Глава 23

Чи Е как раз сидел в телефоне, когда Я-я, досмотрев мультик, подошла и взволнованно сказала:

- Гэ, не смотри больше, а то глаза испортишь.

Юноша небрежно отмахнулся:

- Твой брат уже взрослый. А у взрослых не портятся, только у детей.

Логика была железная, и Я-я согласилась.

Переписка застыла на сообщении «Неплохо нарисован». Чи Е вышел из WeChat и уже хотел убрать телефон, как вдруг раздалось «динь» - пришло новое сообщение. Он открыл - Вэнь Сяо прислал ему того самого Конáна, которого он только что отправил.

Чи Е: [В открытую стыбзил у меня стикер? Ну ничего, твой Чи-гэ щедрый - дарю его тебе.]

Завершив акт дарения, он пошёл смотреть, как Я-я собирает рюкзак. Раньше он собирал его сам, но теперь девочка решила, что она уже достаточно взрослая - она ведь ученица первого класса, второе полугодие, - и может делать это сама. Чи Е кивнул, и его роль из активной превратилась в роль пассивного наблюдателя.

Вещей у сестры было немного: карандаши, ластики, точилка аккуратно помещались в пенал, фломастеры лежали отдельно, тетради и учебники были сложены ровными стопками. Краем глаза Чи Е заметил у неё в рюкзаке леденец и спросил:

- Когда ты успела его купить, Я-я? А не боишься, что зубы испортишь? Будешь улыбаться - а там одни дырки [1].

[1] 满嘴蚂蚁 mǎn zuǐ mǎ yǐ - букв. полный рот муравьёв. Детская страшилка о том, что из-за большого количества сладкого портятся зубы.

Девочка и сама удивилась. Она достала леденец и сказала:

- Это дядя Цянь мне дал. Я сказала, что не хочу, но он сам засунул мне в рюкзак.

Чи Е нахмурился:

- Какой ещё дядя Цянь?

- Такой широкий! - попыталась описать Я-я. - Часто приходит к нам в магазин и намного ниже брата. Ещё хотел меня за косичку дёрнуть, но я не дала. А когда ты вышел из магазина, он испугался и убежал.

В голове у Чи Е возник образ мужчины средних лет. Тогда он видел только, как тот потянулся к волосам сестры, но не знал, что ещё и конфету подсунул. Он потрепал Я-я по макушке:

- Правильно сделала, что не взяла. Ничего не принимай от чужих людей. Если тебе что-то нужно...

Она радостно подхватила:

- Скажу, а брат купит!

- Верно, - Чи Е подумал пару секунд. - В следующий раз, когда увидишь этого дядю Цяня, обязательно мне скажи.

Я-я сложила большой и указательный пальцы в колечко, растопырила три коротких пальчика и с яркой улыбкой ответила:

- Окей, без проблем!

***

Полистав ленту, Чи Е вдруг понял, что сегодня Первое апреля - День дурака.

Чжао Иян в друзьях вовсю репостил ссылки вроде «Пикап-фразы на 1 апреля» или «Как признаться в любви 1 апреля (и не смутиться от возможного отказа)». А потом в самом последнем посте он написал: «Забыл настроить видимость первых двух постов. Мама теперь думает, что у меня кто-то есть. Семнадцатилетний старый холостяк срочно ищет объект для воздыханий [улыбка]». Чи Е автоматически поставил лайк.

Переключившись в список чатов, он открыл диалог с Вэнь Сяо, подумал и написал:

[У тебя шнурок развязался.]

Вэнь Сяо как раз решал задачи. Он машинально опустил взгляд - увидел, что на нём тапочки, у которых отродясь не было шнурков, и ответил:

[Я в тапках.]

Чи Е, глядя в телефон, расхохотался и быстро настучал:

[Ха-ха-ха, дурачок попался! С Первым апреля!]

Вэнь Сяо мельком посмотрел на светящееся окно напротив и отправил многозначительное многоточие. Тут же выскочило новое сообщение:

[У праздника должна быть церемония.]

Он подержал телефон в руке и только через некоторое время ответил:

[И тебя с Первым апреля.]

Перечитав переписку ещё раз, он откинулся на спинку стула и, изогнув уголки губ, улыбнулся.

