One Day Soon

- Гарри, давай уже! - поторопил Луи, лежа на кровати и опираясь локтями на подушки. Так и не услышав ответа, парень обернулся, чтобы посмотреть за плечо, и увидел Гарри, уставившегося на его задницу с выражением, которое можно было описать только как абсолютное восхищение.

- Извини, Лу, но я просто не верю, что на самом деле могу прикасаться к тебе. У меня ощущение, что это все - мой мокрый сон, и когда я проснусь, то окажусь в полном одиночестве, покрытый своей же спермой.

Луи закатил глаза, пытаясь скрыть улыбку на лице. Он попытался повилять задницей из стороны в сторону в надежде, что Альфа отвлечется от своего "Луипомешательства" и поспешит трахнуть его бедра или займется его задницей.

Они сделали все, чтобы подготовиться к этому моменту: оба приняли отдельный душ, тщательно очистившись. Луи заказал дополнителные полотенца, чтобы постелить их на простынь и не испачкать постель. И сейчас Омега растянулся на подушках, демонстрируя свое тело, даже не беспокоясь о прошлом или о том, что означает его стремление помочь Гарри. Луи просто живет настоящим, и он бы очень хотел, чтобы кудрявый поторопился.

- Да ради Бога, Гарри, это твой гон, а я не фарфоровая кукла, трахни уже мои бедра и сделай все, что хочешь, - прорычал Томлинсон в отчаянии, потому что смазка уже начала стекать по его бедру, и парень жаждал, чтобы до него дотронулись.

Это, видимо, сработало, потому что следующее, что Луи почувствовал - шлепок по левой ягодице и затем легкое поглаживание, пока его правую ягодицу ласкали так нежно, что казалось, будто Гарри боялся повредить Омегу. Одно это заставило Луи испустить отчаянный вой, который послал сигнал прямо к члену старшего парня.

- Я не могу поверить, что все это мое, Лу. Я могу кусать, трогать, облизывать, щипать, трахать - почти все, что я хочу от этой задницы, и это все - мое. Даже не знаю, какую половинку укусить первой. Думаю, я укушу сначала левую, но я не хочу, чтобы правая чувствовала себя забытой. Извини, правая ягодичка, обещаю, я укушу тебя следом. Сначала я укушу левую, - и прежде чем шатен смог крикнуть о том, как невероятно смешон Гарри, он почувствовал, как острые зубы впиваются в сочную плоть его левой ягодицы.

Этого было достаточно, чтобы заставить Омегу слегка дернуться на кровати, и Луи попытался улечься удобнее на подушках, прежде чем почувствовал укус на правой стороне. Гарри воспользовался растерянностью парня, просто любуясь загорелой, округлой прелестью прямо перед ним. Стайлс готов быть ходячим стереотипом и писать симфонии о том, насколько прекрасна задница Луи, но он не будет. Вместо этого Альфа положил руки на поясницу и уткнулся лицом между этими очаровательными половинками, глубоко вдыхая.

- Ммм, - промычал он, начиная нетерпеливо вылизывать Омегу, прерываясь, только чтобы прорычать в ответ на нетерпеливое фырканье. Луи опустил голову и приподнял задницу, чтобы Гарри мог продолжать лизать длинные полосы между его ягодицами, задевая дрожащее отверстие.

- Твоя смазка такая вкусная... ты так хорошо пахнешь. Я заранее извиняюсь за то, что собираюсь сделать, - предупредил он Луи, потянувшись к лубриканту и щедро выливая его на парня, сразу же начиная толкаться в небольшую щель между его бедрами.

Гарри парил на небесах, испытывая абсолютное блаженство. Он растворился в Луи, и все эти дни, проведенные в мечтах, желании и тоске по Омеге не могут даже сравниться с тем, каково это - обладать им по-настоящему. Чувства Альфы были обострены в этот момент, потому что он мог ощущать запах смазки, он мог слышать, как Омега стонет в наслаждении, и все, о чем кудрявый мог думать - мой.

Он почти оседлал тело Луи, толкаясь в зазор между бедрами, используя задницу шатена, скользящую по его члену в такт толчкам. Это было потрясающе, когда Омега потянулся к себе между ног и прижал головку Гарри к его собственному члену, и все, что Альфа чувствовал - тепло, смазку и маленькую руку Луи, поглаживающую его.

