11 часть

Прошла неделя. У Дазая взяли кровь. Чуя был с ним. Через 30 минут вернулся учёный и сказал, что в крови не обнаружено ничего, что вызвало бы заражение. Это означало только одно, Осаму спасён и изобретён антивирус. Но пока до конца он не изучен, он работает на любых заражённых или только на тех, кто недавно заражён и ещё не потерял рассудок. Дазая выпустили из лаборатории. Чуя проводил с ним время. Теперь уже кареглазый читал книги вслух, играл с Накахарой. Через ещё одну неделю у шатена вновь взяли кровь, чтобы удостовериться. Ничего так и не появилось. Кареглазому сказали, что сдаст кровь через месяц, тот согласился; так же сказали, что если почувствует что-то странное, должен будет сразу сказать. Всё пошло, как обычно, только Чуя не говорил. Ночами они играли или читали, рыжеволосый всё время был рядом с Дазаем. Хани уже привыкла, что дома обычно одна, так как брат ночевал у шатена. Она часто спрашивала у кареглазого о состоянии Чуи и не появился ли голос.

Буквально через полторы недели парням стало скучно, они решили, что можно сходить на какое-нибудь задание. Огай разрешил. Подростки вышли с лагеря. Дазай обратил внимание, что Чуя более серьёзно себя вёл. Он понимал, что рыжеволосый переживает из-за прошлого раза. Шатен взял его за руку.Д: Чуя, успокойся, такого не повторится, всё хорошо

С задание они справились успешно, вернувшись на следующий день. Голос к Накахаре так и не возвращался, что расстраивало обоих. Парни уже стали считать, что это навсегда. Чуя ходил подавленый, шатен же поддерживал его, доказывая, что голос далеко не главное. Рыжеволосому было легче от таких слов, он знал, что Дазай не отвернётся от него из-за этой проблемы. Как-то ночью шатен вновь читал лёжа на коленях Чуи, пока тот перебирал волосы кареглазого. Когда Осаму уснул, голубоглазый отложил книгу, продолжая перебирать чужие волосы. Он говорил что-то лишь губами. Накахара ушёл глубоко в свои мысли, поэтому не заметил, как стал говорить вслух.Ч: Милый, красивый, люблю тебя, Осаму, лучший, добрый, заботливый

Шатен слышал всё это. Он не спал, а дремал, сначала думал, что снится, но потом всё-таки проснулся и понял, что это правда говорит Чуя.Д: Чуя, ты можешь говорить!

Накахара только отвлёкся от своих мыслей и посмотрел на Осаму.Ч: А, уже не спишь? Стоп, я говорить могу?!Д: Можешь, наконец-то, снова могу слышать тебяЧ: Я ещё не верю в этоД: Поверишь. Кстати, ты помнишь, что говорил?Ч: Ам, нет? Я что-то вслух говорил?Д: Да. Я всё помню, думал: снится это, но нетЧ: А что я говорил?Д: Меня комплиментами засыпал ты, говорил, что я добрый, милый и так далее. Ещё сказал, что любишь меня. А я тебя тоже люблюЧ: Что?

Дазай потянул Накахару к себе, нежно целуя. Румянец покрыл щёки Чуи, сердце бешено застучало. Когда шатен отвернулся, рыжеволосый всё ещё был немного в ступоре.Д: Ты же снова голос не потеряешь, милашка?Ч: Иди ты куда подальше!Д: Снова посылаешь, я к этому так привык

Кареглазый обхватил Накахару за талию, притянув к себе и обнимая, утыкаясь носом в рыжие волосы. Чуя не стал сопротивляться, лишь прикрыл глаза и уснул.

С утра рыжеволосый ударил Дазая, так как думал, что произошедшее ночью не более, чем сон. Но всё-таки он быстро понял, что никакой это не сон и извинился перед Осаму. Тот поцеловал голубоглазого в лоб.

Теперь всё было, как раньше. Чуя спокойно разговаривал, не забывая часто упрекать в чём-то Дазая просто так, для профилактики. Они стали жить вместе. Накахара всё чаще и чаще оставался у шатена на ночь, проводя с ним всё своё время. Хани нравилось жить одной, она чувствовала себя, как взрослая, поэтому была не против, что брат ночами пропадает. Да и сама она чаще общалась с подругой и другом. В лагерь недавно привели мальчика, поэтому у девчонок появился друг. Мама Камико уже приняла Хани, как свою вторую дочь. С Чуей был разговор, что, когда это всё закончится, она была бы не против растить Хани, как дочь, рыжеволосый согласился, так как и ему хотелось немного личной жизни, чтобы его с Дазаем никто не трогал.

