Part 3

- Что происходит? - Хёнджин подбегает к одному из санитаров, идущему впереди кричащего на всю больницу парня. В руках работника докуметы, судя по всему этого пациента.

- Вот он. - Санитар поворачивает голову на разрывающегося от криков молодого парнишку. - Как с цепи сорвался. Должен быть доставлен к нам в 16, в нормальном состоянии, а в итоге чуть не убил свою мать и не разгромил весь дом. Подробностей не знаю. - Проговаривает он на ходу к рецепшену.

- Ведите его в палату.. - Хенджин открыл одну из папок в своих руках. - Номер 7. Я приду туда. Только возьму все необходимое.

- Хорошо. Расчитываем на вас, доктор Хван. - Санитар коротко кивнув, крикнул, чтобы парня тащили в седьмую по счету палату.

Хёнджин смотрел им в след до их пропажи из виду. Этот мальчик был еще совсем молод. От силы лет 20. Крохотный, бледный, волосы растрепаны. Из красивых, больших глаз текут множество слез, скатываясь по ярко выраженным веснушкам на щеках, словно пытаясь смыть их с лица навсегда. Он надрывно кричит, впервые показывая Хвану свой голос. Он такой грубый, совершенно не подходящий этому личику. Он низкий, мелодичный, бархатный. Его хочется слушать, но не так, как сейчас. Хёнджин, наконец-то, срывается с места, очнувшись от раздумий. Забегает в кабинет, бросая в больничную сумку все необходимое и с такой же скоростью, почти бегом, направляется к седьмой палате.

- Выйдите отсюда! - Хван забегает в открытую палату. Два санитара силой удерживают парня за плечи, повалив лопатками на пол. - Вы его пугаете! Я справлюсь сам.

- Вы уверены мистер Хван? Просто он..

- Я. Справлюсь. - Хёнджин окинул взглядом санитара, которого благополучно смог перебить и указал рукой на выход.

Они вышли, оставляя доктора и пациента на едине. Парень был в смирительной рубашке, лежа на полу. Он извивался, ерзал, пытался освободится и кричал :

- Верните меня! Я должен дописать... Они убьют меня... ! - Сквозь крики и стоны было почти ничего не понятно. Слышно было какие-то отрывки из предложений.

- Тихо, тихо... Мистер слышите меня? - Подбежав спросил Хенджин, поднимая бьющегося в истерике мальчишку к себе на колени, немного встряхивая и удерживая за плечи. - Я вам помогу. Посмотрите на меня, пожалуйста. Откройте глаза, ну же...

Он все так же надрывался, не размыкая глаз, пытался вырваться из рук доктора всеми силами, будто из цепей, которые сдерживают его.

- Мне нужно.. нн.. нужно.. дописать... - Крики не прекращались. Начало предложения он проговаривал почти шепотом, а под конец вырывался бешенный ор. Крик души, как его многие называют.

- Посмотрите на меня. Откройте глаза! - Хенджин вышел из состояния спокойствия впервые, говоря чуть обеспокоенным голосом, опять пытаясь вырвать парня из истерики. Придерживая одной рукой голову в области шеи, касаясь подушечкой большого пальца красного от напряжения ушка, а второй все еще держа за плечи. - Ну же..открой глаза, я помогу тебе. - В голосе звучала надежда на то, что ему не придется усыплять этого мальчишку, поэтому док похлопал ему немного по щеке, пытаясь вытащить в реальность всеми силами.

Парень через несколько секунд, морщась от поступающего холодного света единственной в палате лампы, разлепил и так раздраженные от слез глаза. Они бегали по всему лицу Хвана, пытаясь как можно быстрее разглядеть его, запомнить. Крики прекратились, был только плач, по истине детский. Его большие глаза смотрели на обеспокоенного врача, умоляя одним взглядом вытащить, помочь и спасти.

- Все хорошо. Я рядом, я помогу тебе. Смотри на меня. Ты хорошо меня видишь? - Быстро проговорил Хван. Парень в ответ лишь быстро закивал, частно моргая и громко всхлипывая. - Хорошо. Отлично. Скажи мне. Как тебя зовут?

