Глава 109. Наказание от Магии

Помолчав немного, поверхностно обдумывая услышанное, Дамблдор повернулся к Поттеру, все так и сидевшему на полу, правда, Снейп наколдовал ему соломенную подушку, чтобы тот не простыл.

— Гарри, ты расскажешь свою версию событий? — Дамблдор все еще не видел полной картины случившегося из-за того, что не понимал его действий.

— Прямо сейчас? — Поттер выразительно посмотрел за спину директору, напоминая о свидетелях.

— А что тебе мешает это сделать? — непонимающе поинтересовался Дамблдор. Какая-то мысль вертелась на периферии его сознания, а еще настораживала настойчивость Снейпа и Поттера, намекавших, что надо прогнать присутствующих студентов. Но желание поскорее добраться до постели, чтобы дать отдых натруженным за сложный день ногам и голове, не давало задуматься над этими знаками.

— Мне мешает данное вам обещание, — Гарри переглянулся со Снейпом и наставником — уж те точно догадались, что произошло.

— Какое обещание? — продолжал автоматично допытываться Дамблдор, но тут заметил презрительную ухмылку Вэй Усяня, словно тот таким образом оценивал его, Альбуса, умственные способности.

— Если кто-то желает получить взыскание за то, что находится вне факультетской гостиной после сигнала отбоя, который прозвучит с минуты на минуту, то можете оставаться, — повысив голос, едко заметил зевакам Снейп, беря контроль над ситуацией в свои руки, и проследил, как те нехотя побрели прочь, хотя до отбоя было еще не менее получаса, несмотря на прозвучавшее заявление. — Мистер Томас, спасибо за обстоятельный рассказ. Вы тоже можете идти. Мадам Помфри, забирайте Уизли и отправляйтесь в Больничное крыло. Приступайте к его лечению. Малфоя и Поттера я сам доставлю к вам немного позже.

— Северус, как это понимать? — недоуменно спросил Дамблдор, даже не став возмущатся, что тот взял на себя командование в его присутствии.

— Видимо, ты никак не можешь переключиться с тех дел, которыми занимался весь день, на расследование нападения, раз до сих пор не понял, что произошло, — вполголоса ответил Северус, не желая, чтобы посторонние услышали его не совсем почтительные слова.

Затем, пока все свидетели расходились, Снейп поднял волшебную палочку Малфоя и демонстративно применил к ней чары, проверяя, какое последнее колдовство ею выполнялось. Ничего особого не обнаружилось, только бытовые заклинания вроде чистящих и согревающих. Спрятав палочку в карман и окружив всех присутствующих чарами конфиденциальности, он попросил:

— Гарри, расскажи, что произошло. Лучше сделать это здесь, где все случилось.

Поттер кивнул и без споров, учитывая предпринятые меры, приступил к рассказу:

— Драко ушел в библиотеку за книгой по чарам, а я остался в гостиной. Но мне почти сразу стало тревожно, вечер ведь. Мало ли, вдруг кто-то решит подшутить над ним. Мы же в последнее время постоянно вдвоем ходили. И я решил догнать его. Когда добрался сюда, то услышал из того перехода, — Гарри указал, о каком именно месте он говорит, — голос того, что вылетело весной из профессора Квиррелла и назвалось Темным Лордом. Я сразу достал флейту и пошел туда. Буквально в нескольких ярдах от поворота я увидел Драко. Он стоял, прижавшись спиной к стене, а напротив него висела та черная голова и угрожала отобрать у него силы, если он не станет ее слушаться. Я выдернул магией Драко, отбросив его от того духа себе за спину, и попытался связать черную голову чарами. Но почти сразу пришел Уизли. Он насмехался надо мной и напал на Драко, хотя тот и так пострадал. Я очень старался не отвлекаться, потому что то, что я делал, требовало очень сильной концентрации внимания и было на тот момент главным. А потом Рон кинул в меня Флиппендо и нарушил мое колдовство. Из-за него дух вырвался и сбежал, хотя я к тому моменту сумел его обездвижить, и мне оставалось совсем немного, чтобы надежно пленить то создание, — Гарри не скрывал недовольства Роном. — Я очень расстроился. А когда увидел, что Рон сделал с Драко, со мной случилось такое, как было в детстве на эмоциях.