Спустя 2 с лишним года все зомби были либо мертвы от голода, либо вылечены антивирусами. Люди стали постепенно выселяться из лагерей. В городах началась массовая очистка всех домов от мха, травы и прочего мусора.

Ещё через год уже были возвращены окончательно связь, интернет, электричество, вода в дома. Накахара с шатеном заселились жить в квартиру Чуи. Для Накахары тут всё было родным, как в доме, так и рядом с ним. Осаму же было всё равно, где жить, главное со своим рыжиком. Мать Камико взяла к себе Хани. Они стали жить в соседнем доме от парней.

Вечером одного из дней:Шатен пришёл в комнату с двумя кружками какао. Поставив их на тумбочку, около кровати, он сел рядом с Чуей. Накахара укутался в плед и листал каналы на телевизоре. Дазай забрался под плед к голубоглазому. Рыжеволосый лёг ему на ноги, продолжая листать каналы.Д: Выбрал что-нибудь?Ч: Да, фильм, пока тебя ждал смотрю, что просто по телеку показываютД: Ясненько

Накахара переключил на фильм. Парни спокойно смотрели его, кушая моти и попивая какао. Когда фильм закончился, Дазай унёс посуду и вернулся к Чуе.Д: Чуя, нам уже по 20Ч: И?Д: А у нас с тобой ещё не было ни разуЧ: Чего не было?Д: Не притворяйся, что не понимаешьЧ: А я не понимаю. — Уже издевательски произнёс рыжеволосый.Д: Тогда я тебе покажу всё, поймёшь, милый

Накахара и среагировать не успел, как с него стянули футболку, руки прижали к изголовью кровати. Осаму впился в губы любимого, не давая никакой возможности отстраниться. Дазай отстранился через несколько минут. Он стал целовать шею, ключицы, грудь, спускаясь ниже по чужому телу. Спустя несколько минут кареглазый спустился до резинки штанов. Свободную руку он запустил внутрь, под нижнее бельё рыжеволосого, начиная водить рукой, отчего Чуя простонал и слегка дёрнулся. Осаму ухмыльнулся, когда у Накахары встал. Хватило несколько движений рукой для этого. Дазай стянул и остальные вещи с голубоглазого. Щёки Накахары уже горели, сердце быстро стучало. Шатен снял и с себя вещи. Довольно резко и грубо он ввёл в нижнего 2 пальца, отчего получил болезненный стон и несколько дёрганных движений. Кареглазый стал целовать Чую, извиняясь за свой поступок. Пока Накахара отвлёкся, Осаму ввёл ещё один палец, рыжеволосый дернулся, но несильно, постепенно привыкая.

Через некоторое время Чуя сам стал насаживаться на пальцы. Дазай вытащил их, приставив свой орган к разработанному колечку мышц. Голубоглазый вскрикнул, так как Осаму вошёл полностью грубо и резко, к чему нижний был не готов. Шатен дал время привыкнуть Чуе. После кивка голубоглазого, Дазай стал медленно начинать двигаться. Накахара пытался сдержать стоны, но выходило плохо, кареглазый попадал в нужную точку, отчего у рыжеволосого закатывались глаза, а пальцы на руках и ногах сжимались.

Спустя некоторое время в комнате стало слишком жарко: слышались пошлые шлёпки кожи об кожу, стоны. Через несколько минут Чуя с трудом проговорил:Ч: Осаму, я.. я сейчас..Д: Вместе это сделаем

Несколько движений и парни кончают, один себе на живот, второй внутрь Накахары. Шатен выходит из рыжеволосого, ложась рядом с ним и обнимая.Д: Всё-таки в зомбиапокалипсисе были плюсыЧ: Какие? — Устало спрашивает Чуя.Д: Благодаря ему я встретил тебя. Если бы не апокалипсис, то мы может и не встретились быЧ: В этом плане ты правД: Так что, даже несмотря на то что мы потеряли близких, мы есть друг у другаЧ: Ты прав, любовь мояД: Милый мой. — Дазай поцеловал своё чудо, закрывая глаза, как это уже сделал Чуя.