Глава 5

Прошло три дня с момента, как Лера стала частью BTS. Она уже привыкла к расписанию, к шуткам Чимина, к молчаливому присутствию Юнги, к вечной заботе Сокджина и к тому, что Хосок всё ещё избегал её взгляда.

Но сегодня был особенный день. Компания объявила, что BTS впервые за долгое время выйдут в город — не для съёмок, а просто чтобы пройтись, подышать воздухом, купить кофе. Лера обрадовалась: она ещё не видела Сеул по-настоящему.

Они вышли из общежития около полудня. Лера была одета просто: чёрные джинсы, свободная белая футболка и кеды. Её волосы были распущены, и она чувствовала себя почти нормальной. Почти.

Они шли по оживлённой улице, и Лера ловила на себе взгляды прохожих — узнавали BTS, но её ещё не знали. Это было странное чувство: быть неузнаваемой, но при этом идти рядом с семью звёздами.

— Ты как? — спросил Чонгук, идя рядом с ней.

— Нормально, — улыбнулась Лера. — Немного странно, но нормально.

Они зашли в небольшой кофейный магазинчик, где Чимин начал шутить, что ему нужно три эспрессо, чтобы проснуться. Лера засмеялась. Она почти забыла о боли.

А потом она увидела их. Она стояла у витрины, выбирая пирожное, когда краем глаза заметила знакомую фигуру. Сначала она подумала, что ей показалось. Но когда она повернула голову, её сердце остановилось.

У входа в кофейню стояли двое.

Миша и Юля. Они обнимались, как будто их никто не видел. Миша был в той же куртке, которую Лера купила ему два года назад на свои первые заработанные деньги. Юля была в коротком платье и смеялась, прижимаясь к нему.

Лера почувствовала, как пол уходит из-под ног. В глазах потемнело, а в ушах зашумело. Она инстинктивно опустила взгляд вниз и заметила — у Юли слегка, совсем немного, но был виден живот.

Лера почувствовала, как её сердце разбивается заново.

— Лера? — услышала она голос Тэхена, но он звучал откуда-то издалека.

Она не ответила. Она просто прошла мимо них, как будто не видела. Её лицо было спокойным, но внутри неё бушевал ураган. Она прошла через кофейню, вышла на улицу и остановилась, чувствуя, как её трясёт.

— Лера! — Тэхен догнал её. — Что случилось? Ты побледнела.

— Всё в порядке, — сказала она, не глядя на него. — Просто... воздух. Душно.

Она не хотела говорить им. Не сейчас. Вечером того же дня в студии звукозаписи была назначена запись кавера. Лера договорилась, что её подруги — Алена, Соня, Диана и Милана — придут поддержать её. Они приехали в компанию, взволнованные и гордые.

— Лера, ты готова? — спросил звукорежиссёр.

Лера стояла в стеклянной кабине, перед микрофоном. Она кивнула. Но когда заиграл минус, она закрыла глаза и позволила себе провалиться в ту боль, которую носила внутри весь день.

Она начала петь.

«Были ночи, были дни, оставались мы одни...»

Её голос дрожал, но она не останавливалась. Она пела, и каждое слово было пропитано воспоминаниями.

«Не пойму, как всё случилось, но я, кажется, влюбилась...»

Она вспомнила, как Миша смотрел на неё впервые. Как она краснела, как бледнела, как хотела быть с ним.

«Но подружка проболталась, что с тобой тайком встречалась...»

Лера открыла глаза, и в них стояли слёзы. Она резко опустилась на колени, держа микрофон в руке, и продолжила петь, не вставая.

«По щеке бежит слеза, и скажу тебе в глаза...»

Она поднялась, голос её окреп.

«Уходи и дверь закрой! У меня теперь другой!»

Она закричала, почти сорвала голос, но не остановилась. Она повернулась к стеклу, за которым стояли её подруги. Алена уже плакала, Соня сжимала кулаки.

«Мне не нужен больше твой номер в книжке записной...»

Лера снова упала на колени. На этот раз она не вставала. Она пела, стоя на коленях, сжимая микрофон так, что побелели костяшки.

«Натерпелась, наждалась, я любовью обожглась...»

Голос её сорвался, но она продолжила через боль.

«Но теперь я наконец-то, будто снова родилась...»

Она подняла голову, и в этот момент Алена открыла дверь студии. Она подошла к Лере и опустилась рядом с ней на колени. За ней — Соня. Диана. Милана. Они обняли её, окружив кольцом тепла.

Лера не переставала петь. Она пела, уткнувшись лицом в плечо Алены, чувствуя, как слёзы текут по лицу, но слова продолжали литься.

«День — не день, и ночь — не ночь, отгоняю мысли прочь...»

Она пела про то, что идёт одна, что без него её не стало.

«Я не знаю, как мне быть и кто сможет мне помочь...»