— И что с тобой было в детстве? — Дамблдор задал вопрос, не относившийся к инциденту, чем удивил Поттера, но тот все же ответил:

— В первый раз я сердился на Шеймуса и после школы рассказал о случившемся наставнику — тогда и рвануло, — Гарри улыбнулся, вспоминая свой первый выброс. — Стекла в окнах повылетали, некоторая мебель рассыпалась. Но наставник меня не ругал, а поздравил с тем, что я стал волшебником, — теплый взгляд адресовался Вэй Усяню. — Но какое это имеет отношение к тому, что сегодня произошло?

— Никакого. Мне просто было интересно, — простодушно признался Дамблдор, не желая говорить, что его до дрожи испугало то, что произошло с Малфоем. Такое ведь могло повториться с другими студентами, а значит, в школе стало небезопасно. — Почему ты сказал, что твой друг и так пострадал, когда на него напал Рон? Откуда ты знаешь? Что ты видел?

— Я же сказал, что ему угрожал дух, и Драко был бледным. Конечно же, он пострадал! Или вы думаете, они мило беседовали? Но Драко ведь не знает, как противостоять таким созданиям.

— А ты знаешь? — Дамблдор все еще хотел выяснить, насколько искусен Поттер в нетрадиционном колдовстве, раз в некотором роде делал на него ставку в будущей борьбе с Волдемортом, когда тот вернет себе тело.

— Но я же только что рассказал, что предпринял. Кое-что умею, раз пытался связать духа. Разве непонятно?

— Мы узнали, что хотели. Нам пора в Больничное крыло, — напомнил Северус, полагая, что Дамблдору все равно нужно время на обдумывание ситуации до того, как они приступят к детальному рассмотрению инцидента и к планированию дальнейших действий. — Продолжить можно и в другом месте, а ребята требуют помощи целителя.

— Идемте, — согласился Дамблдор, наблюдая, как Вэй Усянь помогает Гарри подняться на ноги.

— Я напоил Гарри восстанавливающим, — отметил Снейп, заметив, что директор смотрит подозрительно, словно его обманули. — Ты как? Сам дойдешь?

— Спасибо, мне уже лучше, сэр. Я дойду, — заверил Поттер, держась за руку наставника

— Отправьте мальчиков в Больничное крыло и приходите в мой кабинет, — Дамблдор по очереди посмотрел на Снейпа и Вэй Усяня. Он, разумеется, не горел желанием обсуждать случившееся с последним, но ситуация не оставляла ему выбора. — И еще... Северус, попроси мадам Помфри срочно сообщить мне, когда мистер Малфой придет в сознание. Даже если это будет посреди ночи. Нам надо точно выяснить, что с ним произошло.

— Хорошо, — бросил тот, соглашаясь с разумным решением, и, прежде чем уйти, вызвал домовика, который обычно выполнял его распоряжения, и приказал ему: — Найди старосту Оливера Риверса и передай ему, что мистер Поттер и мистер Малфой сегодня не будут ночевать в факультетской спальне. Пускай предупредит второкурсников, чтобы не волновались. Об инциденте ничего не рассказывай.

Дамблдор не стал комментировать действия Снейпа, но подумал, что тот весьма предусмотрителен и не упускает даже подобной мелочи. Им и впрямь не хватало еще шумихи, поднятой старостами, ведь, как ни странно, среди свидетелей не было ни одного студента со Слизерина, хотя происшествие произошло не так далеко от их факультетских апартаментов.

***

Спустя полчаса Снейп и Вэй Усянь, вступившие в спор с Дамблдором по поводу того, стоит ли прямо сейчас вызвать в школу родителей Малфоя и Уизли, были прерваны сообщением от мадам Помфри о том, что она привела в сознание Драко и тот готов рассказать о случившемся с ним. Так что директор, обрадовавшись, что можно прервать неприятный разговор, тут же отправился в Больничное крыло. Само собой, его собеседники последовали за ним.

— Я напоила мистера Малфоя успокаивающей настойкой, но он не отпускает от себя мистера Поттера, который подскочил к нему сразу, как только тот пришел в себя, — предупредила мадам Помфри, оправдывая поведение ребят.

