Глава 18

На кухне было шумно. Чимин и Чонгук спорили, кто будет пробовать суп первым. Сокджин нарезал хлеб, напевая что-то весёлое. Намджун и Хосок накрывали на стол. Тэхен стоял у окна, глядя на океан. Юнги сидел за столом с чашкой чая, наблюдая за Лерой.

Она двигалась быстро, но её движения стали резкими. Слишком резкими. Она пыталась скрыть дрожь в руках, но Юнги заметил. Он заметил, как она сжала край стола, когда мир начал кружиться. Он заметил, как её дыхание стало прерывистым. Он заметил, как она на мгновение зажмурилась, а когда открыла глаза — в них была усталость, которую она так старательно прятала.

Он встал, подошёл к ней и тихо спросил:

— Лера, ты в порядке?

Она обернулась и улыбнулась той самой улыбкой — «всё хорошо, не волнуйся». Но Юнги уже не верил этой улыбке.

— Да, конечно, — ответила она, но её голос дрогнул. — Просто голова немного болит.

Она повернулась к плите, чтобы снять кастрюлю с бульоном, но как только она взялась за ручку, мир покачнулся. Пол ушёл из-под ног, и она начала падать.

Но Юнги уже был рядом. Он поймал её за талию, прижал к себе и медленно опустил на пол, бережно поддерживая её голову. Она не потеряла сознание, но её лицо было бледным, а дыхание — прерывистым. Она смотрела в потолок, и её глаза начали стекленеть.

— Лера! — крикнул Юнги, и его голос сорвался. — Лера, что с тобой?

На кухне воцарилась тишина. Чимин уронил половник. Чонгук замер с ложкой в руке. Сокджин выронил хлеб. Намджун и Хосок подбежали к ним. Тэхен обернулся и, увидев её на полу, побледнел, подбегая к ней.

— Что с ней? — спросил он, опускаясь на колени рядом.

Юнги не ответил. Он смотрел на неё, и в его глазах была паника. Он держал её голову в своих руках, пытаясь поймать её взгляд.

— Лера, — повторил он. — Посмотри на меня.

Она медленно повернула голову и посмотрела на него. Её глаза были влажными, но она улыбнулась.

— Я в порядке, — прошептала она, но её голос был таким слабым, что он не поверил ни единому слову.

— Не ври мне, — сказал Юнги, и в его голосе появилась сталь. — Ты врешь мне уже долгое время. Что с тобой?

Она молчала. Она смотрела на него, на Тэхена, на Чимина, на Чонгука, на Сокджина, на Намджуна, на Хосока — на всех, кто стоял вокруг неё, с тревогой глядя на неё.

Она не могла больше врать.

— У меня опухоль мозга, — сказала она тихо. — Четвёртая стадия.

В кухне повисла мёртвая тишина. Было слышно только, как за окном шумит океан.

— Что? — прошептал Тэхен, его голос сорвался. — Что ты сказала?

— Мне сказали об этом в Москве, — продолжала Лера. — Врачи сказали, что мне нужна операция. Но она очень дорогая, а у меня не было денег. Я отказалась. Я решила просто жить, пока могу. Я не хотела вас беспокоить. Я не хотела, чтобы вы знали.

Тэхен опустился на колени рядом с Юнги и взял её руку в свою. Его лицо было мокрым от слёз, но он не вытирал их.

— Лера... — начал он, но не мог закончить.

Юнги сидел неподвижно. Он всё ещё держал её голову. В его глазах было столько боли, что она не могла смотреть на него.

— Ты носила это в себе всё это время? — спросил он тихо. — Ты готовила нам завтраки и обеды. Ты смеялась. Ты танцевала. Ты жила. А внутри тебя медленно умирало что-то. И ты не сказала нам ни слова.

— Я не хотела, чтобы вы страдали, — ответила она.

— А мы страдаем сейчас, — ответил Юнги. — Потому что ты не доверилась нам.

Она заплакала. Тихо, не в силах сдерживать слёзы больше.

— Простите, — прошептала она. — Простите меня.

