45

Остаток вечера Лиза старательно избегала Иру, боясь, что девушка захочет всё-таки обсудить их баталии с Таней. В конце концов, проницательность Иры не оставляла Андрияненко особых шансов. Так что Лиза просто всячески перекрывалась от неё, стараясь вообще не оставаться в одиночестве. И даже умудрилась досидеть у костра до последнего, дождавшись, когда уставшая и зевающая Лазутчикова отправится спать. А Ира, разумеется, почти сразу почувствовала неладное, и теперь думала, как вывести Андрияненко на разговор, не сломав случайно пару шестерёнок в её голове. Отчаявшись выловить её наедине, она наконец не выдержала и ушла к себе, решив отложить разговор.Но домик на озере был будто заколдованным, и Ира проснулась ровно в то же время, что и в прошлый раз. В голове сразу закружился прошедший вечер и поведение Лизы, постоянно отводящей от неё взгляд, и она со вздохом оделась и на цыпочках отправилась к Андрияненко. Однако в комнате её не обнаружилось, и девушка тут же запаниковала, боясь, что Лиза на эмоциях «перепутала» свою постель с постелью Эшли. Она выскочила в гостиную, и уже всерьёз собиралась брать штурмом дверь Эшли, как вдруг ей в голову пришла вполне логичная мысль. Так что она просто взяла пару пледов и отправилась к озеру.Лиза, съёжившись, сидела в лодке, вытащенной на берег, и смотрела на разгорающийся рассвет.— Эта история так и будет ходить по кругу? — тихо спросила Ира, укрывая её пледом, и Андрияненко вздрогнула.— Да, мне тоже начинает так казаться.— Все говорят, что здесь потрясающие рассветы, — спокойно отметила Лазутчикова, садясь рядом и прижимаясь к Лизе.Та минуту помедлила и обняла дрожащую от холода девушку.— Говорят. Мне даже стало любопытно.— Ты не спала?— Нет.— Лиза… Пожалуйста, скажи, что ты не думаешь о нашей разнице в возрасте.Лиза дёрнула плечом.— Нет.— Врёшь?— Нет… То есть… Не знаю… — Андрияненко не отрывала взгляда от горизонта, и Ира вздохнула.— Значит точно врёшь. Влияние моей сестры на тебя совершенно беспредельно.— Вовсе нет.— Тогда почему ты всё время позволяешь ей управлять собственной жизнью? Собственными эмоциями? Неужели тебе недостаточно тех месяцев, что ты страдала от невозможности быть со мной из-за её нелепых заговоров? Хочешь впасть в очередную депрессию?— Малышка…— Что?— А какая музыка тебе нравится?Ира закатила глаза:— Ты серьёзно?— Мне интересно…— Послушай, Лиза… В словах Тани действительно есть логика.Лиза удивлённо повернулась к ней, впервые за последние часов двенадцать посмотрев ей в глаза, и Ира мягко улыбнулась:— Только всё это очень индивидуально. Нельзя сбрасывать со счетов дополнительные факторы.— Какие, например?— Например, Влад Попов старше меня на два года. А на сколько, по-твоему, он соображает?Андрияненко усмехнулась:— Да лет на тринадцать.— Точно. Мои подруги, которых упоминала Таня, далеко не предел интеллектуальных возможностей. Мы дружим с детства, и я их очень люблю, но мне скучно с ними, Лиза.— Правда?— Подумай о том, сколько времени я проводила с тобой и Таней. Явно больше, чем с ними.— Хочешь сказать, что ты развита не по годам? — хмыкнула Андрияненко.— Можно и так сказать. Уж явно я не настолько «мелкая» и глупая, как пытается представить моя сестра. Мне хватает мозгов как-то вести семейный бизнес, и она нисколько не побоялась его на меня скинуть. Более того, думаю, она бы сама с этим не справилась.— Однозначно, — кивнула Лиза.— Как думаешь, любой девятнадцатилетний способен тащить на себе бар?Андрияненко поджала губы и покачала головой:— Думаю, нет.— К тому же, Лиза… Как ты считаешь, у вас с Таней много общего?— Думаю, да.— Поверь, у нас с тобой его куда больше. Мне всегда было интереснее с тобой, чем с сестрой. На мой взгляд, её эмоциональность и спонтанность порой несколько утомляют.Андрияненко усмехнулась:— Меня тоже.— Вот видишь. К тому же, если уж на то пошло, мне даже нравится наша с тобой разница в возрасте.