***

На следующий день Лао Сюй вошёл в класс как раз в тот момент, когда староста носился по всему классу, собирая домашние задания - зрелище напоминало сцену массового выбивания долгов. Он выхватил с первой парты чей-то листок и, просмотрев его, заметил:

- Ваши каракули - как автографы звёзд: небрежность, возведённая в стиль.

Кто-то тут же отозвался:

- А почему так вышло? Всё потому, что домашних заданий - невпроворот!

Фраза, сказанная с наигранной торжественностью, утонула в одобрительном гуле класса. Лао Сюй, не обращая на это внимания, пролистал ещё пару контрольных по математике и понял, что лучше бы он этого не делал - настроение испортилось окончательно. Услышав, что класс продолжает перешёптываться, он отложил листы и постучал по столу:

- Всё ещё болтаете? Если вам так нравится чесать языками, выходите к доске и болтайте там!

В классе мгновенно воцарилась тишина.

Недавно звонок на урок сменили на «Турецкий марш» [2], и Лао Сюй всё ещё не привык. Только когда Сюй Жуй тихо напомнил ему, что урок начался, он прочистил горло и сказал:

- Так, тихо, начинаем.

Когда мужчина встал за кафедрой, Чжао Иян выкрикнул:

- Учитель, а у вас рубашка наизнанку!

Лао Сюй сжал в руке мелок и опустил взгляд - рубашка была в полном порядке. Что за чушь?

- Врёшь и не краснеешь [3]!

[2] «Турецкий марш» (Rondo Alla Turca) - это знаменитое фортепианное произведение Вольфганга Амадея Моцарта, которое на самом деле маршем не является. Оно представляет собой финальную, третью часть Сонаты для фортепиано № 11 ля мажор (K. 331), написанной в 1783 году. Сам композитор назвал эту часть «Турецкое рондо» или «Рондо в турецком стиле». Однако из-за характерного, чёткого ритма, напоминающего звучание военных оркестров, закрепилось более простое и понятное для публики название «Турецкий марш».

[3] 睁眼说瞎话 zhēng yǎn shuō xiāhuà - букв. с открытыми глазами говорить слепые речи; врать не моргая

Поняв, что учитель попался на удочку, Чжао Иян вместе с несколькими другими мальчишками весело закричали:

- Лао Сюй, с Первым апреля!

Тот притворно рассердился, но не смог сдержать улыбки. Он погрозил мелом, который держал в руке:

- Вы, мелкие паршивцы, посмотрите на календарь - уже второе апреля, а вы всё ещё празднуете? - он не удержался и с чувством добавил: - Всё-таки молодость - прекрасная пора: задают так много, а энергии у вас хоть отбавляй...

Тем временем Вэнь Сяо переписывался с Чи Е в WeChat.

Чи Е: [Как простуда?]

Вэнь Сяо: [Уже лучше.]

Чи Е: [Соевое молоко будешь?]

Вэнь Сяо утром не завтракал, поэтому ответил:

[Да, и ещё две булочки с мясом.]

Чи Е прислал несколько вопросительных знаков:

[??? И всё?]

Но тут же дописал:

[Ладно, купил. Жди.]

Чи Е пришёл только после первого урока. Когда он вошёл в класс через заднюю дверь, Сюй Гуанци поднял на него глаза и тут же сделал вид, что не заметил, снова занявшись своими конспектами.

Чжао Иян увидел, что Чи Е пришёл с едой, и пошутил:

- Чи-гэ, утром не успел позавтракать? Совсем совесть потерял - принёс в школу и дразнишь всех голодных в радиусе двух метров...

Но не успел он закончить, как Чи Е перешагнул через свой стул и поставил пакет на парту Вэнь Сяо:

- Ещё тёплые.

Вэнь Сяо поблагодарил, вставил трубочку и отпил:

- Спасибо.

- Это что, - захлопал глазами Чжао Иян, - для Вэнь Сяо завтрак?

Чи Е закинул рюкзак на парту:

- А что, по-твоему, я сам это всё съем?

- Мы знакомы уже почти два года, Чи-гэ, а ты мне даже зёрнышка риса не принёс! - завопил тот возмущённо.

Чи Е откинулся на спинку стула, вытянул ноги, стащил у Вэнь Сяо ручку и принялся лениво крутить её в пальцах:

- Неужели без моего завтрака пропадёшь?

Чжао Иян подумал про себя: ему-то еда не нужна, но Вэнь Сяо - тем более! Что это за особое отношение? Чтобы Чи-гэ кому-то завтрак носил?

