Социальный эксперимент

Видео сняли с первого дубля. Антон просто устроился перед камерой, выпрямил спину, коснулся руками в перчатках края стола, уставился на импровизированный телесуфлер — и синхронно с аудиодорожкой, ни разу не запнувшись, вполголоса проговорил текст, сопровождая речь сдержанной жестикуляцией.        — ... пятого курса гуманитарной специальности одного из вузов нашей страны, не обессудьте, подробностей не будет. Как и все магистры, пишу диплом и в последние месяцы проводил социальный эксперимент с целью исследовать техническую базу, которую обеспечил автоматическому мышлению Интернет, а также восприимчивость масс людей к стойким стереотипизированным образам. Я выбрал идею законспирированной преступной организации, подвергшейся разоблачению.        О моих личных впечатлениях — это было удивительно. В рамках анонимного анкетирования я вступал в дискуссии на разнообразных площадках и самые разные люди с жаром убеждали меня в опасности созданного мной персонажа, желали ему смерти. Аргументировали свое мнение так убежденно, словно знакомы с ним и его деятельностью лично, но... Оле-Лукойе никогда не существовало. Все это — инсценировка, забавный сценарий, который мы с друзьями придумали у меня в общаге.        Для наглядности я создал фейковое сообщество и потом, используя комплекс методик, приступил к очернению его образа. Эффект, как вы можете наблюдать, превзошел ожидания в десятки раз. Мой руководитель считает это большой удачей, и, надеюсь, анализ полученных данных сделает мою работу уникальной. Насколько я знаю, никто из магистров моей специальности в последние несколько лет не делал ничего похожего. Мне потребуется некоторое время, но уже осенью, накануне защиты работы, я обязательно изложу выводы в научной статье.        Мы на практике смогли наблюдать, что промежуточное звено в общении между людьми открывает широкие возможности для манипуляций сознанием. И напомнили себе, что информационная грамотность — гарант социальной безопасности и социальной стабильности, а критическое мышление позволяет предостеречь человека от девиантного поведения, вызванного информационной манипуляцией. Кто знает, в чем вас попытаются убедить завтра, кому вы станете желать смерти?        Я очень благодарен всем, без кого не состоялся бы этот эксперимент: ивент-агентству «Майд», владелец которого поддержал мою легенду, Мише Синельникову, который сделал для меня сайт и заполнил его ботами и кучей постов за разные годы, а также нескольким журналистам из разных изданий, взявшихся опубликовать необходимый материал. Касательно тех, кто подхватил идею и принялся перепечатывать статьи со все новыми подробностями, им я благодарен тоже — это было крайне познавательно. Ребята, вы развили скромный эксперимент до масштабов настоящего феномена. Но на будущее — проверяйте информацию, а то жить страшно.        На этом все. Сообщество будет удалено, я отправляюсь дописывать диплом. Спасибо за участие, не забывайте мыслить критически и не позволяйте задурить себе голову. Погладьте кота. Позвоните маме.        Позов молча отключил камеру, и несколько секунд в мастерской было абсолютно тихо.        — Я на мгновение почти поверил, что никакого Оле-Лукойе не было, — наконец подал голос тот, и Арсений мысленно с ним согласился. — Не слишком приятное ощущение. Но, надеюсь, все, кто поливал нас говном, почувствуют себя идиотами и постараются скорее забыть о своем позоре.        — Жаль, не все до конца прочувствуют. Слишком много сложных и длинных слов, — прочистив горло, добавил Арсений, наблюдая, как Антон снимает знакомую носатую маску и поднимается из-за стола.        На лице того отсутствовали эмоции, только легкая усталость.        — Буду монтажить дома, — продолжил Позов, пряча камеру в рюкзак и подхватывая с узкого диванчика легкую куртку. — Думаю, через час будет готово. Вы тут пока?        — Скоро домой, — отозвался Антон, стянул перчатки, потом шапку, бросил их на стол и взъерошил волосы. — Не жди.        