# Глава 5. Презентация

Выходные Скарлет провела так, как не проводила их, кажется, никогда в жизни — включая сессии в университете.

Она не выходила из своей комнаты почти двое суток, если не считать вылазок на кухню за кофе и один короткий разговор с матерью по телефону, который свернула через семь минут, потому что не могла себе позволить отвлекаться дольше. Идея, пришедшая ей в голову в два часа ночи, оказалась куда сложнее, чем казалась в момент озарения — красивая мысль на бумаге и работающая бизнес-модель были двумя совершенно разными вещами, и вторую приходилось выстраивать по кирпичику.

Она пересчитала юнит-экономику три раза, каждый раз находя новую ошибку. Изучила открытые данные по рынку медицинской логистики, какие нашла — не потому, что кто-то просил такой глубины, а потому что не могла остановиться, пока не была уверена, что выдержит любой вопрос. Составила список потенциальных партнёрских клиник, набросала примерную структуру пилотного запуска, переписала слайды четыре раза, потому что третья версия звучала «слишком неуверенно», а вторая — «слишком самонадеянно».

К воскресному вечеру у неё болела голова, слезились глаза от экрана, а на столе выстроилась аккуратная стопка распечаток — единственное вещественное доказательство того, что она провела два дня не просто размышляя, а буквально строя план с нуля, деталь за деталью, до глубокой ночи в воскресенье, когда наконец могла сказать себе: готово. Это работает. Я знаю, что это работает.

В понедельник утром она чувствовала себя выжатой, невыспавшейся — и, что было новым, почти уверенной в себе. Такой уверенности она не испытывала ни разу за всю стажировку.

Это чувство продержалось ровно до десяти часов утра.

---

Стоило, наверное, вспомнить, зачем вообще их разбили по группам. Не для того, чтобы вместе придумать одно общее решение — Клэр была предельно ясна на этот счёт ещё в первый день. Группы существовали по банальной причине: не хватало переговорных и рабочих мест на четырнадцать человек по отдельности, поэтому их рассадили по трое-четверо, делить стол, монитор и кофемашину в офисе. Northlight был общей темой для размышлений, но решение требовалось от каждого своё — со своим именем на титульном слайде.

---

В переговорную набили битком — не только её группа, но и остальные группы стажёров, Клэр с ноутбуком у экрана, и, что Скарлет заметила не сразу, потому что была слишком сосредоточена на своих записях, — Дэн, сидящий в дальнем углу с чашкой кофе, будто заглянул случайно, но не спешил уходить.

Значит, сегодня решают серьёзно,— подумала она, и в животе что-то неприятно сжалось.

Жёсткого порядка выступлений не было — Клэр просто спросила, кто готов начать первым. Итан поднял руку раньше, чем Скарлет успела хотя бы подумать, стоит ли вызываться самой, поправляя манжету рубашки с той уверенностью, с которой обычно встают люди, точно знающие, что скажут.

— У меня, — начал он, обводя взглядом комнату, — есть решение, которое, думаю, вас удивит.

Скарлет улыбнулась ему через стол — маленькая, тёплая улыбка, просто потому что успела привязаться к нему за эти две недели и искренне хотела, чтобы у него всё получилось.

Улыбка сползла с её лица где-то на середине третьего предложения.

— Идея в том, чтобы полностью перепрофилировать платформу под узкий, но высокомаржинальный сегмент, — говорил Итан, щёлкая слайдами, которые Скарлет видела впервые в жизни. — Доставка медицинских грузов для небольших клиник. Меньше рынок — но выше маржа, и, что важнее, почти нет конкурентов в этой нише.

Слова были её. Дословно. Даже интонация, с которой он произнёс «меньше рынок, но выше маржа», была её собственной интонацией, услышанной им однажды ночью в пустом офисе.

Скарлет сидела абсолютно неподвижно, чувствуя, как кровь отливает от лица.

— Я потратил выходные, — продолжал Итан, — чтобы проработать цифры, юнит-экономику, возможные партнёрства с медицинскими сетями...

