Алкоголь и клуб

Мапхо-гу — один из тех самых малобюджетных районов, где обычно живут студенты, у которых нет возможности платить за дорогую квартиру. Ну и Феликс, который купил себе здесь квартиру лишь потому, что это последний район, где его вообще будут искать. И пусть район бедный, Ёнбоку здесь довольно комфортно, потому что о существовании квартиры в Мапхо-гу знает только Минхо. Ну теперь ещё и Хёнджин, который сейчас везёт младшего господина семьи Ли по адресу его очередного места жительства. Такси, блин. Для Ли Феликса.

— Теперь ты знаешь ещё один адрес моего возможного места жительства, — задумчиво говорит блондин, посмеиваясь. Он выходит из машины, собирается закрыть дверь, но замирает, нахмурившись. Вновь заглядывает в чёрную дорогую машину, пронзая Хвана лукавым взглядом. — Зайти не хочешь?

— Не хочу, — отвечает Хёнджин, кривя губы в пренебрежительной усмешке. — Вали уже, у меня дела.

— Квартира семьсот девяносто пять, — улыбается Феликс, закрывая дверь машины. Он быстрым шагом переходит дорогу, чувствуя на своей спине пронзительный взгляд тёмных глаз. Поворачивается, отправляет Хёнджину воздушный поцелуй, насмешливо улыбаясь, и скрывается в доме.

А Хван, хмурясь, выруливает на дорогу, покидая район Мапхо-гу. У него действительно большое количество дел. И ему нужно успеть как-то с этим разобраться до вечера. Потому что вечером он снова запрётся в своём кабинете, занявшись работой с бумагами. Раньше этого сделать он не мог из-за одного очень надоедливого светловолосого демонёнка, который несколько дней подряд не давал ему прохода. И ведь отвязаться от Феликса проблематично, потому что этот человек найдёт тебя абсолютно везде. Где бы ты не прятался, от Ли Ёнбока Феликса не сбежать.А Феликс в свою очередь поднимается на третий этаж и открывает дверь квартиры. Прекрасно, дверь не заперта, значит, Минхо здесь. Ухмыльнувшись, блондин заходит в квартиру, закрывая дверь на ключ. Посторонним людям здесь делать нечего.

— Минхо, я пришёл! — громко сообщает парень о своём появлении, на ходу скидывая пиджак, который благополучно летит куда-то на диван.

— И тебе привет, — Минхо выходит из комнаты и обнимает брата. — Ты когда перестанешь людей терроризировать, Ли Ёнбок Феликс? — внезапно спрашивает он, глядя на светловолосого, который удивлённо вскидывает брови и поворачивается к брату.

— Я никого не терроризирую, — Феликс, кажется, не совсем понимает, о чём идёт речь, поэтому старший Ли, тяжело вздохнув, всё же поясняет свои слова.

— Ты чего к Хвану прицепился? Феликс изучающе смотрит на брата, а потом звонко смеётся, понимая, к чему тот ведёт. Так его Хёнджин волнует, оказывается. Вернее, причина, по которой сам блондин так упорно лезет к Хёнджину. Ну, собственно, Минхо можно понять. Волнуется, переживает за младшего брата, который всегда лезет в самое пекло всех событий. Да вот только волноваться здесь особо не о чем, потому что младший господин семьи Ли далеко не прост. Молод, но очень коварен. Его хитрости и смекалке могут позавидовать многие старые бизнесмены. Они ведь до сих пор не понимают, как Феликсу удаётся так просто проворачивать свои дела там, куда, казалось, он никогда не совался. И дело здесь не в богатых родителях. Дело здесь в том, что у самого юноши слишком нестандартные подходы ко всему. Пока старшее поколение в открытую противостоит друг другу, Феликс по крупицам собирает информацию, подкидывая её тому, кому надо. И уже этот кто-то за Феликса сделает всё, даже не догадавшись об этом. Пока бизнесмены старшего поколения боятся друг друга, Ёнбок постепенно убирает их одного за другим.

