Глава 16

Через два дня после пляжа, аттракционов и яхты Лера вернулась в студию. На этот раз — не как хореограф, не как участница для съёмок, а как артистка. Она должна была записать свою первую песню в качестве полноценного исполнителя.

Она сидела в гримёрке рядом с Тэхеном. На ней был белый халат с чёрной окантовкой и буквами «BH», волосы собраны в пучок, на шее — аккуратный чокер. Тэхену наносили макияж, а Лера держала телефон и делала селфи, показывая язык, — та самая фотография, которую она потом выложит в сеть. Она была счастлива.

Она зашла в студию звукозаписи. За стеклом сидели звукорежиссёры, а за спиной у неё — Чимин. Её дуэт. Её поддержка.

Чимин стоял у микрофона рядом с ней. Они решили записать эту песню вместе. Не потому, что так сказал продюсер, а потому, что Лера хотела, чтобы её первый шаг на сцене был сделан с тем, кто научил её не обращать внимания на комплименты.

— Готова? — спросил Чимин.

— Рождена готова, — ответила она.

Заиграл минус. Лера закрыла глаза и начала петь.

«Ах, какая милая, с тебя я без ума...»

Её голос был мягким, тёплым, но с лёгкой хрипотцой, которая придавала песне дерзость и душу. За стеклом звукорежиссёры переглянулись. Намджун, который сидел за столом, отложил ручку и прислушался. Хосок, стоявший у двери, выпрямился.

«Сигарету прикурю, в голове туман. Давай знакомиться, знаешь, любишь ты армян...»

Лера открыла глаза и посмотрела на Чимина. Он ждал. Когда наступил его момент, он поднёс микрофон и запел своим мягким, бархатным голосом:

«Да и я немного бывает хулиган...»

Их голоса слились. Не в борьбе, а в гармонии. Она вела, он поддерживал. Он летел над её голосом, создавая воздушное облако, а она держала ритм, как скала.

«Но, но завоюю сердце, дай мне знак. Ты под прицелом, остальное всё пустяк...»

Лера улыбнулась, повернулась к Чимину и подпела в унисон. Стекло за ними начало покрываться лёгкой дымкой от тёплого воздуха. Юнги, зашедший в студию послушать, замер. Чонгук, сидевший в углу, открыл рот.

«Сногсшибательная фигура, милый взгляд. Всё, я сдаюсь, вот мой первый шаг...»

Когда зазвучал припев, Лера вложила в него всю душу. Она пела, закрыв глаза, и её голос поднимался всё выше, чище, прозрачнее. Казалось, в студии стало светлее.

«Укради меня, чтоб сердце сияло. Нам с тобой солнце так мало...»

Чимин подхватил, и их голоса переплелись, как два ручья, сливающиеся в реку. Сокджин, стоящий за стеклом, снял наушники и просто слушал. Тэхен, который только что зашёл в студию, остановился у входа, не в силах пошевелиться.

«Улетим на тёплые края. Я твоя дама, сердце украла...»

Лера открыла глаза и повернулась к Чимину. Они улыбнулись друг другу, и без слов продолжили вместе.

Когда зазвучал второй куплет, Лера изменила тембр — более игривый, более кокетливый:

«Я приглашу тебя на танец, твой я кавалер. И даже если надо, достану револьвер...»

Чимин улыбнулся, покачал головой и подхватил её:

«Не посмотрю по сторонам, ты со мной сейчас. Смотрю я на тебя, и словно меня больше нет...»

Они допели последние строки, и когда затих последний аккорд, в студии воцарилась тишина. Лера и Чимин стояли у микрофона, переводя дыхание.

А потом зал взорвался аплодисментами. Намджун хлопал стоя, Хосок сжимал кулаки, Юнги вышел из угла и подошёл к стеклу, глядя на неё с гордостью. Чонгук подбежал к двери, но открыл её только когда она обернулась.

— Ты... ты богиня, — сказал он.

— Это был твой голос? — спросил Сокджин, подходя к ней. — Я плачу. Серьёзно, я плачу.

Тэхен подошёл последним. Он взял её за руку, посмотрел в глаза и сказал:

— Ты звучишь как ангел. Но ты моя.

Лера покраснела, но не отвела взгляд.

— Ты тоже мой, — ответила она.

Чимин обнял её и шепнул на ухо:

— Мы теперь дуэт. Ты и я. Два ангела.

— Два ангела, которые дерзят, — поправила она.

— Даже лучше, — ответил он.