— Серьёзно? — удивилась Андрияненко. — И чем же?Ира лукаво посмотрела на неё:— Тем, что ты точно знаешь, как сделать мне очень-очень хорошо.Лиза опустила голову и тихо рассмеялась:— Ладно. Допустим. Но ты не ответила. Какая музыка тебе нравится?— Это показатель?— Ну… Маркер…— Лиза, ну в самом деле…— Может мне интересно, что там сейчас молодежь слушает, — ухмыльнулась Лиза. — Вот какая твоя любимая группа?Ира снова закатила глаза, а потом зло прищурилась:— «Ночные ковбои».— Чего? — не поняла Андрияненко и растерянно посмотрела на девушку.— Группа моя любимая: «Ночные ковбои».— О Господи, — Андрияненко испуганно заморгала. — Я понятия не имею, кто это…— Ну так ты отстала от жизни значит. Они сейчас во всех чартах на самом верху.— Что? — Андрияненко нервно провела по волосам. — То есть мало того, что у нас ничего общего, так я ещё и старая?!Ира засмеялась и уткнулась лбом ей в плечо:— Охх, Лиза! Вот с чувством юмора у нас точно несостыковки иногда!— В смысле?— Да нет никаких ночных ковбоев в природе. Я их выдумала.— Боже, Ира, зачем?! — завелась Лиза.— Не беси меня этой чушью, и я не буду так делать, — усмехнулась Лазутчикова.Лиза растерянно моргнула и засмеялась, крепко прижимая девушку к себе:— Девочка моя, я тебя обожаю…Ира обняла её за талию:— И я тебя. Разве этого недостаточно?— Наверное. Я просто думала ещё обо всех этих наших свиданиях… И том, что тебе совсем не интересна рыбалка на голубого марлина…— Ох, Лиза, брось! Она и тебе совершенно не интересна! Мы столько лет знакомы, и я никогда не замечала в тебе страсти к рыбалке! Или к воздушным шарам! Или к японской кухне! Признай, что ты просто изо всех сил пытаешься меня впечатлить! Пытаешься быть «нормальной»! Но, детка, ты эту нормальность очень странно понимаешь. И ты меня и без этих сомнительных приключений более чем устраиваешь.Андрияненко хмыкнула и промолчала. Ира была права: Лиза просто старалась быть романтичной ради неё. Но понятия не имела, что это вообще значит.— Будь собой, Лиза. Я влюбилась именно в тебя, а не в твоё гипотетическое романтичное альтер эго.— Я попробую, — кивнула Андрияненко.— И, кстати, по поводу музыки, чтобы ты уж не мучилась этим вопросом. Мне нравится примерно тоже самое, что и тебе. За некоторыми отступлениями.— Неужели? — удивилась Андрияненко.— Ага. У нас тут с тобой гораздо больше общего, чем у вас с Таней, например.Лиза поморщилась:— Я никогда не понимала, как она может слушать эту сопливую чушь…— Я тоже. И вот это на самом деле твоя заслуга.— Почему это?— Потому что, когда я была ребенком, мы часто куда-то ездили. И ты всегда была за рулём и не позволяла Тане менять плей-лист в машине.Лиза изумлённо уставилась на девушку.— Ты серьёзно сейчас?— Абсолютно. Мне всегда нравилась музыка в машине. И чуть позже ты стала приносить мне свои диски. Ты не помнишь?Лиза покачала головой:— Нет.Ира улыбнулась:— Так что пока Таня сводила тебя с ума слащавыми завываниями, мой плеер был забит Guns N' Roses.— Боже, не с той Лазутчиковой я была столько лет, — усмехнулась Лиза, целуя её в висок.— Ну тут уж точно без вариантов, — хмыкнула девушка в ответ. — Это было бы уголовно наказуемым.— Ира, — Андрияненко потянула её за подбородок и заглянула ей в глаза.— Да?— Мне так хорошо с тобой, — прошептала Лиза. — Не хочу, чтобы это заканчивалось. Никогда.Ира молчала, сжимая её пальцы, и просто тонула в её голосе.— Мне всегда казалось, что в моей жизни чего-то не хватает, — так же шёпотом продолжала Андрияненко. — Я искала это… Постоянно… И нашла наконец… Саму себя в твоих глазах… С тобой я чувствую себя такой живой… И я не могу от этого отказаться… Несмотря ни на что…— Лиза… — прошептала девушка.— Малышка… Я… — Лиза запнулась и прикрыла глаза.— Что? — с надеждой выдохнула Ира.