Chapter 6: "Хэллоу, Хеллоуин"

POV Valeria

После того, как Свят лично «наказал» моих обидчиков в лице самого себя и Дэна, которого я так и не смогла рассмотреть нормально, ребята отстали от меня, что даже удивительно. Я думала, что блондин и его дружки решат мне отомстить, но ничего такого не было. Фантастика.

Завтра уже 31 октября, а это означает, что именно завтра состоится вечеринка в честь Хэллоуина, на которую можно позвать родственников или друзей. Конечно, ни кого из друзей или, что более ужасающе, отца звать я не собираюсь, вместо этого Валера сегодня вечером уедет, а завтра с утра сюда приедет его сестра-двойняшка Лера. Весь этот маскарад и театр одного актёра, конечно, бред полный, но я же говорила, что русские не сдаются!

– Валер, – позади послышался голос Макса, который, судя по его отдышке, бежал за мной достаточно долго. – Ну наконец-то ты обратил на меня внимание!

– Да, прости, – я почесала затылок, виновато опустив глаза. – Я задумался о вечеринке.

– А я тебя как раз о ней хотел спросить! – Макс лучезарно улыбнулся, его улыбка всегда мне нравилась, такая нежная и искренняя. Ой, о чём я? – К тебе кто приезжает?

– Сестра, – спокойно сказала я, пожав плечами, – правда меня самого на этой вечеринке не будет. – Максим вопросительно взглянул на меня; нужно в очередной раз обманывать друга, как это тяжело. – У отца проблемы с бизнесом, нужно ему помочь, а Лере необходим отдых.

– Забавно, у вас одинаковые имена, – Макс хохотнул, а затем похлопал меня по плечу. – Очень интересно посмотреть на твою сестрёнку.

– Хорошо, – я кивнула, задумавшись о своём плане. – Я бы хотел тебя попросить... Сможешь присмотреть за ней? Просто тут слишком много противных парней.

– Без проблем, – Макс явно был рад такому повороту событий, ну это, в принципе, и не удивительно. – Ты только покажи, как она выглядит, скажи, как с ней связаться.

– Ну, она приедет завтра, прямо перед дискотекой. Как сказала Лера, она будет стоять и ждать тебя у въезда, – придумывала я на ходу, стараясь запомнить всё это враньё, чтобы не запутаться. – Если вдруг что, то звони ей на этот номер, – я продиктовала свой номер телефона, а затем улыбнулась.

Так-с, думаю, пора отправляться в город, ведь ещё нужно найти отель, купить одежду, зайти в салон красоты, дабы мне подобрали парик (и как я не додумалась до этого раньше? Всегда себе жизнь усложняю!), ведь если брат и сестра будут с одинаковыми причёсками, то будет довольно странно, правда? Ах, и ещё нужно будет купить линзы, с гетерохромией я чувствую себя какой-то дефектной, скорее всего, этот комплекс укрепился в моём разуме с детства, когда мои сверстники, да и все остальные дети издевались надо мной, назван меня различными обидными словами и придумывали клички. Я же не виновата в том, что родилась такой!

Попрощавшись с другом, я в отличном расположении духа забежала в общежитие, быстро нашла свой рюкзак и, набросав туда все необходимые мне вещи, поспешила убраться из этого места как можно быстрее. Нужен глоток свежего воздуха, перезагрузка и свобода от этой ужасной повязки хотя бы на сутки.

* * *

[ Linkin Park – What I've done]

Блуждая по вечернему городу, освещённому миллионами огней, я рассматривала здания, различные кафе, большой парк, находящийся по левую сторону от меня – всё это казалось мне чем-то новым, необычным. Казалось, в моём сердце проснулось давно забытое чувство чего-то волшебного, невероятного, чарующего. Я перестала так смотреть на вещи после того, как от нас ушла мама.

Я до сих пор не понимаю, чего ей не хватало, ведь про нашу семью всегда говорили только самое лучшее: муж, зарабатывающий миллионы, безмерно любящий свою жену и маленькую дочурку, никогда и не в чём не отказывающий своей любимой, лапочка дочка, маленькая и наивная девчушка, смотрящая на мир сквозь розовые очки, невероятно любящая своих родителей, большой дом за городом, о котором мечтают многие, большая собака по кличке Арчи, беспрекословно выполняющая команды хозяев, дворецкий, уже ставший полноправным членом семьи. Я правда никогда не понимала, почему она нас бросила, почему она бросила меня. Человек, родивший меня, постоянно твердящий о том, что никогда не разлюбит, спустя восемь с половиной лет внезапно разлюбил меня? Разве такое бывает? Может, она и вовсе никого из нас не любила?

