4 глава

4 глава. Связывающие фамильяры.

Зал в поместье Малфоев был ярко освещен. Ряды стульев были заполнены важными друзьями его родителей, приглашенными стать свидетелями посвящения наследника Малфоев фамильяром. Драко стоял рядом с алтарем, задрапированным изумрудным шелком, свет отбрасывал нимб на его светлые волосы. В тот момент он выглядел в точности тем принцем, каким его описывали. Его парадные одежды идеально сидели на нем, пока он слушал монотонное бормотание древнего волшебника, стоявшего перед ним. Пантера лежала на алтаре; единственным признаком того, что она жива, было размеренное покачивание ее шелковистой груди. Перед церемонией ее одурманили, погрузили в глубокий сон, чтобы церемония прошла без массового кровопролития.

Пытаясь устроиться поудобнее в своих жестких сапогах из драконьей кожи, Драко пожалел, что не надел свою вторую любимую пару. Хотя, эти сапоги, конечно, делали весь ансамбль просто потрясающим. Придя в себя, он наблюдал, как древний волшебник провел стальным клинком по плечу огромного кота. Протянув руку волшебнику, он увидел, как тот же клинок провел тонкую линию по его ладони. Кровь выступила на поверхности, резко контрастируя с бледной кожей его руки. Глубоко вдохнув, он приложил руку к такой же ране на плече пантеры. Мышцы скользнули под его ладонью, когда пантера вздрогнула от его прикосновения.

«Дракониус Люциус Малфой, ты принимаешь это чудовище в качестве своего фамильяра?» - произнес древний волшебник.

«Да», - просто ответил Драко, и его голос эхом разнесся по залу.

"Кровь твоей крови?"

«Кровь моей крови», ответил Драко, игнорируя зуд, усиливающийся в его ладони.

"От магии к магии?"

«Моя магия его магия». Отточенные фразы, выточенные отцом несколько часов назад, плавно слетали с его губ.

«От души к душе?»

«Моя душа его душе». Ощущение в ладони усилилось, по руке пробежали мурашки.

«Вы даёте имя своему фамильяру?»

«Я назову его... Дамиан». Его ладонь горела, когда волшебник кивнул, словно его одобрение этого имени имело для Драко большое значение.

«Узы, скрепленные кровью, скреплены сталью». «Скрепленные сталью, узы исцеляются». Финишная черта повисла в воздухе, словно бросая вызов любому, кто осмелится это опровергнуть.

С небольшого столика быстро сняли шелковую ткань, на которой лежали кольцо и ошейник. Ловким движением кольцо надели на окровавленный палец. С ошейником пришлось повозиться поудобнее: с помощью двух мужчин священник наконец-то смог надеть его на шею животного. С громким щелчком ошейник застегнулся, зуд исчез, и он почувствовал, будто в его сознании открылась новая дверь. Медленно повернувшись к толпе наблюдавших за ним людей, он слегка усмехнулся и сделал аккуратный поклон. Тотчас же воздух наполнился аплодисментами, люди встали, чтобы поздравить его с успешным проведением церемонии.

Стоя между родителями, Драко смотрел на кольцо на своем пальце. Серебряное, оно было выполнено в виде змеи, склонившей голову на хвост, в клыках которой был зажат большой изумруд. Ошейник на шее его пантеры был очень похож: несколько маленьких изумрудов были расположены в кольцах змей, обвивающих его. Взглянув на алтарь, он увидел, как несколько домовых эльфов подхватили спящее животное и исчезли с неслышным хлопком. Тихо вздохнув, Драко пожал руку еще одному другу своего отца. Празднование связывания, вероятно, продлится всю ночь, а это означало, что ему придется пожимать руки людям, которых он либо ненавидел, либо не знал; это будет очень долгая ночь.

***

Гермиона безудержно рыдала в объятиях Рона; он мало чем мог ее утешить, будучи в таком же шоке, как и она. Члены Ордена стояли вокруг маленькой кухни «Норы». У всех были тени под глазами, и у большинства были признаки того, что они не спали несколько дней. Никто не говорил ни слова, боясь нарушить тишину, которая царила в доме и, казалось, эхом разносилась по всему дому.«Он просто исчез», — заявил Безумный Глаз Муди. — «Все его вещи остались дома, даже палочка». Засунув руку в карман пальто, волшебник осторожно положил тонкую палочку на стол. Отполированное до блеска дерево отражало свет, когда палочка стояла среди пустых чашек и тарелок, словно во всем случившемся можно было свалить вину на собравшихся вокруг.

«Гарри никогда никуда не пойдет без своей палочки», — прошептал Рон, протягивая руку и позволяя указательному пальцу скользить над палочкой в пустой ласке. Напряженные кивки всех членов Ордена принесли затишье в кухне. «С Гарри что-то случилось, бедняга!» — завыла миссис Уизли, разрыдавшись и обняв мужа. Гермиона и Джинни последовали её примеру, их рыдания громко разносились по тихой кухне. С наступлением ночи в «Норе» воцарилась тишина, нарушаемая лишь шепотом утешения и тихим бормотанием о планах и возможностях.

****

Гарри проснулся и обнаружил себя лежащим на толстой подушке в одной из самых больших спален, которые он когда-либо видел. Первые лучи утреннего света только-только коснулись комнаты. Поднявшись на лапы, он почувствовал, как ошейник на его шее сдвинулся, но вместо того, чтобы кусать, он двигался, словно жидкость, плавно текущая, а не сковывающая. Его взгляд тут же упал на фигуру, лежащую на кровати. Бесшумно подавшись вперед, он посмотрел на своего хозяина, который спал на боку, положив одну руку на кровать, а другую под голову.«Подождите, Мастер. С каких это пор я стал называть Драко мастером? Он же большую часть времени настоящий мерзавец». А бывали и такие моменты, когда он выглядел как ангел, пока не открывал рот и не портил всю картину. В представлении Гарри Драко был воплощением совершенства, но иногда он мог быть настоящим демоном. Словно дьявол лично послал его с миссией свести Гарри с ума.

Покачав головой, он снова перевел взгляд на Драко, который только начал шевелиться под пристальным взглядом Гарри. Медленно веки дрогнули, прежде чем открыться, открыв ледяные голубые глаза, за которыми быстро последовал крик, способный разбудить мертвых.