*Я* потратила выходные. *Я* проработала цифры. Блокнот с расчётами всё ещё лежал у неё в сумке, потрёпанный, с загнутыми уголками, доказательство, существовавшее в реальности, а не только в её памяти.

Она открыла рот. Закрыла. В комнате было четырнадцать человек и Клэр, кивающая с явным интересом, и Дэн в углу, чьё лицо не выражало абсолютно ничего, но чей взгляд, как ей на секунду показалось, был направлен не на слайды, а на неё.

Скажи что-нибудь, — приказала она себе. — Скажи хоть что-нибудь.

Ничего не вышло. Голос застрял где-то между гортанью и абсолютным, парализующим шоком от того, что человек, которому она доверяла достаточно, чтобы делиться сырыми идеями в два часа ночи, теперь стоял перед всей компанией и присваивал себе эти идеи с лёгкостью человека, ни разу в жизни не сомневавшегося в собственном праве на чужое.

Итан закончил под сдержанные, но одобрительные кивки. Клэр сделала пометку в блокноте.

— Впечатляюще, Прайс, — сказала она. — Обсудим детальнее после остальных презентаций.

Итан сел на место с видом человека, только что забившего решающий гол, коротко улыбнулся Скарлет — так, будто ждал от неё радости за его успех, — и она поняла, что не может решить, что сильнее: желание закричать или желание провалиться сквозь пол.

---

Дэн наблюдал за всем этим из своего угла с непроницаемым лицом человека, привыкшего читать людей быстрее, чем они успевают соврать.

Он узнал идею в ту секунду, когда Итан произнёс «доставка медицинских грузов». Не потому что обладал какой-то сверхъестественной памятью, а потому что три ночи назад, выходя за водой, случайно скользнул взглядом по раскрытому блокноту на общем столе — не собираясь ничего читать, просто заметил размашистый почерк и слово «клиники», обведённое дважды.

Он тогда не придал этому значения. Сейчас — придал.

Ему не нужно было доказательств, чтобы понять, что произошло. Достаточно было посмотреть на лицо Скарлет — сначала растерянное, потом застывшее, — и на лицо Итана, слишком гладкое, слишком довольное собой, чтобы быть невиновным.

Дэн откинулся на спинку стула и сделал глоток остывающего кофе, наблюдая за тем, как Скарлет сидит неподвижно, стиснув руки на коленях, явно взвешивая, стоит ли устраивать сцену перед всей компанией — сцену, которая, если она проиграет спор о том, чья это была идея изначально, будет стоить ей гораздо больше, чем молчание.

Интересно, — подумал он, без малейшего сочувствия в этой мысли, чисто с профессиональным любопытством человека, который слишком долго живёт в мире, где слабых съедают за завтраком. — Посмотрим, что вы будете с этим делать, мисс Картер.

Он не сказал ни слова. Ни тогда, ни когда Клэр объявила следующего выступающего. Просто продолжал наблюдать — так, как наблюдают за экспериментом, исход которого заранее неизвестен, но крайне любопытен.

Скарлет поймала на себе этот взгляд один раз — короткий, невозможно прочитать, что в нём было, — и почувствовала, как к горлу подкатывает что-то среднее между яростью и абсолютной, беспросветной паникой.

Двенадцать дней,— подумала она, вспоминая его слова с той самой утренней колкости неделю назад. — У меня было двенадцать дней. Теперь, кажется, ноль.

---

Клэр сверилась со списком на планшете.

— Хорошо, — сказала она, не поднимая головы. — Дальше у нас... Картер. Скарлет, вы готовы?

Все взгляды в комнате повернулись к ней разом — четырнадцать пар глаз, Клэр с занесённой ручкой над блокнотом, Итан, откинувшийся на спинку стула с лицом человека, абсолютно уверенного, что худшее уже позади, и Дэн в углу, чей взгляд, как ей показалось, стал чуть внимательнее, чем секунду назад.

Скарлет открыла рот, не имея ни малейшего представления, что из него сейчас выйдет.

— Да, — услышала она собственный голос. — Готова.

Это было ложью. Но отступать было уже некуда.