Сбой системы

Ли Минхо не спал третьи сутки.

Он сидел в лаборатории на кафедре психологии, в пустом здании университета, окружённый стопками книг и распечатками исследований. На столе остывал кофе, который он сварил ещё вчера вечером и забыл выпить.

Тема его диссертации звучала сухо и академично: «Феномен сенсорной проекции в условиях социальной изоляции». За этим названием стояло то, что мучило самого Минхо: — Почему люди, оставшись в одиночестве, начинают видеть и слышать то, чего нет?

Ему был нужен ответ. Может быть, чтобы понять других. А может, чтобы понять себя.

За окном серел рассвет. Сеул просыпался в мокрой дымке.

Минхо потёр переносицу, снял очки, устало прикрыв глаза. В голове гудело от недосыпа. Он знал, надо бы пойти домой, поспать хотя бы пару часов, но тело не слушалось.

Внезапно он почувствовал, как по телу прошлась бодрящая волна, легкий холод, словно, кто-то вошёл в комнату, хотя дверь была заперта.

Минхо открыл глаза.

В углу лаборатории стоял человек.

Минхо не вздрогнул. Он вообще редко вздрагивал. Он просто смотрел. Спокойно, изучающе.

Человек был молод. Мокрые волосы липли ко лбу, одежда промокла насквозь, на лице застыло выражение растерянности и надежды одновременно. Сквозь него, чуть заметно, просвечивала стена.

— Ты... — начал Минхо. Голос прозвучал хрипло, он давно не говорил вслух. — Ты кто?

Человек вздрогнул, подняв глаза.

И в этих глазах Минхо увидел такое отчаяние, мольбу, что на секунду сбилось дыхание.

— Ты меня видишь? — спросил человек. Его голос дрожал. — Скажи, ты правда меня видишь?

Минхо молчал. Рациональная часть его мозга лихорадочно искала объяснение: Это галлюцинация от недосыпа, сбой в освещении, оптический обман. Но другая часть, что была глубоко спрятана им, вдруг отозвалась на этот голос:

— Вижу, — сказал он тихо. — Кто ты?

Человек сделал шаг вперёд. Имя сорвалось с его губ, как молитва:

— Хан Джисон. Я... кажется, я умер.

За окном дождь наконец прорвал утреннюю дымку и хлынул на Сеул сплошной стеной. Вода стучала по стёклам, смывая следы ночи, готовя город к новому дню.

К сорока дням, которые изменят всё.