Она поднялась вместе с подругами, держа их за руки, и допела последний куплет, глядя в камеру, как будто обращалась к нему — тому, кто предал её:

«Уходи и дверь закрой! У меня теперь другой!»

«Мне не нужен больше твой номер в книжке записной...»

Она улыбнулась сквозь слёзы и закончила:

«Но теперь я наконец-то, будто снова родилась...»

Когда стихла последняя нота, в студии повисла тишина.

Лера открыла глаза и посмотрела на своих подруг. Они все плакали.

— Я в порядке, — сказала Лера тихо. — Правда. Я в порядке.

Но она знала, что это не совсем правда. Она была ранена. Но она также знала, что теперь у неё есть те, кто никогда не позволит ей упасть. В этот момент стеклянная дверь открылась, и в студии появился Тэхен. Он смотрел на неё с тревогой, но в его глазах было столько тепла, что Лера почувствовала, как боль отступает.

— Это было невероятно, — сказал он. — Ты невероятна.

Лера улыбнулась. Впервые за долгое время — искренне.

Стадион гудел. 70 тысяч человек. Свет, дым, крики. Лера стояла за кулисами, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Это был её первый концерт в составе BTS. Не как фанатка. Не как сестра Хосока. Как участница.

— Готова? — Чимин подошёл к ней, улыбаясь.

— Если я скажу «нет», меня выпустят? — нервно пошутила она.

— Нет, — ответил за него Чонгук. — Теперь ты наша. И мы не отпустим.

Лера глубоко вздохнула. Она посмотрела на Хосока, который стоял в стороне. Он смотрел на неё. Без злости. Без холода. Просто смотрел.

— Удачи, — сказал он коротко. И это было больше, чем она ожидала.

Она вышла на сцену. Толпа взревела. Лера почувствовала, как вибрация от криков проходит сквозь тело. Она встала на своё место и, когда заиграла первая песня, начала танцевать. Сначала было страшно. Потом — свободно. А потом — волшебно.

Она пела, танцевала, смотрела на море АРМИ-бомбочек и чувствовала, как её душа наполняется светом. В какой-то момент, во время «IDOL», она встретилась взглядом с Тэхеном. Он улыбнулся ей, подмигнул и продолжил танцевать.

Концерт пролетел как одно мгновение. Когда они вышли на поклон и поклонились фанатам, Лера чувствовала, что её сердце разрывается от счастья. Она сделала это. Она стала частью этого. И она поняла — это её место.

Они вернулись в общежитие около полуночи. Лера чувствовала усталость, но приятную. Она уже собиралась идти в душ, когда заметила, что Сокджин ведёт себя странно. Он шёл медленно, держась за стену, и тяжело дышал.

— Джин-оппа? — подошла к нему Лера. — Ты в порядке?

— Да, просто устал, — улыбнулся он, но улыбка была слабой.

Чонгук подошёл и коснулся лба Сокджина рукой:

— Он горячий. Очень горячий.

Юнги принёс градусник. Температура была 39.5. Все запаниковали.

— Надо вызвать врача, — сказал Намджун. — Так нельзя.

— Не надо врача, — прохрипел Сокджин. — Я высплюсь и всё пройдёт.

Но его лицо было красным, дыхание — тяжёлым. Хосок помог ему дойти до кровати, укрыл пледом и сел рядом, держа его за руку.

— Держись, брат, — сказал он тихо. — Я буду здесь.

Лера стояла в дверях и смотрела на эту картину. Она видела беспомощность Хосока. Он не знал, что делать дальше. Он просто сидел и укрывал Сокджина, хотя ему было очевидно плохо.

— Хосок, — сказала Лера.

Он поднял голову. Она вошла в комнату, подошла к кровати и, ни слова не говоря, оттолкнула его — не грубо, но настойчиво.

— Дурак, — сказала она. — Ты что, не видишь? Ему нужно не одеяло, ему нужно охлаждение.

Хосок хотел возразить, но Лера уже взяла Сокджина за торс, поддерживая его одной рукой. Другой рукой она взяла его ладонь и потянула его с кровати.

— Лера, ты что? — удивился Чимин.

— В ванную, — коротко ответила она.

Она повела Сокджина в ванную комнату, поддерживая его, не давая ему упасть. Он был тяжёлым, но она держалась твёрдо. Она посадила его на край ванны, включила холодный душ и, не дожидаясь, пока вода нагреется, помогла ему залезть внутрь.

— Ты с ума сошла, — прошептал Сокджин, но его голос был благодарным. — Я же замёрзну.

— Лучше замёрзнуть, чем сгореть, — ответила Лера, садясь на пол рядом с ванной. — Я не отойду от тебя.

Она положила холодное полотенце ему на лоб, взяла его руку в свою и сидела так, не отходя ни на шаг. Прошло десять минут. Пятнадцать. Двадцать.

— Ты такая упрямая, — улыбнулся Сокджин, чувствуя, как температура начинает спадать.