Сейчас Стайлс уверен, что он был каким-то святым в прошлой жизни, раз заслужил что-то настолько чистое, как Луи. Он мысленно похлопал себя по спине за то, что однажды помог перейти дорогу той старой леди, потому что парень никогда не чувствовал ничего более замечательного в своей жизни, и это уже о чем-то говорит, учитывая, сколько людей он перетрахал. Никто не сравнится с этим, а ведь Гарри еще даже не вошел в Омегу.

- Могу я быть жестче? - спросил он низким, хриплым голосом, и, не дожидаясь ответа, уперся руками по обе стороны от головы Омеги, накрыв его со спины словно одеяло и полностью нависая над ним, чтобы делать более глубокие толчки.

Луи кусал подушку от удовольствия, пока его левая рука продолжала гладить обоих - его и Гарри, а правая сжимала простынь, когда тело Омеги двигалось вперед и назад, вверх и вниз одновременно с Гарри. Того Гарри, чьи руки начали дрожать, и Луи сразу понял, что он близок, поэтому ускорил движения рукой, и, издав громкое рычание и почти сломав кровать, кудрявый кончил, и Луи следом за ним.

У Стайлса заняло всего мгновение, чтобы прийти в себя, но, когда ему это удалось, его потемневшие зеленые глаза застыли на голубых шатена, который повернулся к Альфе, и казалось, все вокруг замерло на мгновение; или, может, так только показалось, потому что Гарри не дышал.

Луи выглядел прекрасно: волосы парня находились в беспорядке, тело сотрясалось от оргазма, и пах он слишком хорошо, а смазка все еще стекала по крепким бедрам. И этот его пирсинг - Гарри не мог ничего с собой поделать, когда высунул язык и слегка щелкнул по нему, заставляя тело Луи задрожать. Кудрявый Альфа довольно просиял и щелкнул снова только для того, чтобы Омега поднял руку и запустил ее в растрепанные кудри.

- У тебя снова встал? - спросил Луи тихим голосом, и Гарри даже не мог говорить, а только кивнул головой, соединяя свои губы с губами Омеги и выдыхая ему в рот.

Шатен шире приоткрыл рот, так, чтобы Гарри мог вылизать его, и их языки сплелись, когда старший парень опустился, укладываясь сверху, осознавая, насколько их тела идеально подходият друг другу.

Альфа начал двигаться вниз по шее Луи, покусывая и посасывая, оставляя следы, прежде чем перейти на соски, и тот извивался от удовольствия, слишком чувствительный после оргазма.

- Это для тебя, не для меня... сделай то, что тебе нужно, Хаз, - попытался он объяснить, но Гарри, казалось, находился сейчас в совершенно ином измерении, и, проигнорировав предложение парня, он обернул рот вокруг его члена, пытаясь сразу заглотить все.

- Мхм, - все, что смог выдавить Луи, когда его глаза распахнулись, а руки инстинктивно вцепились в кудрявые волосы. Пальчики на ногах поджимались, и Омеге пришлось потянуть Альфу за кудри, чтобы заставить его остановиться прежде, чем он кончит снова. Это все было для Гарри, не для него.

Гарри растерянно отстранился, его зеленые глаза были затуманены, с примесью похоти во взгляде, когда он посмотрел, почему Омега остановил его.

- Давай, Хаз, тебе нужно кончить, - объяснил Луи, и Альфа просто кивнул, прежде чем оседлать грудь парня под ним. Тот пискнул от неожиданности, но справился с задачей как можно шире открыть рот, когда огромный член Стайлся проскользнул внутрь.

Голова Гарри запрокинулась, глаза закрылись, руки вцепились в изголовье кровати, пока он совершал короткие толчки в рот Луи, трахая его глотку.

Омега знал, что он делал, когда ущипнул себя за большой палец, чтобы помочь расслабить горло и заглушить рефлексы, и облизал по круговой эрегированный член, который был у него во рту.

- Даа... блять! Сделай так еще раз! - приказал Гарри, и Луи почувствовал, как смазка с новой силой начала вытекать из него после того, как кудрявый использовал свой Альфа-голос, прозвучавший так властно. Поэтому Луи повиновался, обхватив руками яйца Гарри и начиная массировать, используя свою смазку, чтобы увлажнить и смазать их. Затем он попытался двинуть головой навстречу толчкам Альфы, пока движения его бедер не ускорились, а большая рука по-прежнему удерживала лицо Омеги.