— Спасибо, Поппи. Можешь идти заниматься другими пациентами, — сказал Дамблдор, прогоняя целителя, чтобы поговорить с Малфоем без свидетелей, желая сохранить в секрете подробности, по крайней мере, как можно дольше. Заметив, что та не спешит уходить, он предупредил: — Мы потом поговорим об Уизли. Я хочу услышать все о его состоянии и перспективах лечения.

— Как скажешь, — со вздохом ответила мадам Помфри. — Но я должна знать и об обстоятельствах, при которых мистер Малфой получил истощение, чтобы...

— Лечение магического истощения имеет одну и ту же схему, независимо от причин, которые к этому привели, — бросил Снейп, перебивая ее, догадавшись, что той двигало лишь безмерное любопытство.

— Развели тайны... — пробурчала себе под нос мадам Помфри, но удалилась, не настаивая на своем присутствии, особенно когда поймала на себе холодный взгляд опекуна Поттера.

— Мальчик мой, как ты себя чувствуешь? Сможешь с нами поговорить? — спросил Дамблдор, обращаясь к Малфою, пока что игнорируя сидевшего прямо на кровати рядом с тем Поттера.

— Да. Я могу все рассказать. Только... Гарри предупредил, что... надо быть осторожным, чтобы никто не узнал, — Драко посмотрел на друга, руку которого не хотел отпускать.

— Он правильно сделал, — Дамблдор, почувствовав движение магии, посмотрел на Снейпа, окружившего их чарами от любителей погреть уши, и кивнул ему, благодаря за предупредительность. Ширма, отделяющая их от зала, не спасала от подслушивания. — Гарри, ты мог бы оставить нас, пока мы поговорим?

— Нет! — вместо Поттера ответил Драко, в глазах которого тут же зажегся ужас. Похоже, несмотря на выпитое зелье, он все еще не отошел от испытанного шока.

— Почему ты не отпускаешь своего друга?

— Он меня спас! Мне не страшно, когда он рядом, — честно ответил Драко, хотя и демонстрировал свою слабость.

— Но ему тоже нужны лечение и покой, — Дамблдор не хотел, чтобы Поттер узнал что-то не предназначенное для его ушей, поэтому посмотрел на Вэй Усяня, надеясь на его поддержку.

— Я все равно все расскажу Вэй Лину, чтобы он верно оценивал ситуацию. Так что нет смысла его выпроваживать, — твердо ответил тот, не оправдав надежд директора.

— Это ваше решение, — пожал плечами Дамблдор и не стал настаивать на своем. — Так что случилось, мальчик мой? — он участливо посмотрел на Малфоя.

— Я спешил в библиотеку, потому что до ее закрытия оставалось не так уж много времени, а мне требовалось взять учебник по чарам. В коридорах подземелья в это время обычно пусто из-за холода. Перед лестницей возле поворота в другой проход меня остановило что-то жуткое. Это была движущаяся в воздухе черная человеческая голова. Раза в четыре больше обычной и созданная как будто из густого дыма, что ли. Как привидения, только черная. Ее даже более-менее хорошо рассмотреть можно было лишь вблизи факелов. Только глаза... Они как бы светились и были красными, — Драко умолк, заметив, что взрослые запереглядывались, словно только последнее уточнение их озадачило, а все остальное не сильно удивило, и потом почему-то они дружно посмотрели на Поттера.

— Да, это так. Он и в прошлый раз таким был, — Гарри зыркнул на Драко, догадываясь, что придется ему рассказать о весеннем инциденте, и не стал отмалчиваться. — Вы же тогда не расспрашивали, а я думал, что вы видели сами.

— Скорее всего, потому что тогда было светло, это оказалось не так заметно. К тому же он смотрел на Поттера, а не на меня, — высказал предположение Снейп, глядя на Дамблдора, еще больше раскрываясь перед Драко — тот и так уже был втянут в это дело самым непосредственным образом.

«А я был далеко, чтобы рассмотреть такие детали», — подумал Дамблдор и неодобрительно зыркнул на Поттера, догадавшись, что теперь тот не станет скрывать прошлый инцидент от Малфоя.