— Ты тоже, — улыбнулась она в ответ.

Через полчаса Лера помогла ему выйти из ванны, укутала в тёплый халат и отвела в комнату. Он лёг в кровать, и она положила ему прохладный компресс на лоб.

— Утром будет легче, — сказала она. — Обещаю.

— Ты спасла меня, — сказал Сокджин тихо. — Спасибо, Лера.

Она улыбнулась и вышла из комнаты. В коридоре её ждал Хосок. Он стоял, опёршись спиной о стену, и смотрел на неё.

— Прости, — сказал он. — Я... я не знал, что делать. Ты... ты лучше меня справилась.

Лера подошла к нему и обняла. Он замер, но через секунду обнял её в ответ.

— Ты не дурак, — сказала она тихо. — Ты просто не знал, как помочь. А теперь знаешь.

Они стояли так несколько минут. Впервые за 12 лет — как брат и сестра. Тэхен выглянул из комнаты, увидел их и тихо улыбнулся. Он знал: это только начало.

На следующее утро в общежитии BTS было необычно тихо.

Лера проснулась раньше всех. Она вышла из комнаты, стараясь не разбудить Тэхена, Чимина и Чонгука, которые всё ещё спали. Проходя мимо комнаты Намджуна, она заглянула туда и с облегчением заметила, что все четверо уже не спят. Сокджин сидел на кровати, держа кружку горячего чая, и выглядел... здоровым. Его щёки снова были розовыми, а глаза — ясными.

— Доброе утро, Лера, — сказал он, улыбаясь.

— Доброе утро, — ответила она. — Как ты?

— Спасибо тебе, — сказал он искренне. — Я чувствую себя на 100%. Я даже не помню, когда в последний раз так хорошо себя чувствовал после болезни.

Лера улыбнулась и пошла на кухню. Она решила приготовить всем завтрак. В холодильнике были яйца, овощи, рис и немного соевого соуса. Она начала готовить — рис с яйцом и овощами, что-то вроде корейского омлета. Она двигалась тихо, но уверенно.

Через несколько минут на кухню начали собираться остальные. Первым пришёл Чимин, зевающий и взъерошенный. Он сел за стол, наблюдая за тем, как Лера готовит.

— Ты умеешь готовить? — спросил он, потягиваясь.

— Немного, — ответила она. — Я жила одна в Москве, так что пришлось научиться.

Следом пришёл Чонгук, потом Юнги с кружкой кофе, потом Намджун, который сразу начал помогать накрывать на стол. Хосок зашёл последним. Он остановился в дверях, посмотрел на Леру, которая стояла у плиты, и в его глазах было что-то новое — тепло, которого не было раньше.

— Пахнет вкусно, — сказал он коротко и сел за стол.

Лера почувствовала, как её сердце чуть сжалось от этой фразы. Он не избегал её. Он не злился. Он просто... был.

В этот момент в кухню вошёл Сокджин. Он был одет в домашнюю футболку и мягкие штаны. Он подошёл к Лере со спины и, не говоря ни слова, обнял её.

Просто обнял. Его руки обвили её талию, а подбородок опустился на её плечо. Он держал её так, будто она была его спасательным кругом. Лера замерла, держа ложку в руке, не зная, как реагировать. Но через секунду она улыбнулась и продолжила мешать яйца на сковороде.

— Спасибо, — прошептал он ей на ухо, чтобы никто не слышал. — Ты спасла меня вчера. Я не забуду этого.

— Не за что, — ответила Лера тихо. — Ты бы сделал то же самое для меня.

Сокджин отстранился, но его глаза были влажными. Он сел за стол, и Лера поставила перед ним тарелку с завтраком.

— Ешь, — сказала она. — Ты заслужил.

Намджун посмотрел на Сокджина, потом на Леру и улыбнулся:

— Похоже, у нас появилась не просто участница, а настоящая сестра.

— Сестра, которая умеет готовить и знает, как сбивать температуру, — добавил Чимин, засмеявшись.

Все рассмеялись, даже Хосок. Лера посмотрела на него и впервые увидела, как он улыбается ей. Настоящей улыбкой. Не натянутой, не фальшивой.

— Хороший завтрак, — сказал он. — Ты хорошо готовишь.

— Спасибо, — ответила Лера, садясь за стол рядом с Тэхеном.

Тэхен наклонился к ней и тихо сказал:

— Сегодня ты спасла его дважды — вчера ночью и сейчас утром. Ты ангел.

Лера покраснела.

— Я просто сделала то, что нужно, — ответила она.

— Нет, — сказал он, глядя ей в глаза. — Ты сделала то, что никто другой не додумался бы сделать. Ты особенная.

Лера опустила взгляд, но её сердце билось так сильно, что она боялась, что все услышат. Они ели завтрак, смеялись, шутили. Впервые за долгое время Лера почувствовала себя по-настоящему дома.