Луи было трудно дышать: все, что он мог чувствовать - запах мыла на лобке Гарри, пока, как мог, пытался вдыхать через нос. Наконец Альфа кончил в горло шатена, и тот был уверен, что задохнется и умрет от такого количества спермы. У парня было ощущение, что его рот разорвется, но он слизал и проглотил все, что смог, игнорируя капли, стекающие по подбородку.

- Блять... - выдавил Гарри, прежде чем грубо впиться в его губы и уткнуться головой в шею, позволяя себе вдыхать Луи.

Так они провели гон Альфы: медленные и ленивые поцелуи, Гарри, трахающий бедра Луи, промежность Луи, рот Луи, периодический отдых и много пиццы. Шатен также принес карты, чтобы хоть как-то отвлечься, и массажные масла, действительно приятные, и все это казалось таким правильным.

Гарри раньше никогда не понимал желания обладать Омегой. Он всегда думал, что идея остепениться и заявить права на Омегу была абсурдом, но все эти дни с Луи пробудили в нем какой-то животный инстинкт, потому что Гарри не мог думать ни о чем, кроме Луи.

Для Томлинсона это время стало толчком к осознанию того, что, возможно, Зейн был прав. Он любил Брэда, он по-прежнему любит Брэда и всегда будет, но Луи никогда раньше не хихикал только потому, что Брэд смотрит на него таким взглядом, как это делает Гарри. Луи никогда не краснел из-за того, что кто-то видел его обнаженным, но он сделал именно это, когда Гарри впервые увидел его на кровати голым. Его сердце никода не чувствовало себя так, будто вот-вот выпрыгнет из груди в ожиднии действий Брэда. С Брэдом было легко, удивительно, но не так, как с Гарри, и это пугало какую-то частичку внутри Луи. Но другая его часть, большая часть, не может дождаться того, что будет дальше.

X

Квартира по возвращении домой кажется Луи чужой: по необъяснимым причинам он чувствовал, будто прошел какую-то секретную миссию и теперь вернулся домой другим человеком. Но это хорошо - знать, что дома все по-прежнему, мир не рухнул, и ему удалось помочь Гарри во время гона. Все в полном порядке.

Ну, по крайней мере, он был в порядке, а вот Найл не очень.

Видите ли, едва Гарри и Луи вошли в квартиру, они были атакованы полуголым Хораном, бегающим по кухне так, будто его жизнь была в опасности, и очень невменяемым Лиамом, бегающим за ним следом. Зейн мирно сидит на диване, смотря "Аббатство Даунтон" и выглядя удивительно равнодушным ко всему происходящему.

- Слава Богу, вы двое вернулись, помогите остановить этого шизика, пока он не расчленил меня, - кричит Найл, запрыгивая на руки к Гарри, и это просто удача, что Альфа, находясь в полнейшем замешательстве, поймал его.

- Что здесь происходит? - интересуется Луи, нерешительно садясь рядом с Зейном; Лиам перестал гоняться за Найлом, но продолжал стоять у стола наготове.

- Я спускался вниз и услышал, как Найл издает эти странные механические звуки, поэтому я пошел на кухню и увидел, что он пьет пиво, произнося какие-то слова будто робот... - Лиама прерывает глумливая насмешка.

- Ой, приятель, не ври! Я просто наслаждался отличнейшим пивом, пока смотрел новое научно-фантастическое шоу на моем Ipad. Там были роботы, и я смеялся над теми смешными звуками, которые они издавали, это было забавно, а потом этот чокнутый подходит ко мне с ножом, пытаясь проверить, из чего сделаны мои "конечности", - объясняет Найл, цепляясь крепче за Гарри, и Зейн хохочет, тыкаясь головой в плечо Луи.

- Могу поспорить, Лиам хотел бы увидеть твои "конечности", Найл.

Лиам хмурится с кухни в ответ на комментарий, на что Луи фыркает, а Гарри прижимает Найла ближе к груди, словно маленького ребенка.

- Я не хотел видеть его голые конечности, я просто хотел посмотреть, вдруг он состоит из каких-нибудь механизмов... ну, вы знаете, как искуственный интеллект, - объясняет Лиам, откладывая нож.

- Ты сошел с ума... псих. Я требую, чтобы этот лунатик Бета был помещен в психушку, - кричит Найл в грудь Гарри, когда тот садится на диван, и ирландец решает, что сейчас самое время, чтобы прижаться к нему и уснуть.

- Видите... видите, это ненормально! Он ненормальный! - вопит Лиам, после чего обиженно топает в свою комнату. Луи наблюдает, как он уходит, прежде чем повернуться, застенчиво улыбаясь Гарри, на самом деле не зная, почему он так нервничает.