Конечно, как и любой другой ребёнок, я жутко сердилась на маму, ведь, когда ушла она, часть меня ушла вместе с ней. Я постоянно плакала, а отец не знал, как меня успокоить. Папа пропадал на работе, скорее всего стараясь в ней забыться о проблемах, но вскоре забыл и меня. В какой-то момент мне показалось, что отец не может справиться с уходом матери, я испугалась, что потеряю и его. К счастью, папа смог перебороть себя, но не до конца. Он всё такой же трудоголик, пытающийся откупиться от собственного ребёнка деньгами, крутыми гаджетами и одеждой; всем, чем можно, но не своей любовью. Это был второй удар по хрупкому ребёнку, напрочь разбивший его сердце. Представление о семье, которая была у нас ещё пару лет назад, рухнуло, превратилось в руины. А вместе с ней рухнула и моя вера в чудо и любовь.

Со временем темы, которые хоть как-то касались мамы, были запрещены в нашем доме, я всё реже вспоминала её, вскоре её образ потускнел, а затем стёрся из моей памяти, оставляя после себя лишь боль, которая периодически давала о себе знать.

Порой мне казалось, что это я во всём виновата, я думала, что по моей вине родители развелись. Затем стали появляться мысли, что отец винит меня во всём произошедшем, и поэтому пропадает на работе. Внезапно захотелось пропасть, исчезнуть из жизни папы, чтобы в который раз не напоминать ему о всей той боли, что была в нашей жизни. Вот теперь я тут, в академии. Теперь я стала той, кем являюсь сейчас.

Одинокая горячая слеза прокатилась по щеке, и я вдруг осознала, что не могу вспомнить, когда в последний раз плакала. Казалось, что я даже разучилась это делать, пока глаза не защипало, а в горле не появился ком, который не давал спокойно дышать. Появилось неконтролируемое желание выпить, которое вообще не характерно моему возрасту; мне практически семнадцать, а я хочу напиться, ужас. В данный момент мозг, не привыкший к такому переизбытку эмоций, прекратил сопротивление и сложил свои полномочия, позволяя чувствам руководить мной. Именно поэтому я, подойдя к ближайшему супермаркету и найдя ребят, которым, по моему мнению, было больше восемнадцати, предложила им две тысячи рублей в обмен на бутылку коньяка. Те с охотой согласились, и вскоре в моих руках оказалась бутылка тёмной крепкой жидкости. Я с блеском в глазах приняла «дар» и, немного отойдя от магазина, села на лавку. Вертя в руках свой мобильный, я смотрела на своё отражение в чёрном экране и, ужасаясь от того, во что превратилась, отпила из горла спиртное, которое обожгло горло, затем сделала ещё пару больших глотков. Казалось, всё внутренности горят, моля меня о пощаде, по всему телу разлился жар.

В порыве неконтролируемого гнева, внезапно возникшего в моём затуманенном разуме, я закрыла бутылку и отшвырнула её в сторону. Я хотела разбить её, но, увы, не вышло, поэтому бутыль просто проскользил по асфальту, при этом громко гремя и нарушая тишину. На телефон пришло сообщение от Свята, юноша интересовался куда это я пропала, хотел в поиздеваться, отомстить за мою месть. Вовремя ушла, оказывается.

– Эй, паренёк, – ко мне подошла компания, состоящая из четырёх изрядно подвыпивших парней. Кажется, это те самые ребята, которым я совсем недавно дала деньги. Уже отпраздновали. Быстро.

– Или ты не паренёк? – Рыжий юноша внимательно стал разглядывать меня, подходя всё ближе. – Всё-таки мне кажется, что ты гей.

– Я не гей, – спокойно проговорила я, стараясь не выдавать страх, который внезапно сковал меня по рукам и ногам.

– Что-то ты совсем неразговорчив, – нарочито обидчивым голосом произнёс брюнет, стоявший максимально близко ко мне и держащий в руках мою бутылку коньяка. – Не понравилась выпивка? Ну мы это исправим, – юноша подошёл ко мне и, открутив крышку, попытался раскрыть мой рот. И почему они прицепились ко мне?

Не знаю, что мной руководило в тот момент, но я, злостно сверкая глазами, плюнула этому парню в лицо и, сорвавшись с места, побежала. Интересно, я справлюсь с четырьмя пьяными парнями?

Юноши, громко матеря меня, побежали следом и вскоре загнали меня в тупик. Вот чёрт. Кажется, пора звать на помощь. Я схватила свой мобильный и, найдя единственное имя, владелец которого находился максимально близко, нажала на вызов.

– Свят, я в городе, недалёко у «Империи», за мной бегут четыре пьяных придурка, – начала перечислять я, задыхаясь от страха и слёз; все мысли смешались, и в этот момент я заметила четырёх парней, а затем услышала выстрел. – И у одного из них пистолет. Кажется, они невероятно злы на меня. Плевать, что мы ненавидим друг друга. Умоляю, помоги.

Не дав и слова вставить блондинчку, я сбросила вызов и прижалась к стене. Казалось, что эти четверо просто издевались надо мной, смеясь прямо мне в лицо и размахивая пистолетом.

– Конечно, с оружием каждый может быть бесстрашным, – пробурчала я, удивляясь собственной храбрости. Конечно, это можно объяснить с биологической точки зрения тем, что выделился адреналин и ударил мне в голову, но кому нужны все эти формальности?