— Ты помнишь, сколько самое большое меня терпел человек? — спрашивает Феликс, усмехнувшись. — Пару недель, — блондин посмеивается. — А этот уже четвёртый месяц терпит. Да и интересно с ним. Не такой предсказуемый, как все остальные. И не боится.

Минхо поднимает серьёзный взгляд на брата. В голубых глазах старшего Ли читается непонимание вперемешку с волнением. Он хоть и не знает всего, чем занимается его младший брат, но переживает. До безумия волнуется, потому что у Феликса просто нет тормозов. Гордый, наглый, самоуверенный и абсолютно без каких-либо ограничений. Ну не приведёт это ни к чему хорошему. Шатен это понимает. Если поймёт ещё и Ёнбок, будет вообще идеально. Да вот только блондин, которому всё сходит с рук, этого не поймёт. Не поймёт, пока не напорется на свои же выходки. И пусть Минхо умом понимает, что вряд ли кто-то придумает более гениальный план, чем его брат, но всё же осознание того, что Хван Хёнджин — тоже не простой мальчишка, которого можно развести на раз-два, даёт о себе знать. Старший Ли прекрасно осознаёт, на что может быть способен молодой бизнесмен, если его вывести из себя по-настоящему. Сожжённая компания Ким Уёна, бесследно исчезнувший Пак Сухёк, найденная мёртвой семья Ча, взорванный в собственном автомобиле бизнесмен Рю Джун. Это ведь всё сделал Хёнджин, Минхо уверен. И, зная это, он ужасно боялся, что с Феликсом сделают что-то подобное.Самого Ёнбока это никак не волновало. Он никогда не ограничивался одним планом. У него всегда было много гениальных, но жестоких вариантов на случай, если один из них не сработает. Он всегда достигал цели, любыми способами. И ни перед чем не останавливался. Он шёл по головам, ломал людям хребты, заставляя их ползать перед собой на коленях, а потом разворачивался и уходил, оставляя сломленных и втоптанных в грязь существ в полном одиночестве. В этом был весь Ли Феликс.

— Я знаю, Феликс, — Минхо вздохнул. — Я знаю, что ты всегда искал человека, с которым можно соперничать, а не просто сломать. Но Хван… Уж лучше бы ты не трогал его. Он абсолютно без принципов и морали. И явно не тот, с кем тебе надо связываться.

— Я знаю, что ты волнуешься, — сказал Феликс, легко улыбаясь. — Но тебе не о чем переживать. Он ничего мне не сделает. Просто потому что сам настолько втянулся в эту игру, что не захочет меня убивать. Помяни моё слово, у него не останется ничего, когда я наиграюсь.

Минхо опустил голову, поджимая губы. Ему бы хотелось верить брату, но всё равно какое-то не очень хорошее предчувствие закрадывалось в сердце. Будто в конце всего этого произойдёт что-то такое, чего не будет ожидать даже Феликс. Будто бы… всё зайдёт гораздо дальше, чем кто-либо может подумать. — Не волнуйся, — снова говорит блондин, похлопав брата по плечу. — Предлагаю встретить Хана и втроём отправиться куда-нибудь за город. В конце концов, уже две недели с каникул прошло, а мы ещё нигде не были.

— А почему и нет, собственно? — Минхо улыбается, щуря в знак согласия свои прекрасные кошачьи глазки. — Я позвоню Джисону, спрошу, где он сейчас. Если ещё не выехал, пусть собирается. Если уже выехал, пусть покупает еду и ждёт где-нибудь.

— И напомни ему про пистолет, — Феликс усмехается. — Постреляем, развлечёмся.

Минхо кивает, уже набирая номер парня, а Феликс идёт переодеваться. Негоже не пойми где за городом шастать в классическом костюме. Ему хватило, больше не хочет.

***

— С чего это тебе вдруг приспичило на природу выбраться? — с усмешкой спрашивает Джисон, перезаряжая чёрный пистолет.