После урока Лао Сюй по привычке задерживался в учительской поболтать с другими преподавателями, а не шатался по коридорам и не подглядывал через заднюю дверь. Чи Е, не опасаясь быть пойманным, спокойно достал телефон и написал:

[Вчера опять решал задачи до трёх?]

Вэнь Сяо только что доел мясные булочки. Раз его угостили - надо быть благодарным [4], хотя он так и не понимал, зачем человеку, сидящему буквально в метре от него, писать в мессенджере. Он ответил кратко:

[Ага.]

[4] 吃人嘴软 chī rén zuǐ ruǎn - букв. кто угощение ест - у того язык мягкий; обр. если принял угощение, нужно быть благодарным

Чи Е вспомнил, что прошлой ночью перед сном он бросил взгляд на окно Вэнь Сяо - там горел свет, а потом кто-то встал и задёрнул шторы. Сквозь расстояние между домами можно было разглядеть лишь смутный силуэт.

Он и сам не знал, зачем спрашивает, но ему не хотелось заканчивать разговор,

поэтому он сменил тему:

[Завтра тоже принести завтрак?]

Вэнь Сяо ответил «Хорошо» и тут же добавил:

[Соевое молоко с тремя ложками сахара.]

Чи Е усмехнулся про себя. Чёрт, командует так, будто бабл-ти заказывает - ещё и «три сахара». В уголках его глаз заиграла улыбка. Он мельком взглянул на бесстрастный профиль соседа и вслух сказал:

- Ладно, запомнил, куплю тебе с тремя ложками сахара.

Голос его был ленивым, с ноткой смеха - от него по коже бежали мурашки. Чжао Иян, не понимая, о каком сахаре идёт речь, смотрел на них в полном недоумении.

И тут Лао Сюй, который по идее должен был сейчас сидеть в учительской и болтать с коллегами, самым чудесным образом возник в дверях класса и чётко, поимённо, вызвал:

- Чи Е, Вэнь Сяо, зайдите ко мне в кабинет.

Чжао Иян вышел за ними следом и спросил:

- Лао Сюй вызвал вас обоих! Интересно, зачем? - никто ему не ответил, но он продолжал размышлять вслух: - Может, Чи-гэ наконец превысил лимит в 666 опозданий за все годы обучения и Лао Сюй решил вручить тебе награду?

Чи Е повернул голову спросил:

- На взбучку напрашиваешься? Уже и надо мной осмелился подшучивать?

Чжао Иян отступил на полшага.

- Это я не наглею. Просто в туалет припёрло - терпеть сил нет!

Не успел он договорить - и след его простыл.

***

Оба не раз бывали в кабинете Сюй Гуанци, особенно Чи Е - в прошлом он посещал его с завидной регулярностью.

Увидев их, Лао Сюй отложил книгу «Математика и человеческая цивилизация»:

- Пришли? Садитесь.

Чи Е, однако, не двинулся с места:

- Лао Сюй, говори, что хотел. Мы лучше постоим, от сидения сердце колотится.

Учитель обхватил свою термокружку и заметил:

- Стулья стоят, а вы нос воротите? Предпочитаете стоять?

- Ага. Мы ведь «ранние солнышки» [5], нам ещё рано садиться, - Чи Е кивнул с самым серьёзным видом.

[5] Та же отсылка к речи Мао Цзэдуна, что и в 6-й главе

- Ладно, не буду с тобой препираться. - Сюй Гуанци был явно в хорошем расположении духа. - Я от многих девчонок слышал, что вы оба очень хорошо играете в баскетбол?

Вэнь Сяо взглянул на Чи Е:

- Он играет отлично.

- Мы одного уровня, - ответил Чи Е и тут же удивился: - Но почему о нашей игре ты узнаёшь именно от девочек?

- У тебя, я вижу, странные представления о жизни, - усмехнулся Сюй Гуанци. - Только от девчонок и можно услышать правду. Попробуй спросить любого парня в классе, как он играет в баскетбол - каждый начнёт прямо на месте хвост распускать.

Чи Е, подумав, согласился - даже Шангуань Юй с Чжао Ияном, при всём их уровне игры, умудрялись величать себя «маленькими королями баскетбола».

