«да пошло всё к чёрту»

(образ Ани для этой главы)

Крыша встречала его тишиной и запахом табака. Су Ган поднялся по лестнице, толкнул дверь и сразу увидел её, Аня стояла у парапета, опершись локтями на ограждение, и смотрела вниз на огни города. Сигарета дымилась в её пальцах, ветер трепал распущенные волосы.

Он подошёл бесшумно, но она всё равно почувствовала.

— Ты пришёл, — сказала Аня, не оборачиваясь.

— Ты всегда здесь, когда мне нужно.

— Это не специально.

Су Ган остановился в шаге от неё. Молчал, смотрел на её профиль, на то, как она затягивается, выпускает дым в вечернее небо. Внутри всё кипело. Он обещал не торопить, обещал дать ей время, но каждый день, когда она проходила мимо и не смотрела на него, был как нож.

— Аня, — сказал он глухо.

Она медленно повернулась. Их взгляды встретились. В её глазах ожидание, страх, надежда. В его голод.

— Что? — спросила она тихо.

Су Ган выдохнул, сжал челюсть, потом резко шагнул вперёд, и прежде чем она успела что-либо сказать, прорычал:

— Да пошло всё к чёрту.

Он притянул её за затылок свободной рукой, вторая так и осталась в кармане, и впился в её губы. Жёстко, жадно, почти грубо. Без нежности, без разрешения. Аня замерла на долю секунды, сердце пропустило удар, а потом ответила. Её рука поднялась к его плечу, пальцы вцепились в ткань куртки. Сигарета так и осталась зажатой в её правой руке, забытая, дымящаяся в стороне. Поцелуй стал глубже, смелее. Он прижимал её к себе, а она его.

Когда не хватило воздуха, он отстранился, но не отпустил. Дышал тяжело, смотрел в её глаза, расширенные зрачки, припухшие губы, лёгкий румянец. Аня стояла, не в силах вымолвить ни слова. В голове шумело, ноги подкашивались. Она даже не заметила, что всё ещё держит сигарету.

Су Ган медленно опустил взгляд на её руку, потом снова поднял глаза на неё. Осторожно, почти нежно, взял сигарету из её ослабевших пальцев. Поднёс к губам, затянулся глубоко, не спеша, не сводя с неё взгляда.

Аня смотрела на него, заворожённая. Как он курит её сигарету. Как дым выходит из его губ, смешиваясь с холодным воздухом.

— Теперь ты знаешь, — сказал он хрипло. — Я не железный.

— Я поняла, — еле слышно ответила она.

Он кивнул, ещё раз посмотрел на неё — долго, изучающе — и развернулся, чтобы уйти. Сделал несколько шагов, остановился, бросил через плечо:

— Не задерживайся здесь одна. Темнеет.

И скрылся за дверью.

Аня осталась стоять, прижав ладонь к губам. Внутри всё дрожало, но не от холода. От него.

——

Адель сидела на диване, глядя в телефон. Ху Мин только что написал: «Су Ган куда-то пропал, не отвечает. Может, на крыше?». Она хотела ответить, но в этот момент входная дверь щёлкнула, вернулась Аня.

— Ты где была? — спросила Адель, поднимая голову.

Аня промолчала, скинула кеды, прошла к себе в комнату.

— Ань?

— Всё нормально, — донеслось из-за закрытой двери. — Просто... потом расскажу.

Адель посмотрела на экран. Напечатала Ху Мину: «Она пришла. Что-то случилось?». Ответ пришёл через минуту: «Су Ган тоже вернулся. Молчит, но улыбается. Странно».

Адель усмехнулась, убрала телефон.

«Кажется, кое-что случилось», — подумала она и отправилась на кухню греть чай. Заодно и для Ани.