Они вышли из студии, оставив за спиной этот момент, который войдёт в историю.

Через два дня после записи песни Лера и Тэхен решили опубликовать то самое селфи из гримёрки. Лера сидела в белом халате, с телефоном в руке, показывая язык, а Тэхен рядом с ней терпеливо ждал, пока визажист наносила ему макияж. Фото получилось лёгким, живым и очень тёплым.

Лера подписала его: «Первый дуэт скоро. Ждите.» И поставила смайлик с сердечком. Инстаграм взорвался.

Через три минуты — тысяча комментариев. Через десять минут — миллион лайков. Фанаты были в шоке: их любимый Тэхен и новая загадочная участница, которая уже стала их семьёй. Комментарии были в восторге: «Это самый красивый момент в моей жизни», «Они выглядят как пара из дорамы», «Лера, мы любим тебя!».

Но никто не знал, что это был только начало. Первый совместный выход на сцену.

Через два дня состоялось их первое совместное выступление. Стадион был полон. BTS вышли на сцену, но в середине шоу объявили, что Лера и Тэхен исполнят специальный номер. Лера вышла одна. На ней был чёрный костюм с белыми вставками, волосы распущены, и в её глазах горел огонь.

— Эта песня, — начала она, — посвящена человеку, который научил меня не сдаваться. Человеку, который всегда доходит до цели. Моему брату, моему наставнику, моему другу. Юнги, это для тебя.

Она улыбнулась, и на экранах за спиной загорелись слова на корейском — перевод текста, который она собиралась исполнить. Зазвучал бит. Тяжёлый, агрессивный, мощный.

Она начала:

«Грянет марш, грянет марш, громче грома грянет марш!»

Её голос был твёрдым, как скала. Она не просто читала рэп — она проживала каждое слово.

«Как блестит, как блестит, я в короне — посмотри. Помни дни, помни дни, что бесследно не прошли. Только наверх, только наверх: взмыл я в небо без помех.»

Она сделала паузу, и зал замер.

«Стал царём, хоть рождён рабом. Тигр, что учинил разгром. До небес взлетел, как дракон — вот как я живу день за днём.»

Она зачитала на скорость выше, чем Юнги на записи. Но не сбилась. Каждое слово было чётким, как выстрел.

«Что за дичь ты нес? Я не жалкий пёс. Я рождён был тигром, что заткнуть способен словесный твой понос.»

Юнги стоял за кулисами, скрестив руки. Его лицо было спокойным, но в глазах горел огонь. Он слушал её — и слушал то, как она читает его текст, как будто он был написан для неё. Намджун стоял рядом и смотрел на неё с открытым ртом.

«Обосрут за спиной — тут же бошки с плеч долой.»

Она рыкнула эти слова, и зал взорвался.

Припев пошёл снова, и она повторила его с ещё большей энергией:

«Грянет марш, грянет марш, громче грома грянет марш!»

Она читала, не сбиваясь, быстрее, чем оригинал. Текст нёсся, как лавина, но она управляла каждой интонацией, каждым звуком. Когда она дошла до строк:

«Время — деньги? Что за враньё! Стоит больше бабла моё.»

Она усмехнулась, вложив в эти слова всю свою иронию.

«Тик-так, предрассудки — муть. Посылаю я их к черту, тьфу.»

Зал грохотал. А она продолжала:

«Всем, чего когда-то я хотел, завладел. И тревоги наконец преодолел. Посмотри-ка, я у цели: много денег, много брендов. А на что нацелиться теперь? Что еще предложит мне жизнь. Ведь нельзя подняться выше, Дальше - мира крыша. Раньше я смотрел только вверх, а теперь грежу тем, Чтобы твердо стоять на земле. Я тут царь, я тут босс, это даже не вопрос. Обосрут за спиной — тут же бошки с плеч долой.»

Она закончила на высокой ноте, и когда музыка стихла, она стояла на сцене, тяжело дыша. Экран за ней погас, и на мгновение в зале повисла тишина.

А потом — шквал аплодисментов.

Лера поклонилась, и из-за кулис вышел Юнги. Он подошёл к ней, взял микрофон и сказал:

— Ты прочитала быстрее меня.

— Потому что я училась у лучшего, — ответила она.

Он улыбнулся и обнял её, а зал закричал ещё громче. Чимин, Чонгук, Сокджин, Намджун, Хосок и Тэхен вышли на сцену и тоже обняли её. Восемь человек на сцене, окружённые светом и любовью. Это был момент, который войдёт в историю.