— Да не знаю, — честно признаётся Феликс, пожимая плечами. Он наводит оружие на импровизированную мишень в виде банки из-под энергетика и нажимает на курок. Раздаётся выстрел. Банка с глухим звуком упала на землю. Попал. — Да просто захотелось развеяться немного. Надоел этот дурацкий город и дурацкий шум.

— Твоё «развеяться» обычно состоит из «достать Хван Хёнджина и огрести от него по полной программе», — со смешком сказал Хан, направляясь к простреленной банке и вновь устанавливая её на пенёк, который парни выкатили откуда-то из леса, который сначала должен был служить в качестве стула, но в итоге — подставка для мишени.

— Твой Хван мне тоже надоел, — задумчиво отвечает Феликс, наблюдая за целящимся в банку Джисоном. — Да и ему нервишки восстановить не помешает. Всё только впереди ведь.

— И сколько ты дашь ему на восстановление? — смеётся Хан, с удовольствием наблюдая, как банка падает на землю. — Пару дней?

— С него и дня хватит, — Феликс улыбается. — У нас завтра первое совместное интервью. Я просмотрел список вопросов. Могу отметить, что они довольно интересные. Некоторые из них, по крайней мере. А после интервью я устрою ему незабываемое веселье.

— Не лез бы ты к нему, — серьёзно сказал Хан. — Хёнджин не из простых. Врагов не щадит, да и обид не прощает. Доиграешься же ты.

— А что ты знаешь о моих играх? — Феликс недовольно нахмурился, опуская пистолет. В голубых глазах блеснула искорка гнева и раздражения, которые парень тут же скрыл. — Примерно… ничего, — улыбнувшись, продолжил парень.

Джисон порой не понимал, то ли младший Ли настолько хорошо умеет контролировать свои эмоции, то ли у него настолько быстро меняется настроение. Но, как бы там не было, недавно хмурящийся и недовольный Ёнбок сейчас спокойно смотрел на него, легко улыбаясь. Он явно был позитивно настроен на разговор, но точно не желал слушать какие-либо советы. И хоть он улыбался, в голубых глазах читалось явное предупреждение о том, что лучше бы Хану заткнуться и перестать впихивать своё «лучше бы ты не лез к нему» в разговор с ним.

Синеволосый понимающе кивнул, вновь взявшись за пистолет. Феликс одобряюще похлопал его по плечу, поднимая оружие. Эти два парня нагло спихнули всю готовку на Минхо. И было это совсем не потому что старший Ли проиграл им в «камень-ножницы-бумага». Вовсе нет. Просто кое-кому сегодня везёт, а другому кому-то — не очень. 

Тем не менее, когда настрелявшиеся вдоволь юноши вернулись к месту, где Минхо готовил пикник, то их всё равно нагрузили делами. Феликсу вообще вручили мясо жарить. А Джисона шатен заставил раскладывать еду по тарелкам. В конечном итоге все их игры были ерундой, потому что готовили они всё равно вместе.

Здесь, в нескольких сотнях километров от Сеула, три парня расселись на опушке леса, с комфортом устроившись на большом пледе с большим количеством разной еды. Они что-то обсуждали, смеялись, даже поиграли в карты, завалявшиеся в машине Феликса. В его машине вообще чего только не было, на самом деле. В том числе и различный алкоголь, который блондин купил для коктейлей.

Когда солнце начало садится, включили музыку. На фоне заката Ёнбок показывал различные интересные барменские трюки, по типу жонглирования бутылками или готовки разноцветных коктейлей. Минхо фотографировал брата на телефон, пока тот с ловкостью переливал напитки из одного стакана в другой, а у него за спиной кровавым месивом по небу растекался закат. Будто бы предупреждал о чём-то. Будто бы говорил, что скоро настанет время, когда не до смеха им троим будет.

Протянув брату и другу готовые коктейли, Феликс забрал у старшего Ли телефон, взглянув на сделанные им фотографии. Красиво. Парочку фото с сегодняшнего отдыха блондин точно распечатает и повесит на стену в квартире в Чонно-гу. Грех не добавить в общую коллекцию фотографий снимки сегодняшнего дня.