Андрияненко покачала головой:— Просто будь моей, пожалуйста…Лазутчикова едва заметно кивнула и положила голову ей на плечо:— Буду, — она немного помолчала, а потом с улыбкой заметила: — Между прочим, это было очень-очень романтично…— Правда? — недоверчиво уточнила Лиза.— Правда. Видишь, ты и сама по себе вполне справляешься. Безо всякой экзотики.— Кстати… Насчёт экзотики, — Андрияненко усмехнулась и, укутав девушку в плед, выбралась из лодки. — Раз уж голубой марлин отменяется, попробуем заменить его чем-то попроще.Она уперлась в корму, сталкивая лодку в воду, и Ира испуганно ухватилась за борт:— Что ты творишь?!— Устраиваю нам романтическую прогулку по предрассветному озеру.— Ты серьёзно?!— Абсолютно, — Андрияненко снова запрыгнула в лодку и взялась за весла. — Не волнуйся. Вряд ли тебя укачает в этом корыте. Но если что, сразу вернемся.Она налегла на весла, и буквально через пару минут берег оказался довольно далеко.Ира напряжённо сглотнула.— Может не стоит всё-таки…Андрияненко усмехнулась, постелила один из пледов на дно лодки и растянулась на нём, пытаясь выбрать максимально удобное положение.— Иди сюда, — она похлопала по пледу рядом с собой.— Ты мне льстишь, Лиза, — с сомнением протянула Ира. — Не думаю, что мы тут вдвоём уляжемся.— Ну, я улягусь точно. А ты полежишь на мне.— Хм… Ладно, — она аккуратно перебралась к Лизе и легла рядом, закинув на Андрияненко руку и ногу и положив голову ей на грудь.— Посмотри, как красиво, — шепнула Лиза, целуя её в макушку.Ира подняла глаза: над ними медленно плыли лёгкие перистые облака, окрашенные в самые невероятные оттенки розового.— Очень красиво, — улыбнулась девушка.Она прижалась к Андрияненко чуть сильнее и поёжилась.— Холодно? — озабоченно спросила Лиза.— Немного.— Иди ко мне, — Андрияненко повернулась, ложась на бок рядом с Ирой, и крепко обняла её.Какое-то время они просто неотрывно смотрели друг на друга.— Ира… — прошептала Лиза, осторожно касаясь её губ нежным поцелуем. — Я бы вечно держала тебя в своих объятиях…— Так держи, — Лазутчикова смущённо улыбнулась и прижала ладонь к её щеке.Андрияненко снова поцеловала девушку уже чуть настойчивее, и повела рукой по спине, спускаясь ниже.— Лиза… Ты ведь понимаешь, что мы вполне можем перевернуть эту лодку? — усмехнулась Ира, прекрасно понимая к чему ведут эти движения.— Вовсе не обязательно. Настроение как раз такое, что лодке ничего не угрожает.— Неужели? — удивилась Лазутчикова.— А ты не чувствуешь? — Лиза говорила совсем тихо, продолжая медленно водить рукой по спине и бедрам девушки. — Я сейчас хочу… так…— Как?— Очень нежно… И осторожно…Сердце Иры сжалось: при всём своём буйном нраве Андрияненко порой умудрялась быть невероятно милой, что неизменно вызывало у девушки идиотскую влюблённую улыбку.— Моя девочка… — прошептала Лиза, расстегивая её джинсы. — Моя любимая девочка…Лазутчикова замерла. Это было, конечно, не совсем то, что ей хотелось услышать, но прогресс был явно налицо, и она прикрыла глаза со счастливой улыбкой. Ей безумно хотелось попросить Лизу повторить это, но она боялась отпугнуть её. Это слово, вырвавшееся сейчас у Андрияненко, и, скорее всего, даже не замеченное ею, было таким желанным, что Ире было страшно точно узнать, что оно — лишь случайная дань её мимолетным эмоциям. Поэтому она просто обняла её за шею, наслаждаясь этой головокружительно нежной близостью. Пальцы Лизы уже забрались в джинсы и аккуратно ласкали её, губы мягко целовали шею, и Ира готова была вспыхнуть и улететь, как эти потрясающие облака над головой.А Лиза вдруг прижалась к её уху и, будто ловя самые потаённые желания, горячо зашептала:— Любимая моя… Любимая… Малышка… Никому тебя не отдам…— Господи, Лиза… — Ира почувствовала, как горло сдавили слёзы, и едва слышно всхлипнула. — Я так тебя люблю…Лодка слегка покачивалась на невысоких волнах, всё дальше удаляясь от берега, небо продолжало играть рассветными красками, всё ярче окрашивая гладь воды под собой, а оглушительную тишину нарушал лишь едва слышный влюблённый шёпот.