Глава 17. Утро после

Она проснулась на диване в студии.

Светлые полосы утреннего солнца падали через мутное окно. Мартин спал рядом — голова на её плече, светлые волосы разметались по её футболке. Рука обнимала её за талию, как будто даже во сне он боялся отпустить.

Рин смотрела на него и не дышала.

Двадцать два года. Лидер группы, которая собирает стадионы. Автор песен, хореограф, продюсер. И он спит сейчас на её плече, и выглядит моложе своих лет, и не знает, что Рин уже придумала, как проведёт с ним следующую неделю, месяц, год.

— Ты смотришь, — сказал он сонно, не открывая глаз.

— Я пялюсь, — поправила она. — Ты сам учил разнице.

Он усмехнулся, открыл глаза. Серые с золотыми крапинками.

— Как спалось? — спросил он.

— Слишком хорошо. Я не привыкла.

— Привыкнешь. — Он потянулся, поцеловал её в лоб. — Кофе?

— С молоком.

— Я помню.

Они пили кофе молча. Сидели на диване, укрывшись одним пледом. За окном серел декабрьский Сеул, 2030 год подходил к концу.

— Мартин, — сказала она.

— М?

— Ты боишься?

— Чего?

— Что я не впишусь в твою жизнь. Что фанатки возненавидят меня. Что компания запретит тебе встречаться.

Он поставил чашку. Повернулся к ней. Взял за руки.

— Я боюсь каждый день, — сказал он. — С тех пор как увидел тебя в кафе. Ты пила эспрессо и морщилась, но улыбалась. Я подумал: «Эта девушка лжёт всем. Даже себе. Интересно, почему».

— И почему?

— Потому что ты думала, что не заслуживаешь ничего сладкого. Я знаю это чувство. Я живу с ним с тех пор, как стал айдолом. Но ты — первая, кто увидел меня без маски. И не сбежал.

Рин сжала его пальцы.

— А теперь?

— А теперь я пью кофе с молоком. И смотрю на тебя каждое утро. — Он наклонился, поцеловал её в уголок губ. — Это не страх. Это надежда. Я не помню, когда в последний раз её чувствовал.

Она закрыла глаза.

Семь пятнадцать. Солнце встаёт позже зимой, но всё равно встаёт. Как и они — каждое утро.