Домой вернулись уже поздней ночью. Блондин дал брату и его парню ключи от своей очередной квартиры в Тонджак-гу, а сам уехал куда-то ещё. Минхо предполагал, что Феликс планирует ночевать в Мапхо-гу или Чонно-гу, но Ли решил провести остаток ночи в клубе.

***

«Dark reflection» встретил его с распростёртыми объятьями, как и Чон Джонхван, глаза которого, стоило ему увидеть Феликса, загорелись радостью и счастьем.

— Доброй ночи, господин Ли, — юноша поклонился блондину, улыбнулся и склонил голову вбок, ожидая указаний. Как преданно.

— И тебе привет, — сказал Феликс, задумчиво хмурясь. — Организуй выпивку, сто двадцать третью комнату и отдых.

— Слушаюсь, — Чон покорно поклонился, тут же затерявшись в толпе людей.

Феликс усмехнулся, глядя ему вслед, а потом закрыл глаза, запрокинув голову на спинку дивана.

Вообще, Чон Джонхван был не просто мальчиком по вызову, а заведующим борделем в этом клубе. Он крайне редко обслуживал посетителей. Далеко не всех, и даже не всех постоянных. Но на Феликса это не распространялось. Младшему господину семьи Ли этот юноша был рад всегда, принимая его с распростёртыми объятьями. Даже радость, которой сквозили его слова, не была лицемерием, а самой настоящей искренностью. Блондина здесь действительно всегда ждали. Это, безусловно, льстило. Да и самому парню было лучше идти в проверенное заведение к проверенным людям. Так и проблем не возникнет, и сам Ли будет знать, что может вытворить что угодно.

— Господин Ли, — послышался мелодичный голос над ухом. — Ваши алкоголь и комната готовы.

— Прекрасно, — Феликс улыбнулся, открывая глаза. — Первую порцию коктейлей пьём здесь, со второй идём в комнату.

— Как скажете, — Джонхван поклонился, ставя поднос с разноцветными алкогольными напитками на стол, а сам сел напротив Феликса. Ёнбок в принципе предпочитал, чтобы люди сидели напротив него. Рядом мог сесть только он, по собственному желанию.

— Ну, рассказывай, — улыбнулся Феликс, выпив первый коктейль. — Что здесь нового?

— Да ничего вроде, — брюнет, сидящий напротив, пожал плечами, медленно потягивая свой коктейль. В этом заведении персоналу запрещалось пить с клиентами. Джонхван позволял выпить себе только с Феликсом, потому что знал, что тот в одиночку пить не любит. — Вы каждый раз так спрашиваете, будто Вам не всё равно.

— А мне не всё равно, раз спрашиваю, — холодно ответил Феликс. — Или, думаешь, я стал бы интересоваться тем, на что мне плевать?

— Не стали бы, господин Ли, — Чон склонил голову, признавая свою неправоту и соглашаясь со словами молодого господина. Действительно, Ёнбок бы не стал спрашивать, если бы не имел на это каких-то личных целей или интереса. Ему было абсолютно всё равно на всё остальное, но про обстановку в клубе он спрашивал всегда.

***

— Дуй за второй порцией алкоголя, — сказал уже знатно подвыпивший Феликс, подпирая голову рукой и закрыв глаза. Ему бы сейчас домой, а не коктейли по клубам распивать. В прочем, кто посмеет сказать об этом младшему господину семьи Ли. Никто. Именно поэтому Джонхван смиренно поднимается из-за стола и направляется к барной стойке. — Стоять, — вдруг сказал Феликс, приоткрыв один глаз. — Два подноса бери.

— А Вам не много, господин..? — несмело спросил растерянный юноша.

— Если я сказал два, значит два, — огрызнулся парень, хлопнув ладонью по столу.