Молчание длилось в несколько секунд, разбавляясь лишь тяжелым дыханием и болезненными стонами.

- Ф.. ф.. феликс. - Заикаясь от долгих рыданий все же проговорил парень.

- Феликс, я хочу чтобы ты понял. Я не причиню тебе зла, я хочу тебе помочь. Доверься мне, ладно? - В ответ вновь всхлип, непонятный шепот и плач. Парень вновь зашевелился пытаясь высвободить руки. - Тебе больно? Если я сниму, тебе будет легче? Ты не будешь так сильно кричать? - Опять быстро заговорил Хёнджин.

- П..пож..пожалуйста. - Прозвучало почти шепотом, на выдохе.

Хенджин аккуратно облакотил парня себе на грудь, а его светлая голова упала доктору на плечо. Пока Хван растегивал смерительную рубашку, Феликс перестал плакать, он лишь тяжело дышал, иногда достаточно громко постанывал от боли во всем теле.

- Готово. - Доктор отлепил от себя парня, посмотрев на его лицо. Оно излучало успокоение и выглядело монотонным. Замученным и опухшим от долгих рыданий, но все еще по истине красивым и незабываемым. Его нельзя не запомнить.

- С.. спасибо. - Произнес Феликс и в ту же секунду припал в объятия доктора, крепко сжимая его шею и вдыхая аромат волос, зарывшись в них носом. Хёнджин приобнял его в ответ, стараясь хоть как то утешить. Такого буйного пациента в его жизни еще не было. Хван упирался лицом в его шею, приобнимая за поясницу, чувствая мелкую дрожь по телу парня и слыша сердцебиение, которое постепенно снижалось.

- Ты можешь встать? - В ответ Феликс лишь отрицательно поматал головой, немного отстранившись. В его взгляде была видна усталость, а лицо было вымученным, хотелось его прижать, как маленького ребенка и укачать на руках, чтобы поскорее уснул. Конечности его словно висели сами по себе, а тело, если бы Хёнджин не держал его, давно бы упало мешком. - Давай я попробую помочь.

Хёнджин, встав приподнял Феликса за его маленькие ручки. Он еле держался на ногах, не без помощи доктора, конечно, который заботливо придерживал его за талию, а второй рукой за плечи.

- Сделай шаг, пожалуйста. Попробуй. - По лицу парня текли слезы, но больше он неиздавал ни звука, хоть что-то удалось. Успокоить его. Как только Феликс пытался переставить ногу, его тело словно обмякло, стремительно падая вниз. - Аккуратно. - Высказался Хван, поднимая на руки, достаточно легкого парня. Тот же закинул одну руку на шею доктора, а вторую положил себе на живот.

- М..можно я допишу..? - вдруг спросил Феликс, когда уже был положен на кровать.

- Что дописать ты должен? - Хван присел на корточки рядом с парнем, заглядывая в заплаканные, глубокие глаза.

- Д..дописать... - Эти же глаза закрылись через секунду, не выдерживая больше суровой реальности. Он уснул, от бессилия.

Как сказали Хвану, после того как он вышел из палаты, предворительно укрыв Феликса чем-то напонающим плед, он бился в своей истерике почти 2, 5 часа, до того как приехали санитары для госпитализации . Это долго. Для него это очень долго. Этот безобидный, убитый жизнью парень стал таким из-за чего-то по истине морально сложного для него самого. Лишь Хвану, как его лечащему врачу, предстоит выяснить, что произошло. И из-за чего..

Работа психиатра напоминает чем-то детективное расследование. Нужно находить мельчайшие детали, улики, зацепки, выбивать информацию всеми силами и уже на основе этого всего помогать пострадавшему. Чертовски сложно. На столько же интересно. Кажется невозможным, работать так, с такими людьми, которые просто неуровнавешанные. Которые готовы разорвать на себе кожу, дабы что-то там доделать или куда-то дойти. Или что похуже.Но все это возможно. Так же как эта внезапная, интригующая встреча, по предсказанию от женщины в метро.

Звучит невозможным. Но для всего невозможного, просто требуется больше времени..

Так же как и для неожиданных встреч..

Или может долгожданных..?