Юнги обнял её, прижимая к себе, и его голос дрожал:

— Мы найдём деньги на операцию. Я продам всё, что у меня есть. Я продам свою душу, если понадобится. Но ты не умрёшь. Ты не умрёшь, пока я жив.

Чимин, Чонгук, Сокджин, Намджун и Хосок подошли ближе. Они не говорили. Они просто сели вокруг неё на пол, обнимая её, создавая кольцо тепла и защиты.

— Мы не отпустим тебя, — сказал Чимин. — Никогда.

Тэхен взял её лицо в свои руки, поцеловал её в лоб и прошептал:

— Мы сделаем это. Мы вылечим тебя. Мы не позволим тебе уйти.

Лера смотрела на них, чувствуя, как слёзы текут по щекам, и впервые за долгое время она почувствовала, что она не одна. Она не была одна. И она не умрёт. Потому что у неё была семья, которая не оставит её.

После того как Лера призналась правду на кухне, в доме воцарилась тишина. Но тишина эта была не спокойной, а тяжёлой, как перед бурей. Глаза каждого из них горели решимостью.

Юнги первым нарушил молчание:

— У нас нет времени.

Он посмотрел на всех и продолжил:

— Мы идём в BigHit.

— Что мы им скажем? — спросил Чимин.

— Правду, — ответил Намджун. — И потребуем, чтобы они помогли.

Лера лежала на диване, накрытая пледом. Она хотела возразить, сказать, что не нужно, что она справится сама, но у неё не было сил. Она лишь смотрела на них, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза.

— Оставайся здесь, — сказал Тэхен, целуя её в лоб. — Мы вернёмся.

Они вышли, оставив её на попечение подруг, которые уже приехали, чтобы побыть с ней.

В здании BigHit.

Через час семь человек ворвались в офис BigHit. Все. Чимин, Чонгук, Сокджин, Намджун, Юнги, Хосок и Тэхен. Они не просто пришли — они ворвались. Без звонка. Без предупреждения. Без охраны.

Секретарша на ресепшене подняла голову и побледнела, когда увидела их.

— Господа, у вас назначена встреча? — спросила она дрожащим голосом.

— Нет, — ответил Юнги. — Но сейчас она будет.

Они прошли мимо неё, не сбавляя шага. Чонгук толкнул дверь кабинета директора. Тот сидел за столом, обсуждая планы с продюсерами, и поднял голову с выражением крайнего удивления.

— Что... что происходит?

Юнги первым вошёл и опустил руки на стол. Его голос был тихим, но в нём чувствовалась такая сталь, что директор невольно отодвинулся.

— Нам нужно 200 000 долларов, — сказал Юнги. — Сейчас. Для операции нашей сестры.

Директор моргнул.

— Простите, что?

— Чон Лера, — вмешался Намджун. — Восьмая участница BTS. У неё опухоль мозга четвёртой стадии. Ей нужна срочная операция, которая стоит огромных денег. Мы требуем, чтобы компания помогла. Сейчас.

Директор опешил. Он смотрел на них с недоумением.

— Я не могу просто так выдать вам такую сумму, — сказал он. — Это должно пройти через финансовый отдел, через совет директоров, потребуются подписи, согласования...

Чонгук вышел вперёд. Его лицо было спокойным, но глаза горели.

— У нас нет времени, — сказал он. — Каждый день на счету.

— Наша сестра умирает, — добавил Чимин. — И мы не позволим ей умереть.

Директор смотрел на них и понимал: они не уйдут. Они будут стоять здесь, пока не получат то, что хотят.

Он глубоко вздохнул и взял трубку.

— Я позвоню в финансовый отдел.

Через час все документы были подписаны. Деньги были переведены на счёт клиники. Операция была назначена на следующее утро. Семь парней вышли из здания BigHit. Семь измождённых, но гордых лиц.

Чимин первым нарушил тишину:

— Она будет жить.

— Да, — ответил Юнги. — Она будет жить.

Они сели в машины и поехали домой. К ней.