Позов промычал что-то утвердительное, закинул рюкзак за спину и, кивнув Арсению, скрылся за дверью, оставляя их одних. Антон присел на стол и уставил расфокусированный взгляд на заваленный инструментами верстак.        — Это была отличная идея, — негромко проговорил Арсений, внимательно наблюдая за ним. — Ты придумал? Или Позов?        — Коллективное творчество. Вариант сам собой напрашивался. А текст в основном Поза, я в такое занудство не могу, — он слабо хмыкнул, рассматривая свои кольца так, будто впервые видел. — Нам один из модераторов подогнал небольшую армию ботов, которые смогут доходчиво объяснить желающим, как они все лоханулись. Будем надеяться, так они скорее поверят, что это не фейк, и желающих продолжить срач станут считать идиотами. Хочется скорее закрыть эту тему.        — Но Степан знает, с чего все началось. Про твою статью с разоблачением, — осторожно напомнил Арсений. — Не боишься второго раунда?        — Да нет, — безразлично ответил Антон. — Он знает только то, что Мирон состоял в неком странном сообществе. Почему бы оно не могло оказаться чьей-то дипломной работой? Движ как раз в его вкусе. И заодно под шумок он мог попробовать подставить отца. Ты говорил, изначально он взял на себя вину? Вот и отлично. Думаю, догадается подыграть.        — Когда справится с эмоциями, — хмыкнул Арсений, представляя реакцию студента на видеообращение, потом посерьезнел и осторожно спросил: — А что с «Двумя зонтами»? Позже восстановишь или это всё?        Спросил — и почувствовал, как тревога сжала ребра. Последний вариант, учитывая нынешнее настроение Антона, вовсе не казался невероятным. А идею было жаль до слез. Тот посмотрел с усталым интересом.        — Разве... не пора повзрослеть?        Арсений возмущенно втянул воздух, потом с подозрением прищурился.        — Ты меня сейчас разводишь, да?        Антон убрал с глаз челку.        — Но тебе бы... хотелось быть с кем-то взрослым? В смысле... с нормальной работой, чтобы не тратил свое время, отыгрывая подставного ученика в почти двадцать шесть...        Арсений медленно выдохнул.        — Я хочу быть с тобой, — твердо сказал он. — И если ты однажды решишь, что перечисленный тобой ужас — именно то, чего тебе хочется, — я все еще буду этого хотеть. Удивлюсь, конечно, что я совершенно не разбираюсь в людях...        — Разбираешься, — обреченно признал Антон.        — То есть ты его восстановишь? — на лицо против воли полезла улыбка.        — Уже, — кивнул Антон с некоторой досадой. — Поз перенес данные сообщества. А на почты, указанные при регистрации раньше пятого апреля, упадет письмо, замаскированное под спам. Если догадаются, что нужно сопоставить его с подсказкой из прощального видео — попадут по новому адресу. Посмотрим, что из этого получится.        Неожиданно сильное облегчение отдалось слабостью в пальцах. То есть даже этой ситуацией он сумел воспользоваться, чтобы в очередной раз заставить игроков напрячь мозги, вот ведь! Оставалось надеяться, те в достаточной мере прониклись его манерой выдавать задания, чтобы усмотреть подвох.        Антон поднялся, нашел на верстаке шестигранник и двинулся к каркасу, на который был натянут зеленый фон. Создавалось впечатление, что он просто стремится занять руки, а не навести порядок. Обычно следы их деятельности ликвидировались только тогда, когда в мастерской вовсе не оставалось места.        Арсений подошел к нему со спины и обнял, чувствуя под ладонями грубую ткань тактического кителя со множеством карманов.        — Арс, я не... — начал Антон, заставляя того рассмеяться и прижаться крепче.        — Я просто тебя обнимаю, чудовище, — заверил он и положил голову ему на плечо. — Не против?        — Нет конечно, — вздохнул тот, немного расслабляясь и продолжая сжимать в пальцах дурацкий шестигранник. — Я просто...        — Понимаю, — согласился Арсений, не дождавшись внятного продолжения. — Знаешь, то, чем ты занимаешься, действительно нерационально, — задумчиво признал он. — И ты со своими способностями мог бы найти серьезную, отлично оплачиваемую, важную и ответственную работу, — Арсений невесело хмыкнул. — Мой отец обожал говорить «мужскую». Ты все это можешь. И нам очень повезло, что не хочешь.        — Почему?        — Потому что обязательно найдутся другие, кто будет делать «мужскую» работу. Или просто работу. Взрослые дяди и тети, которые однажды устанут от своей серьезности и тогда придут к тебе. Если им, конечно, повезет. Мне вот повезло. А мог бы спиться.        — Ты? Спиться? Ты даже шампанское на Новый год не пьешь, — недоверие Антона было слишком ярким, будто он старался скрыть неловкость от услышанного.        — Ну, предположим, на этот Новый год я не пил, потому что опасался, что тогда полезу к тебе с признаниями, — фыркнул Арсений. — А в остальное время... На всякий случай старался не начинать, а вдруг втянулся бы? И не переводи тему. Или переводи, но сначала скажи, что понял меня.        Антон помолчал.        — Понял, — вздохнул он спустя минуту. — Услышал, осознал и постараюсь не забывать.        — Славно, — резюмировал Арсений, и когда тот повернулся в его объятиях, коротко поцеловал и быстро отстранился, осененный идеей. — Кстати, ты помнишь девочку, которая игроков клеила? Ну, восхищалась тем, какие здесь все умные, оставляла милые голосовые, звала пить пиво...        — Была такая, — удивленно кивнул Антон, сбитый с толку резкой сменой темы. — Модер на нее ругалась, потом вроде бы перестала. Может, забанила или сама пропала. А что?        — А ты не знаешь? — улыбнулся Арсений.        Кажется, он понял, чем поднять Антону настроение. Как хорошо, что он не поддался искушению проговориться и приберег этот вариант до нынешнего момента.        — А что с ней не так?        — Ну, если ты перенес сообщество полностью, вместе со всеми ее сообщениями, то у тебя есть шанс разобраться, — загадочно улыбнулся Арсений. 

                                       ***        По дороге домой Антон все пытался выпытать подробности, а не преуспев, засел за ноут сразу по приходе, чтобы разыскать сообщения пользователя с ником Карамелька, и уже спустя десять минут был увлечен так, что перестал обращать внимание на окружающую действительность. Арсений периодически поглядывал на него поверх экрана телефона, отвлекаясь от бурной переписки, и в который раз недоумевал, как его угораздило.        Потом опускал глаза на окошко мессенджера и недоумевал еще сильнее, с той же формулировкой, но по другому поводу. Он ведь понимал, что совсем необязательно так подставляться. Что Антон прав, и вскоре все утихнет, и жизнь вернется в свою колею... И они снова начнут страдать веселым идиотизмом и вернут прогулки по индустриальным объектам и полуночные мозговые штурмы... и, главное, они все еще будут друг у друга. И все это было не просто неплохо, а замечательно, но... Арсению было этого мало.        Наверное, в какой-то мере он действительно был отбитым. Его ненормально триггерили некоторые события, фразы, черты характера, и каким-то образом все они сошлись в единственном человеке. Который в первую встречу сумел вывести его настолько, что Арсений прочитал ему непрошенную мораль, удерживая за член. Совершенно нехарактерный поступок, с которым по-хорошему следовало отправиться к специалисту... Но Арсений и так представлял, что тот скажет.        Так проявлялась его критическая  властных родителей, спасибо маме с папой. И Арсений понимал, что это клиника. Но все равно ответил на предложение крайне сомнительной встречи положительно. Десять вечера, частный сектор недалеко отсюда, минут пятнадцать пешком. Машину брать не стоит. И еще нужно как-то объяснить Антону, почему он не будет ночевать дома. Правда такова, что лучше ее пока не озвучивать, то есть придется что-то...        — Ты знал? — Антон оторвался от ноута и уставился на него с неподдельным изумлением.        Арсений с затаенной гордостью подумал, что это рекорд: ему самому, чтобы разобраться в придуманной Мироном головоломке, понадобилось не меньше часа. А могло бы и больше, если бы он за почти два года не успел усвоить образ мышления своего беспокойного студента.        — О чем? — с невинным видом переспросил Арсений, и, спрятав улыбку, обошел Антона, и заглянул в экран.        Приложение, которое тот обнаружил в финале, летопись похождений игроков за последние несколько лет, было все еще сыроватым, выполненным в почти карикатурном футуристически-мистическом стиле. По сути, оно представляло собой многостраничную сентиментальную открытку, фанатский сувенир, любимые истории в электронном, не всегда юзер-френдли варианте. Совершенно кошмарное творение, но Антон, кажется, был тронут. И немало заинтригован.        — Ты знал, — на этот раз утвердительно повторил Антон. — Давно? Эта девчонка, в смысле, этот профиль, появился еще с месяц назад, если не раньше. Почему я узнал об этом только сейчас? Ни модераторы, ни Поз, ни ты...        — Ну, ты же прочитал то финальное послание. Пожелание создателя о том, чтобы каждый самостоятельно прошел путь. Можно только слегка подталкивать, что я и сделал. В твоем собственном сообществе принято соблюдать такие правила.        — Давно следуешь указаниям подозрительных анонимов из интернета? — нахмурился Антон, но глаза его улыбались.        — Вот уже полгода как, и ни разу не пожалел, — ответил Арсений, наклонился и коротко поцеловал любимую макушку.        — Но это не ты придумал? — продолжил допытываться Антон.        — Придумал не я. И реализация тоже принадлежит не мне.        — Но ты знаешь кому, — оживился он и даже задрал голову, чтобы видеть лицо Арсения.        — Правда хочешь знать? А как же атмосфера тайны?        Антон задумался, потом признал:        — Если ты что-то знаешь о создателе, это точно не тот, о ком я думаю. Но все равно хочу знать.        — Твой протеже, — вздохнул Арсений, запуская пальцы в мягкие кудри. — Эта идея пришла ему некоторое время назад, и я немного помог советами, чтобы минимизировать ущерб.        — Мирон, что ли? — изумился Антон. — Карамелька, надо же. Следовало догадаться.        — А ты о ком подумал?        — Ну... — он немного смутился. — Глупо, конечно, но почему-то первой мыслью было, что наш идейный вдохновитель решил выйти на связь. Показалось, что движ последних дней мог привлечь его внимание, но потом я сопоставил даты и понял, что все не так. Немного жаль, но ничего удивительного.        — Ты о том человеке, который был первым Оле-Лукойе? — уточнил Арсений.        — Ну или хотя бы о том, кто связывался с нами тогда под его видом. Не знаю... — Антон автоматически глянул в экран коротко пиликнувшего телефона и собирался продолжить, но потом вчитался, сел ровнее и как будто даже перестал дышать.        Арсений медленно убрал руку от его волос. Он мог бы заглянуть через его плечо, но почему-то не мог заставить себя это сделать. Слишком много тревог принесли последние дни.        — Что-то случилось? — наконец подал он голос, когда Антон глубоко вздохнул.        — Это тоже Мирон? — спросил тот, показывая ему сообщение.        Арсений моргнул, фокусируясь на единственном предложении, отправленном не через мессенджер, а старой доброй эсэмэской.        «Хочешь, я ради тебя всех их убью?» — интересовался неведомый отправитель.        — Не думаю, что это Мирон, — медленно ответил Арсений. — Я об этом ничего не знаю, но с чего бы ему... Номер скрыт?        — Просто незнакомый.        — Это... как-то слишком странно. — Его крайне напрягала суть послания, но еще больше то, что отправлено оно было на личный номер Антона. Воображение тут же нарисовало одержимого фаната Оле-Лукойе, которому происходящее разбило сердце и снесло крышу.        — Почему? — переспросил Антон, явно не испытывающий тревоги, только не совсем уместный азарт.        — Потому что он пишет как маньяк?        Антон озадаченно уставился на него, потом тихо рассмеялся.        — Черт, действительно, — продолжая улыбаться, он прижался лбом к его руке, лежащей на спинке кресла. — Но так может показаться, только если обладаешь твоим сомнительным музыкальным вкусом. Это строчка из песни, Арс. Очень хорошей песни, — Антон поднял голову и нахмурился. — Не вспомню точно, но что-то вроде «Я смотрю на тебя и, волнуясь, немного робею. Хочешь, я ради тебя всех их убью? Я бы сделала что-то еще, но я не умею». Это слова, которые Смерть говорит Жизни.        — Красиво, но... — начал Арсений, потом умолк, осененный догадкой. — Ты думаешь, что это... Смерть?        — Другой Оле-Лукойе, — кивнул Антон, пару секунд помедлил — а потом вызвал номер, с которого была отправлена эсэмэска.        Автоматически поднялся с кресла, и его осанка незаметно стала почти по-военному прямой. Арсений не сразу понял, что на том конце взяли трубку, потому что Антон не сказал ни слова. Только замер, прислушиваясь, потом, спустя долгую минуту, медленно повернулся и провел рукой по волосам. Посмотрел сквозь Арсения и спокойно ответил:        — Хорошо, приеду, — и убрал трубку от уха.        — И? — не выдержал мужчина, внимательно наблюдавший за ним. — Кто это?        — Понятия не имею, — пожал плечами Антон. — Увидим.        — Собираешься к нему? — понял Арсений. — Куда?        — В Воронеж, — тот замялся. — Я поеду один, хорошо? Это было условие.        Арсению крайне не понравилось, что некий неизвестный тип выдвигает условия на фоне сложившейся ситуации, после всех этих угроз в сторону Оле-Лукойе. Но что-то подсказывало, что отговаривать не стоит и пытаться.        — Попробуй не лезть за ним ни в какие подозрительные подземелья, — спокойно попросил он, хотя внутри сделалось холодно от тревоги. — Понятно, что людные места — это иллюзия безопасности, но...        — Он назначил встречу на кладбище, — перебил Антон с кривой улыбкой. — Если, разумеется, хочет прийти лично, а не просто что-то оставить для меня.        — На кладбище?        — У могилы Любы. — К кривой улыбке добавились болезненно нахмуренные брови.        — Откуда он знает?        — Вот и мне интересно. Но это... на девяносто процентов тот же человек, что и несколько лет назад. Он упомянул кое-какие подробности.        — Мне очень не нравится эта затея, — честно сказал Арсений, заметил, как изменился в лице Антон — решил, что его попытаются не пустить, и добавил: — Будь, пожалуйста, на связи. И не лазь в подвалы, — он обхватил руками стремительно оказавшегося рядом Антона, погладил между лопаток и зажмурился, почувствовав поцелуй в висок. — А если все же решишь полезть, сначала отправь мне координаты.        — Что, приедешь вытаскивать? — поинтересовалось это чудовище у его шеи.        — Ну, я все еще твой куратор. Меня дрючат за вашу посещаемость.        — Вот оно что, — щекотно фыркнул Антон, отстранился, быстро прижался губами к его губам и решительно принялся собирать со стола разложенную там мелочевку.        — Прямо сейчас поедешь? — уточнил Арсений, до которого только теперь дошло, что это было прощание.        — Да, — Антон собрал в кучу два телефона, ключи от машины, пару банковских карт, перехваченные зажимом купюры, перцовый баллончик, мультитул и полупустой блистер с таблетками, потом стащил спортивки, бросил их на спинку дивана, натянул черные тактические брюки и принялся распихивать это свое имущество по карманам.        Сборы заняли от силы минут пять.        — Напишу, как выеду из Литцска, — тихо сказал Антон, обнимая Арсения на прощанье.        Растерянного, напряженного, но старающегося не подавать виду. Потому что для Антона его спокойствие значило очень много.        После щелчка захлопнувшейся двери в квартире стало совсем тихо. Только с едва различимым шорохом крутился старенький счетчик за дверью и ветер раскачивал жалюзи на открытом окне в кухне. Арсений переглянулся с кошкой, которая, убедившись, что хозяин ушел, принялась невозмутимо вылизываться, потом достал из кармана телефон.        «Буду у вас через час», — написал он в окошке мессенджера, заблокировал экран и отправился переодеваться. Напряжение не отпускало. Но, по крайней мере, ему не придется врать Антону насчет своего отсутствия.