Бал Четырех Стихий

Огромные дубовые двери Большого зала распахнулись, пропуская толпу студентов. Зал выглядел магически-торжественно: под парящими свечами вместо обычных знамен факультетов переливались голограммы четырех стихий — ревущее пламя, застывший лед, живая земля и завихрения ветра.

За столом Гриффиндора было шумно. Джисон, задыхаясь от возбуждения, пытался одновременно запихнуть в рот тост и пересказать Бан Чану сплетню, услышанную от картин в коридоре.

— Чан-хён, говорят, в этот раз пары будет выбирать сам Кубок! — прошамкал Джисон, размахивая руками.

— Прожуй сначала, «информатор», — усмехнулся Чан, поправляя значок Старосты. Он бросил взгляд на стол Когтеврана, где Чанбин сосредоточенно читал книгу, игнорируя суету. Чан почувствовал, как внутри шевельнулся его альфа — запах темного шоколада, долетавший от Чанбина даже через весь зал, всегда действовал на него успокаивающе.

В этот момент директор подошел к трибуне. Шум стих.

— В этом году «Бал Четырех Стихий» пройдет по древним правилам, — голос директора эхом разнесся под сводами. — Чтобы укрепить связи между факультетами и сбалансировать магию альф и омег, партнеры будут назначены магическим жребием. Межфакультетские пары обязательны.

За столом Слизерина Минхо поморщился. Он лениво крутил в пальцах серебряную вилку, бросая короткие взгляды на гриффиндорский стол. Его внутренний альфа уже давно сделал выбор, и перспектива танцевать с какой-нибудь восторженной когтевранкой его не радовала.

— Ли Минхо! — провозгласил голос директора. — Вашим партнером становится... Хан Джисон.

Джисон подавился соком. По залу прошел смешок. Минхо замер, его глаза опасно блеснули. Он медленно повернул голову к гриффиндорскому столу и встретился взглядом с перепуганным, но заинтригованным Джисоном. Минхо едва заметно облизнул губы.«Ну что ж, бельчонок, ты сам напросился», — подумал он, чувствуя, как в воздухе начинает доминировать его запах горького кофе.

— Хван Хёнджин! — продолжил директор. — Ваша пара — Ли Феликс.

Хёнджин, который до этого момента картинно страдал, драматично откинув волосы, замер. Его взгляд метнулся к столу Пуффендуя, где Феликс, густо покраснев, пытался спрятать улыбку за ладонями. Запах корицы от Феликса внезапно стал ярче, окутывая Хёнджина даже на расстоянии. Альфа внутри Хвана довольно заурчал.

— Со Чанбин и Бан Чан!

Чан облегченно выдохнул, а Чанбин за столом Когтеврана наконец закрыл книгу, пряча победную ухмылку. Им не нужно было играть в случайность — магия просто подтвердила то, что они оба знали давно.

— И наконец, — директор сверился со списком, — Ким Сынмин и Ян Чонин.

Сынмин, сидевший с идеально прямой спиной, поправил очки.— Логично, — сухо прокомментировал он, хотя его пальцы на мгновение сжали перо чуть сильнее.Чонин с другого конца зала лукаво подмигнул ему, демонстрируя ямочки на щеках. Этот омега знал, что его альфа-когтевранец уже просчитал все шаги для их первого танца.