- Привет... - говорит он тихо, и Гарри подмигивает ему, улыбаясь, демонстрируя свои ямочки.

- Привет... - шепчет он в ответ, и эта атмосфера разрушается Зейном.

- Если вы двое будете трахаться, я просто хочу предупредить вас, что найду способ подсмотреть, - сообщает он, прежде чем встать с дивана и исчезнуть куда-то, где он обычно исчезает... вероятно, становясь тенью.

Выглядит жутко.

- Он правда сделает это? - спрашивает Луи, указывая в направлении, в котором скрылся Зейн.

- Уверен, что он сделает это в любом случае, - отвечает Гарри, мысленно пытаясь удержать внутреннего Альфу в узде, потому что Луи только что признал, что они займутся сексом снова, таким образом это подтверждает, что они, возможно, пара. И это значит для Гарри намного больше, чем все остальное.

X

- Это свидание... - Луи закатывает глаза, застегивая пряжку ремня, и направляется к двери, пытаясь добраться до автомобиля раньше, чем Гарри остановит его.

- Это не свидание... Эйден и я просто встретимся, чтобы получше узнать друг друга. Перестань быть таким ревнивым, я увижу тебя вечером.

Гарри отвечает чередой проклятий, прежде чем Луи закрывает дверь, смеясь сам с собой, когда залезает в ожидающую его машину.

- Должен ли я опасаться за свою безопасность? - сразу же интересуется Эйден, усмехаясь. Луи смеется в ответ и пристегивает ремень, когда они трогаются.

- Я даю ему пятнадцать минут на то, чтобы выяснить, где мы находимся, и помешать нам, - Эйден криво улыбается ему, протягивая руку.

- Принимаю твои пятнадцать и ставлю на десять минут, - Томлинсон замирает на мгновение, обдумывая это, и затем пожимает руку в ответ.

Они прибывают в центр с игровыми автоматами пять минут спустя, и, как выясняется, оба парня были неправы, потому что Гарри добирается за семь минут. Луи разрывается между удовольствием и чувством стыда за излишнюю ревность Стайлса.

- О, Луи, вот это совпадение, ты здесь, вместе с Эйденом. Я понятия не имел, что вы двое приедете сюда, - бросает Гарри небрежно, и Эйден смешливо закашливается, качая головой.

- Не хотел бы ты присоединиться к нам, Гарри? Мы как раз собирались начать состязаться в танцах, но ты можешь сыграть с Луи первым.

Кудрявый делает вид, что обдумывает это, прежде чем кивнуть головой, беря руку Луи в свою.

День проходит довольно гладко. Гарри испытывает необходимость метить свою территорию каждую минуту, что удивляет Луи. Они проводят на игровых автоматах еще пару часов, прежде чем отправиться на обед, и Гарри, скрепя сердце, позволяет Эйдену заплатить за всех них.

Пока они не пришли в кинотеатр, Луи не считал это свиданием, но мысль, что Эйден спланировал все это только для них двоих, слегка настораживала его. Все же парень решил отбросить волнение, потому что был рад, что Гарри помешал их вечеру. Но он никогда не признает это перед кудрявым Альфой. Вместо этого Луи сел между Альфами, стараясь не обращать внимания на руку Эйдена, которая задевала его бедро слишком часто.

- Если он сделает это еще раз, я сломаю ему пальцы, - шепчет Гарри, когда фильм подходит к концу. Луи просто смеется и кладет голову ему на плечо, соединяя их пальцы вместе.

- Он просто дружелюбный, Хаз. Кроме того, он же Альфа, это заложено в его ДНК - прикасаться к неповязанной Омеге и искать тепла.

Видимо, не стоило этого говорить, потому что на бледном лице Гарри появились морщины.

- Но ты мой, не так ли? - он понижает голос, и Луи хмурится на мгновение, обдумывая это. Потому что был ли он Гарри? Ведь долгое время все, что Омега знал - это дом и Брэд. Сейчас Луи в другом городе, и все вокруг для него в новинку, и он наконец в той отправной точке, с которой сможет все начать сначала. Но эти три дня с Гарри значили для него действительно много, так что, возможно, и только возможно, часть его принадлежала Стайлсу.

- Я мог бы... однажды, если мы не будем торопиться. Я мог бы быть твоим, да, - отвечает Луи, и это все, что необходимо услышать Альфе. Луи и Гарри предстоит много чего выяснить, но это определенно будет удивительное путешествие.