Джонхван покорно поклонился и поспешил удалиться, на ходу чуть не врезавшись в кого-то. Наскоро извинившись, юноша быстро ретировался к барной стойке. Феликс не в настроении сегодня. Если он не в настроении, каждый его приказ должен быть выполнен. Потому что, если это будет не так, то нагрянет катастрофа в виде разозлённого Ли Ёнбока Феликса. А человеком, которого Чон чуть не сбил с ног, был Хёнджин, увидевший светлую макушку младшего господина семьи Ли ещё издалека. Сам не знал, как смог высмотреть его среди людей, но, тем не менее, увидел и даже решил подойти.

— Что, решил нажраться? — со смешком спрашивает брюнет, садясь напротив Феликса за стол.

Услышав до боли знакомый, ненавистный голос, Ёнбок нахмурился, а потом закатил глаза, насмешливо фыркнув. Присутствия Хёнджина ему ещё тут не хватает. Вот всегда так. Хочется отдохнуть от всех и расслабиться, а в итоге видишь того, кого больше всего не хочешь.

— Чего тебе? — недовольно спрашивает Феликс, поднимая на Хёнджина пьяные небесно-голубые глаза.

— Просто увидел тебя и решил подойти, — пожимает плечами Хёнджин. Его тёмные глаза блестят от предвкушения чего-то интересного.

— Соскучился, значит, — усмехается Феликс, растянув губы в пьяной улыбке. Он качает головой, кивая каким-то своим мыслям, а потом фыркает. — Забавно.

Хван недоумённо поднимает брови, глядя на усмехающегося блондина перед собой. Тёмные глаза скользят по бледному лицу напротив, замечают каждую деталь, каждую маленькую веснушку на чужих щеках. Наверное, Хёнджин уже знает черты лица младшего Ли наизусть. Почему? Да просто запомнил. А забыть уже не может.

— Что именно? — спросил парень, пристально глядя в голубые глаза.

— Забудь, — отмахивается светловолосый, закатывая глаза. — Не важно.

А в это время к столику подходит Джонхван с подносом в руках. Он кланяется Хёнджину и, не обращая на него особого внимания, поворачивается к Феликсу. На губах брюнета играет лёгкая улыбка, когда он ставит на стол поднос с алкоголем.

— Второй поднос уже в комнате, — ласково говорит Чон, осторожно коснувшись плеч блондина. Его длинные пальцы скользят вверх, касаясь светлых волос, мягко массируя кожу головы. Ли постепенно перестаёт хмуриться, закрывая глаза и, кажется, совершенно забывая о присутствии Хёнджина. А Хван наблюдает за происходящим с каким-то странным блеском недовольства в глазах. Он слегка поджимает губы, откидываясь на спинку дивана.

— Пойдём, — внезапно говорит Феликс, открывая глаза. Он поднимается на ноги и выжидающе смотрит на Хёнджина.

— Не хочу, — отвечает темноволосый, хмурясь и складывая руки на груди.

— Я хочу, — уже более грубо говорит Феликс, делая шаг вперёд и хватая парня за локоть. — Быстро поднимай свою задницу и иди со мной.

— Отвали, — шипит брюнет сквозь стиснутые зубы, вырывая локоть из руки Феликса.

— Ты сам подошёл ко мне, — говорит Феликс, растянув губы в опасной улыбке. Кажется, за то время, пока он тут сидел и ждал свой алкоголь, парень немного протрезвел. В голубых глазах загорелись шаловливые огоньки. — Я просто зову тебя в VIP-комнату. Не бойся, не собираюсь же я тебя там убивать.

— В таком состоянии ты бы вряд ли меня убил, — отвечает Хёнджин, всё же поднимаясь на ноги.

— Ты недооцениваешь моё состояние, — усмехается Феликс, насмешливо фыркнув. — Пустить тебе пулю в лоб я смогу в любом состоянии. В прочем, пока этого делать я не хочу, — с этими словами парень берёт со стола поднос и забирает ключ из рук Джонхвана. — Идём.

Хёнджин, тяжело вздохнув, проходит вперёд, а Феликс, прищурившись, смотрит ему в спину, а потом поворачивает голову к Чону.

— Отдыхай сегодня, — со слабой улыбкой говорит блондин. — А на счёт комнаты… Потом с этим разберёмся, хорошо?