- Я позвал вас вот по какому делу, - перешёл к сути мужчина. - Сегодня в обед состоится состоится баскетбольный матч между учителями. Сборная учителей одиннадцатых классов играет против учителей десятых. Разрешается приглашать дополнительных игроков. - Лао Сюй, начав, уже не мог остановиться: - Во второй команде куча молодых, а мы... наша молодость уже прошла, остеопороз не за горами. К тому же ваш завуч тоже в нашей команде, но у него, сами знаете, с ростом беда от рождения, так что он просто для массовки.

Чи Е и Вэнь Сяо переглянулись и поняли:

- То есть мы - те самые дополнительные игроки?

Лао Сюй просиял:

- В яблочко!

Чтобы выяснить, кто из учеников одиннадцатого класса лучше всех играет в баскетбол, он каждый день ходил по коридорам и подслушивал девичьи разговоры. Пазл сложился.

Мужчина посмотрел на Вэнь Сяо:

- Как твоя простуда? Если не можешь играть, Чи Е справится за двоих.

Болезнь пришла стремительно, но и ушла быстро - явных симптомов почти не осталось, так что он ответил кратко:

- Смогу.

***

Они пришли как «помощь», но когда наступил полдень, оба поняли: по сути, они - главная ударная сила команды.

Вокруг баскетбольной площадки толпились зрители в два плотных кольца. Сюй Гуанци и Чэн Сяонин, хоть и переоделись в баскетбольную форму, но всё их участие в матче ограничилось короткой разминкой перед началом да приветственными взмахами руками в сторону учеников и коллег. После этого один схватился за поясницу, другой захромал - и оба покинули поле.

Чтобы набрать хотя бы пять человек, на площадку вышли Вэнь Сяо и Чи Е. Чэн Сяонин, глядя, как они выходят, а девчонки вокруг начинают визжать, вздохнул:

- Эх, юность, пора любви... А ведь когда-то и я в школе был звездой. Стоило мне выйти на дебаты - и после раунда девушки из команды соперниц становились моими фанатками.

Лао Сюй покосился на него. В первую часть утверждения он ещё готов был поверить, но вот достоверность второй вызывала серьёзные сомнения.

Он тоже вздохнул:

- А моя жена вышла за меня замуж потому, что в университете её покорил мой профиль, когда я сосредоточенно решал математику.

Они посмотрели друг на друга и обменялись вежливыми, сдержанными улыбками.

На площадке всё было иначе, чем в предыдущих играх. Вэнь Сяо и Чи Е впервые оказались в одной команде. Они не обсуждали никакой тактики, не распределяли, кто нападающий, а кто - защитник. Обычно тот, у кого оказывался мяч, и бросал, а второй помогал.

Оба были высокими, быстрыми и двигались слаженно. Бегая и прыгая по площадке, они были воплощением свободной и яркой юношеской дерзости, привлекающей взгляды.

Чи Е был в свободной тёмно-красной баскетбольной форме, весь в поту - лоб и шея блестели, на солнце отливая здоровым пшеничным оттенком. Он широко расставил длинные ноги, приблизился к Вэнь Сяо и тихо сказал:

- У нас слишком большой отрыв.

Они и так играли хорошо, а теперь, когда их взаимодействие стало ещё более отточенным, игра против учителей десятых классов шла как по маслу [6]. Очень быстро отрыв стал слишком заметным.

Вэнь Сяо понял намёк:

- Сбавим обороты?

Чи Е провёл большим пальцем по губе и, дерзко усмехнувшись, с вызовом бросил:

- Да, но не слишком. Дадим им фору [7].

[6] 砍瓜切菜 kǎn guā qiē cà - букв. рубить тыквы и резать овощи; обр. очень легко

[7] 泄洪 xiè hóng - букв. открыть шлюзы для паводка; перен. уступить ещё сильнее, «открыть ворота»

С этими словами он сделал вид, что ошибся, и мяч перехватили соперники. Чтобы игра выглядела убедительнее, Чи Е даже изобразил на лице досаду.

Вэнь Сяо, наблюдавший эту сцену, едва сдерживал смех.

Актёр из него никудышный.

Юноши и правда стали поддаваться - словно резко кончились силы, они несколько раз, почти оказываясь под кольцом, теряли мяч. А то и вовсе пропадал прежняя слаженность - они не успевали поймать взгляд друг друга, ошибались раз за разом, и мяч в воздухе перехватывали соперники.