– Что ты сказал? Или всё-таки сказала? – Русый юноша, особо не церемонясь со мной, схватил меня за волосы и провёл рукой по грудной клетке. Не нащупав ничего, что могло бы «определить» мой пол, парень смачно плюнул мне в лицо, а после ударил в живот.

Послышался щелчок, который означал, что моя утяжка порвалась, чёрт. Парней это, кажется, вовсе не остановило, поэтому к русому присоединился ещё один парень, ударив меня в колено. Я потеряла равновесие и ударилась головой, но даже на асфальте попыталась дать отпор этим амбалам. Те лишь с усмешкой посмотрели на мои старания, а после стали усерднее пинать меня по ногам, лишая всякой возможности подняться с земли.

В этот момент я утратила всякую веру в то, что мне кто-то придёт на помощь; я сама за себя. К двум своим друзьям присоединился третий, который, разорвав на мне рубашку, а затем и этот жутко неудобный корсет, утягивающий грудь, стал открыто пялиться. На его губах появилась пошловатая улыбка, которая означала, что сейчас мне будет ещё хуже.

– Убери руки! – Послышался до боли знакомый голос, который всегда невероятно бесил меня; сейчас же я чрезвычайно рада была слышать его.

Я распахнула глаза, стараясь выбраться из хватки двух других. Юноша, который был с пистолетом, уже валятся на полу без сознания, а рядом со Святославом я заметила ещё троих парней.

– Чего? – Рыжий отпустил меня, оборачиваясь к моим (а кто они мне?) знакомым, да.

Пока ребята разбирались, блондин, держащий меня за другую руку, больно ударил меня по голове какой-то деревянной палкой, и я медленно стала терять сознание. Если я умираю, то это самая ужасная смерть, о которой я могла только подумать.

* * *

– Эй, – меня стали легонько бить по щекам, пытаясь привести в чувства.

Голова стала невыносимо болеть, казалось, ещё чуть-чуть и она расколется на две части, тело ломило, а дышать было практически невозможно. Веки будто налились свинцом, но я с огромным усилием всё же открыла глаза.

– П-привет, – прохрипела я, глядя на Свята и его друзей, которые склонились надо мной. Я попыталась улыбнуться, но щека сильно заболела.

– Ты... ты как? Всё-таки решил..а нарваться на хулиганов, – Свят попытался пошутить, но я видела, что ему было неловко. – Если ты так хотела, чтобы тебя избили, могла бы попросить нас, а не ехать в город.

– Забавно, – сказала я, поднимая голову. – Зато теперь вы знаете, что я не гей, – я рассмеялась; кажется, это называется истерика. – Я знаю, что вы об этом задумывались.

– Ну да, – в разговор вступил Влад, присаживаясь на другой край кровати.

Как я поняла, ребята не понесли меня в больницу, а пришли в какой-то отель. Шикарная забота с их стороны. Так, Лера, хватит иронизировать, они тебя спасли.

– Все уже в курсе, да? Меня отчислят? – Да, самое время просить про учёбу.

– За кого ты нас принимаешь? – Дэн хмуро поглядел на меня, закатив глаза.

– Серьёзно? – Я приподняла левую бровь. Кажется, они издеваются надо мной, да?

– Ладно, кроме нас никто больше не знает, что Валерий вовсе не Валерий, а ВалериЯ, – он поглядел на меня, задавая немой вопрос.

– Хотите знать, почему я переоделась в парня, да? – Я виновато опустила глаза, присаживаясь на кровати. – Хорошо. Просто я давно хотела поступить в академию «Долорес», а кто-то перепутал мои документы, назвав меня Валерием, вот. В моей больной голове созрел план. – Я пожала плечами, а ребята в ещё большем недоумении взглянули на меня. – Нет, ну а почему всё лучшее достаётся мужчинам? Это несправедливо! Афигенная академия, мечта всей моей жизни, футболки с невероятными принтами, удобные толстовки...

– Всё, всё, мы поняли, – попытался заткнуть меня Эд, а я улыбнулась. Забавно получается. Враги сидят и вместе секретничают, по-моему, тема для анекдотов.

– Выходит, ты обманщица, – почесав затылок, проговорил голубоглазый блондин, мило улыбаясь. Он заигрывает, что?

– Довольно милая обманщица, – подметил Влад, слегка покраснев. Кажется, я тоже залилась краской в этот момент.

Ну что ж, привет, Хэллоуин, забавно ты меня встречаешь. Ещё сюрпризы будут?

– Хм, ребят, надеюсь, этот секрет останется между нами, – я слегка поёжилась, сильнее накрываясь одеялом. – А наши взаимоотношения не изменятся, мне нравилось, когда мы друг друга бесили, – я выдавила улыбку.

– Подумать только, дрались с девчонкой, – буркнул Свят, хлопая себя по лбу. – Не волнуйся, всё будет как раньше.

– Благодарю, – я улеглась поудобнее и в мгновение ока уснула, наплевав на всё. Я устала, мне можно.

Фото – Дэн