— Да, господин, — юноша кланяется, ярко улыбаясь. — Как скажете.

Феликс кивает, на миг задумчиво поджав губы, но так ничего и не говорит. Парень идёт вслед за Хваном, держа в одной руке поднос с разноцветными напитками, в другой — ключ от сто двадцать третьей комнаты. На самом деле, с появлением этого темноволосого чёрта планы юноши совершенно не поменялись. Он как планировал накидаться, так и сделает это. Правда, теперь не один, а в компании. Джонхван бы всё равно не стал много пить, а вот в Хёнджина можно влить большое количество алкоголя. Не то чтобы Ли планировал пакостничать, просто напиваться в одиночестве — плохое решение. Он не алкоголик, в конце концов.

Повернув в замке ключ и открыв дверь комнаты, Ёнбок пропускает внутрь Хёнджина. Дверь за их спинами благополучно закрывается на замок изнутри, а парень ставит на стол второй поднос с алкоголем.

— Что за пьяное царство? — со смешком спрашивает Хван, оглядывая напитки. — Ты реально решил накидаться?

— Ага, — кивает Феликс, уже развалившись на широченной кровати. — А почему нет? Имею право, в конце концов. Какие коктейли ты пьёшь? Выбирай. Извини, вина нет, я не брал. Не думал, что ты объявишься, — с этими словами Феликс садится на кровати и, прищурившись, пристально смотрит на Хёнджина. — Ты что тут забыл, кстати?

— Ты сам меня сюда привёл, — говорит Хван, осуждающе глядя на парня.

— Дурак, что ли? — смеётся Феликс. — Я не про это. Ты что в принципе в этом клубе делаешь? Почему не в своём тусуешься?

Феликс знал, что брюнет не переносил Ким Уёна на дух. Тем не менее, он подозрительно часто бывал в заведении, принадлежащем Уёну. Это довольно странно, на самом деле. Но, зная Хёнджина, по своему желанию он бы сюда не явился. Значит, у него либо очень важные дела здесь, либо у него просто не было выбора. Учитывая, что заставить парня что-либо делать крайне сложно, можно сделать вывод, что у него либо деловая встреча была, либо ещё какое-то важное мероприятие.

В прочем, а какое Феликсу вообще дело до этого? У него совершенно нет желания копаться во встречах Хвана. Хотя бы потому, что своих встреч ему более чем достаточно.

— Ты помнишь, что у нас завтра интервью? — спрашивает Феликс, взяв с подноса стакан с голубым коктейлем. — Первое совместное, между прочим.

— Ты, я так понимаю, на него не собираешься, — сказал Хёнджин, отпивая коктейль из стакана.

— О нет, — засмеялся Феликс. — Я такое не пропущу. Где же у меня ещё будет возможность поиздеваться над тобой перед камерой?

Хёнджин поджал губы, не слишком довольный словами Феликса. А блондин просто отвернулся, взглянув в окно, а потом отключил телефон, отшвырнув его на прикроватную тумбочку. Медленно потягивая через трубочку свой «Бульвардье», он явно о чём-то задумался. Постукивая пальцем по стакану, смотрел вперёд невидящим взглядом голубых, ледяных глаз. Видеть Феликса таким спокойным было крайне непривычно. Хотя бы потому что образ вечно ругающегося, издевающегося, насмехающегося над людьми парня никак не совпадал с тихим юношей, сидящим на кровати со стаканом коктейля в руках.

И это тот, кто грозился вырвать Хёнджину язык? Тот, кто таскал его за волосы в университетских коридорах? Тот, кто умудрился разбить ему нос в первую их встречу, чуть не придушив? Феликс, оказывается, умеет быть спокойным. И именно это спокойствие напрягало брюнета больше всего. Лучше бы уж парень пистолетом направо и налево махал, нежели вот так пялился в одну точку. Почему-то Хёнджину кажется, что вот сейчас Феликс повернёт голову, улыбнётся своей бешеной улыбкой, подскочит и одним резким движением свернёт ему шею.