Чэн Сяонин, наблюдавший за игрой со стороны, с тревогой заметил:

- Неужто наши юные дарования выдохлись? Как же они мяч-то роняют!

Сюй Гуанци, который был в курсе истинного положения дел, спокойно ответил:

- Молодым-то по семнадцать-восемнадцать лет - с чего бы им так быстро уставать? Пусть играют. Ой, а вот моя поясница... больно!

Наконец судья дал свисток - матч окончен. Семьдесят восемь - шестьдесят семь! Победила команда учителей одиннадцатых классов!

Чи Е упёрся руками в колени, тяжело дыша. Капли пота одна за другой падали на площадку. Он тихо сказал соседу:

- Слабоваты нынче учителя. Мы даже нормально играть перестали, а они и семидесяти очков не набрали.

Вэнь Сяо поймал две бутылки с водой, брошенные с трибуны, и одну приложил к щеке Чи Е:

- Пей.

Тот взял бутылку, попробовал открутить крышку - не поддалась.

- Силы кончились, сосед. Откроешь?

Вэнь Сяо посмотрел на него пару секунд, увидел, что на его лице написано абсолютное бесстыдство, но всё же забрал бутылку, открыл и протянул обратно:

- Держи, руки-крюки.

«Криворукий» Чи Е с чистой совестью сделал глоток и прокомментировал:

- Водичка сладкая.

Сюй Гуанци увидел, как они сошли с площадки, и поспешно протянул им бумажные салфетки:

- Молодцы, молодцы! Главное - дружба, а сыграли вы красиво!

Вэнь Сяо взял салфетку, вытер пот с лица - салфетка промокла наполовину. Чэн Сяонин же смотрел на Чи Е и всё никак не мог налюбоваться - всё-таки лицо у него красивое.

- Ваш классный руководитель прав! Играли замечательно! Показали и достоинство, и уровень!

Чи Е, впервые столкнувшись с таким любезным завучем, инстинктивно придвинулся поближе к своему соседу по парте.

После матча «дополнительные игроки» были уже не нужны.

***

Весна постепенно вступала в свои права, и солнце начинало пригревать. Всё тело было в поту, липкое и неприятное. Они решили зайти в ближайший туалет в здании технического корпуса.

В туалете первого учебного корпуса круглый год было людно, а запах стоял такой, что, простояв там полчаса, можно было потерять сознание. В техническом корпусе всё было иначе - туда редко кто заглядывал, было чисто, и никаких посторонних запахов.

Чи Е открыл кран и умылся. Чёлка намокла, а с волос закапала вода, но он не обращал внимания - прохлада приятно освежала, только так и чувствовалось облегчение.

Он открыл глаза, посмотрел в зеркало, небрежно провёл рукой по коротким волосам, а потом краем глаза взглянул на Вэнь Сяо - тот был без очков и тоже с мокрым лицом. После игры он не раскраснелся, а наоборот, из-за недавней болезни кожа казался ещё бледнее, чем обычно.

Баскетбольная форма была свободной, и когда он наклонился, в вырезе ворота открывался вид на тонкую, подтянутую талию.

Чи Е почувствовал что-то странное. Он отвёл взгляд, подхватил край футболки и вытер лицо. Промокнув капли, он увидел, что Вэнь Сяо уже закончил и теперь прислонился к кафельной стене, ожидая его.

Худой, но стройный - каждая линия была идеальной. Он стоял вот так, с холодным лицом - словно позировал для обложки журнала.

Взгляд Чи Е задержался на открытой линии плеч Вэнь Сяо, а потом он протянул мокрую руку и прижал её к его шее:

- Прохладно? Приятно?

- От тебя воняет, - брезгливо ответил Вэнь Сяо.

Чи Е не отступил, а наоборот - сделал полшага вперёд. Они стояли очень близко. Жар от тела Чи Е накрыл Вэнь Сяо, и тот почувствовал, как его кожа покрылась мурашками.

Зажав Вэнь Сяо между собой и стеной, Чи Е посмотрел на него. В его голосе, слегка несерьёзном, звучала улыбка:

- Понюхай ещё раз? Даю тебе шанс перефразировать.

-----

От автора

Посылаю вам разноцветное сердечко, слепленное из пластилина~

Спасибо, что следите за обновлениями. Люблю вас!

Перевод «В цветах - кувшин вина»