— И что же было дальше?

— Эта голова заговорила со мной. Назвала предателем и сказала, что поджидала меня, потому что ей нужна моя помощь, — Драко сглотнул и посмотрел на Гарри, словно черпая у того мужество продолжить неимоверный рассказ. — Потом она оттеснила меня в боковой проход. Я заметил это и прижался к стенке, надеясь, что кто-то все-таки пройдет мимо по центральному пути и поможет мне. Когда голова близко придвигалась, я чувствовал, что она как-то влияла на меня. Появилась слабость, меня начало подташнивать, и я понял — она тянула мою магию. Я не знаю заклинаний, которые отогнали бы от меня это чудище. А оно начало угрожать. Сказало, что знает о моей дружбе с Гарри, но разберется с этим позже. Я не понял, при чем здесь это. А когда голова заявила, что я должен идти с ней, я спросил, что она такое, что приказывает мне, — Драко слабо улыбнулся Поттеру, пожатием руки похвалившему его за храбрость и сохранение относительного спокойствия в такой сложной ситуации. Он сразу понял, что тот без единого слова послал ему сигнал поддержки. — И тогда эта голова стала такой напыщенной и заявила, что она Темный Лорд. А потом... — Драко посмотрел на Снейпа, который единственный мог дать ему совет, стоит ли рассказывать без купюр, ведь все могло оказаться очень важным. И тот не подвел, кивнув ему. — Потом этот монстр заявил, что мой отец был его слугой, поэтому и я должен его слушаться. Он сказал, что мне надо спрятаться, а когда все уснут, я буду обязан ему помочь. Я не хотел уходить туда, где никто не поможет мне, и напомнил, что за прогулки по школе ночью могу получить взыскание. Голова рассердилась и начала кричать. Потом меня дернуло в сторону, и я увидел Гарри, когда отлетел ему за спину, а он начал играть на флейте и, похоже, поймал того монстра. Голова даже говорить не могла, а только шевелила ртом и так смотрела... Просто жутко! Даже на меня она так не смотрела, когда рассердилась и орала. Она явно испугалась и вместе с тем была в бешенстве... — Драко замолчал на мгновение и передернул плечами, словно отгонял неприятное воспоминание. — Но тут пришел Уизли и начал насмехаться над игрой Гарри. Он стоял почти возле лестницы, наверное, боясь подойти ближе, и не видел ту страшную голову. А потом и надо мной смеялся. Я же не смог подняться на ноги, потому что чувствовал сильную слабость, и стоял на коленях позади Гарри, не смея бросить его одного, хоть и толку с меня было мало. Я даже не рискнул позвать на помощь, чтобы не мешать игре на флейте, догадавшись, что именно так Гарри колдует, останавливая монстра. Потом Уизли бросил в меня Таранталлегру, и я упал на спину, не в силах ни встать, ни сопротивляться, таким слабым себя чувствовал. Та голова, похоже, все же высосала мою магию. Не знаю, на что она рассчитывала, как бы я смог ей в чем-то там помочь в таком состоянии? Когда Гарри пришел, я уже чувствовал, что ноги меня не держат. Видимо, голова не могла оценить, сколько магии я потерял. Она ее наверно не поглощала. Ну... Мне так подумалось тогда. Последнее, что я услышал перед потерей сознания, это как Уизли послал Флиппендо, а Гарри перестал играть на флейте. Все, больше я ничего не помню. Гарри сказал, что черная голова сбежала. Это же было то, что Почти Безголовый Ник называл черным привидением? Да?

— Да, мой мальчик, — ответил Дамблдор, а затем спросил: — А чем ты должен был помочь... черному привидению? Чего оно от тебя хотело?

— Не знаю, я вам все рассказал.

— Хорошо. Отдыхай и слушайся мадам Помфри, чтобы поскорее поправиться, — Дамблдор еще раз окинул взглядом Малфоя и Поттера, но вопросов больше не стал задавать и ушел, чтобы поговорить с мадам Помфри.

