка только, но не боись, папку не обидит, - он подгрёб девушку к себе ручищей за плечи и, чмокнув в макушку, расплылся в улыбке. – Знакомься, Гарри: Юля, дочка моя.

Фурия мгновенно преобразилась в очаровательную ровесницу Гарри и очаровательно улыбнулась. Миниатюрная, очень похожая на отца, блондинка в юбочке поверх колготок в крупную сетку, подскочила к Гарри и, расцеловав его в обе щеки, стерла с его порезанной щеки каплю крови и обхватила палец губами, слизывая кровь.

- Сорри, малыш, не признала сразу! Папочка столько о тебе рассказывал! Какой ты миленький, так и хочется прописать тебе слева и чмокнуть справа! – она протянула руку и, выдернув из дверцы шкафа кинжал, спрятала его в закрепленной на бедре портупее, прикрыв блестящей юбочкой. – А это чё за страхоёбина подземельная?

- Дядя Том, - ухмыльнулся Волан-де-Морт и раскинул руки. – Иди сюда, козявка, какая мамзель-то выросла. Я тебя вот такую шанежку ещё на руках держал…

- Ну нихрена тебя жизнь помотала! – захохотала Юля и обняла Лорда, привстав на своих шпильках. – Матушка-то рассказывала, что я мелкая бабайку всё боялась, а тут вон и немудрено…

- Тут я не причём, я тогда ещё нормально выглядел, - засмеялся Том.

- Ну, давайте, за знакомство по одной, - перекинув длинные волосы за спину, плеснула Юля водки из бутылки со стола и вручила Гарри рюмку.

Выпив свою порцию, Антонин занюхал волосами Юли, чмокнув её в макушку, и крякнув, хлопнул рюмку об стол дном к верху.

- Перевожу, вот, к вам в Хогвартс. Не сдала бой с посохом, зелья и арифмантику, позорит отца, как хочет! Ты уж присмотри за ней в школе, шкет, а то не дай Бог…

- Да это за школой теперь надо будет присматривать походу, - ухмыльнулся Гарри, наблюдая, как прикуривает Юля, цапнув у него из кармана пачку сигарет. – Да, девочка-война?

- Ой, что да, то да, сладкий! – махнула на него рукой Долохова. – Наведем с тобой в вашем болоте шороху, щас познакомимся со всеми, выпьем, закусим и споём, и спляшем, родной…

- Пиздец, она своровала мою спокойную старость, Том!

- Это ночью воруют, а днём берут, малыш, - подмигнула Юля. – И вообще, я эти ваши политические ролевые игры все имела в виду. Запомни, Гарри, неважно сколько людей ты убил, главное, как ты уживаешься с живыми, так что расслабь уже очко и прими близко в сердцу  неебущий факт, что ты тут никому не мамочка и общественный порядок вывозить не обязан. Пошли, покажешь мне, где здесь музыка включается!

Схватив Гарри за руку, она потащила его из гостиной в сторону коридора, приговаривая: «Новый год к нам мчится, скоро всё случится».