— О чём думаешь? — спросил Хван, глядя на блондина.

— О тебе, — отстранённо сказал Феликс. — Продумываю некоторые планы на будущее. — Какая честь, — усмехнулся темноволосый, сделав глоток алкоголя.

— Для тебя, скорее, разочарование, — смеётся Феликс, залпом допивая коктейль. Парень какое-то время сидит молча, глядя в стакан, а потом ставит его на поднос и принимается за следующий.

Время идёт медленно. В сто двадцать третьей комнате слышатся пьяные крики и ругань. А всё дело в том, что Хван Хёнджин и Ли Ёнбок Феликс снова что-то не поделили. Вернее, они не то что не поделили… Они сами не помнят, по какому поводу ругаются на этот раз. А всё из-за алкоголя. В конце концов, алкоголь сделал своё дело, и парни припираются без какого-либо на это повода. А всё потому что Хван, опасаясь спокойствия Феликса, периодически кидал косые взгляды на парня. И в один из таких моментов Феликс психанул, развернулся и с размаху ударил Хёнджина по лицу. Как всегда, в общем. И сейчас два парня дерутся, в очередной раз желая прибить друг друга. Были бы они трезвые, разнесли бы уже весь клуб. Пьяные Феликс и Хёнджин просто катаются по полу, матеря друг друга и пытаясь хотя бы схватиться за воротник чужой рубашки.

Феликс поднимается на ноги, хватает брюнета за шиворот и швыряет его на кровать. И откуда у этого, казалось бы, хрупкого мальчишки столько силы? Нависнув над Хёнджином, Ли впивается в его губы, рыкнув грубое: «Бесишь!»

Феликс впивается в его губы, до боли прикусывает нежную плоть, чуть не сдирая с них кожу. Ведёт языком, слизывая выступившую кровь усмехается, вжимая тело в кровать ещё сильнее. Опускается ниже, кончиком языка касается скулы, вцепляется зубами в шею, до синяков прикусывая бледную кожу. Это выглядит так, будто парень норовит перегрызть брюнету горло.

Хёнджин не то чтобы сопротивляется, понимая, что это бесполезно. С трезвым Феликсом совладать невозможно, о пьяном и говорить нечего. Дурь в светловолосую голову так и прёт. Он в таком состоянии ещё более отбитый, чем обычно. Хотя бы потому что самый элементарный инстинкт самосохранения, который и так на нуле, снижается до минус ста. Неугомонный дьяволёнок.

А блондин перестаёт терзать чужую шею. Не потому что в нём просыпается совесть, а потому что он сам засыпает. Просто вот так берёт и вырубается, даже не разжав челюсть. Пьяное тело всё ещё придавливает брюнета к кровати без возможности выбраться, потому что Феликс всё-таки тяжёлый. Да и лежит так, что хрен столкнёшь. Сжимает чужие запястья в руках, стискивая пальцы даже в сонном состоянии. Будить его, тем более сейчас, ужасно плохая идея.

Вскоре Хёнджин тоже засыпает, чувствуя на себе тяжесть чужого горячего тела. Ну а, собственно, если нет возможности выбраться из этого капкана под названием "Ли Феликс", то почему бы и не поспать. 

Когда Джонхван открывает дверь в комнату, чтобы проверить посетителей, то его взгляду предстаёт весьма забавная картина. Два парня прямо в одежде, помятой и местами даже порванной, лежат на широченной кровати и спят друг на друге. Идеально.

Слабо улыбнувшись, юноша тихо закрывает дверь, не желая прерывать сон молодых людей. Феликс не первый раз остаётся в клубе после официального закрытия. Бывало и раньше, что он просто засыпал в VIP-комнате, а потом доплачивал за то, чтобы уйти попозже. По идее, так было нельзя. Но деньги и уважение. Феликс имел право на всё. К тому же, как у человека, периодически сотрудничающего с Уёном в каких-нибудь делах, у младшего сына семьи Ли было полно привилегий в этом клубе, раз его сам Чон Джонхван обслуживал. Не просто обслуживал, но и искренне любил.