Снейп последовал за Дамблдором, а Вэй Усянь задержался на минуту

— Драко, я сообщу твоему отцу о случившемся сам. Не пиши ничего ему. Гарри тебя введет в курс дела, когда ты окрепнешь. А сейчас никому не рассказывай о случившемся, не надо поднимать панику в школе. Я еще вернусь к вам, чтобы вы спокойно выспались, — последняя фраза адресовалась Гарри, и тот кивнул в ответ, принимая заботу наставника.

Поттеру тоже было страшно, но он старался не показывать этого, потому что опекал Драко, которому больше досталось. К тому же это была его не первая встреча с духом Темного Лорда. Не то чтобы он привык, но, по крайней мере, не был шокирован, как весной, столкнувшись с подобным. И Вэй Усянь это понимал, поэтому и обнимал его там, в подземельях, успокаивая и делясь уверенностью, что в итоге все будет хорошо. У Драко же сейчас была поддержка только Поттера, которому он доверял безусловно, особенно после того, как тот его спас сегодня.

***

Вэй Усянь успел подойти к Дамблдору и Снейпу как раз вовремя, чтобы услышать рассказ мадам Помфри о состоянии Уизли.

— Судя по всему, руки — не единственное, что повреждено у мистера Уизли, получившего наказание от Магии. У него наверняка будут проблемы с речью. Я ненадолго приводила его в сознание, и он ничего не мог нормально произнести — заикался на каждом слове и твердил, что его заколдовал Поттер. На мои пояснения, что это не так, он только злобно зыркал, потому что не мог сказать ни слова в таком состоянии. Голосовые связки пострадали от крика, это я вылечу быстро, но его заикание психологического происхождения. Тут я не слишком большой специалист, — призналась мадам Помфри и продолжила: — А еще его магическое ядро частично заблокировано. Это не критически, его жизни ничего не угрожает, и, скорее всего, обратимо, но лечение займет немало времени.

— Ты говоришь о лечении ядра или обо всех повреждениях? — уточнил Дамблдор.

— Обо всем, но, если с руками можно справиться недели за две-три, то с магическим ядром все сложнее. Там мальчику придется много самому трудиться, если он хочет вернуть его к работе в полной мере. То же самое и с речью. Голосовые связки я вылечу, но с психологическими последствиями ему нужно самому справиться или с помощью специалиста в этой области. Если честно, лично я впервые сталкиваюсь с наказанием от Магии, полученным в таком возрасте. Подобному на моей памяти несколько раз подвергались старшекурсники, но в двенадцать лет... Видимо, мистер Уизли и впрямь сделал что-то ужасное. Да только то, что он пытал мистера Малфоя...

— Он не пытал его, а просто не знал, что тот был истощен, — отметил Дамблдор. — Но я его не защищаю, — увидев возмущение целителя, поспешил он добавить: — Рон мог бы обратить внимание на предостережение мистера Томаса. Но ты точно уверена, что это наказание от Магии? Может, это воздействие выброса, случившегося у Гарри?

— Ты знаешь, как работают спонтанные выбросы. Они просто сметают все вокруг волной магии или превращают одно в другое. Здесь все иначе. Мистер Поттер, скорее всего, сумел направить разрушающую силу выброса в другую сторону или, что маловероятно, как-то погасил ее. Ведь никто не пострадал от этого, — пояснила свою точку зрения мадам Помфри.

— А был ли выброс у Поттера? — что-то заподозрив, поинтересовался Дамблдор, вспомнив, что Гарри не обычный волшебник.

— Несомненно! Его ядро резко потеряло много энергии. Такое может быть только в нескольких случаях — при магическом выбросе и после ритуала по насильственной откачке силы, что иногда требуется при лечении в особых случаях. Ну и во время пыток, — нехотя добавила мадам Помфри.

— Я лично видел, как у Поттера случился выброс, это сложно спутать с чем-то другим, — напомнил Снейп, которому не понравились сомнения директора.

— Значит, все же наказание от Магии, — констатировал Дамблдор, оценивая состояние Уизли, а затем кивнул мадам Помфри, благодаря за объяснения. — Вернемся в мой кабинет, — бросил он Снейпу и Вэй Усяню, понимая, что без обсуждения не обойтись, хотя ему казалось, что скоро и он от истощения ляжет на соседнюю кровать с пострадавшими мальчишками.