Что будет дальше?

Когда они закончили чай, Настя немного зевнула, укрылась пледом и посмотрела на Дану:

— Честно… я не хочу никуда возвращаться. Здесь… спокойно. И ты рядом.

Он мягко улыбнулся, сел ближе и взял её за руку.

— Так и не надо. Останься у меня хоть на несколько дней. Тебе сейчас нужен комфорт, отдых, тишина и человек, который всегда рядом. Я хочу, чтобы ты знала — ты не одна, Настя.

Она чуть кивнула, глаза стали влажными, но уже не от боли — от облегчения.

— Мне кажется, я бы не выдержала, если бы была сейчас одна. А с тобой… я чувствую, что всё как будто не так страшно.

— И правильно чувствуешь. Потому что я рядом и останусь рядом. Понимаешь?

Он поцеловал её в лоб, а Настя укуталась в плед ещё плотнее, оперлась на него и закрыла глаза.

— Просто побудь со мной… ещё немного.

— Столько, сколько нужно, — прошептал Даня, проводя рукой по её волосам.

Они сидели так в тишине, обнявшись, а на кухне догорал тёплый свет. Настя чувствовала — впервые за долгое время ей не нужно быть сильной. Просто можно быть собой.

Когда за Валиными плечами захлопнулась дверь, в квартире стало особенно тихо. Настя подошла к окну, провожая взглядом машину, и тихо выдохнула:

— Я так по ней скучала… но всё равно… хочу быть здесь. С тобой.

Даня, поставив чайник, подошёл сзади, обнял её за плечи и легко поцеловал в висок:

— Я рад, что ты осталась. И что ты не одна.

Они устроились на кухне — в тёплом свете лампы, с чашками чая и тихим уютом, как будто весь мир замер.

— Знаешь, — начал Даня, — я всю ночь не спал. Думал… насколько ты сильная. Ты пережила всё это и всё равно остаёшься такой доброй, настоящей…

Настя чуть опустила глаза:

— А я себя не чувствую сильной. Вчерашнее — это был ужас. Я так испугалась… Если бы не ты — я бы, наверное, просто… сломалась.

Он взял её за руку:

— Ты не одна. И никогда больше не будешь одна. Мы вместе теперь, понимаешь?

Она кивнула и чуть улыбнулась:

— А ты не устал от меня? От моих слёз, страхов…

— Я могу устать от чего угодно, но только не от тебя, — мягко сказал он. — И если тебе когда-нибудь снова станет плохо — я рядом. Сколько бы ни нужно было. Даже если это будет десять лет подряд.

Настя засмеялась сквозь слёзы — тихо, искренне.

— Спасибо тебе… И за чай, и за то, что просто есть.

Они молча посидели ещё немного. Потом Даня спросил:

— Слушай… а ты думала о том, чтобы написать пост или видео для фанов? Просто… чтобы увидеть, как тебя на самом деле любят?

Настя задумалась.

— Может быть… Но пока не готова. Хочу сначала просто… почувствовать себя в безопасности. А ты — именно то место, где я могу это почувствовать.

Настя сидела, тихо посапывая, её голова лежала на плече у Дани. Он осторожно посмотрел на неё — дыхание ровное, губы чуть приоткрыты, ресницы дрожат. Заснула. Осторожно, чтобы не разбудить, он подхватил её на руки и отнёс в комнату. Уложил в кровать, аккуратно укрыл пледом и присел рядом.

Рука сама потянулась к её щеке. Он нежно провёл пальцами по коже и прошептал:

— Ты такая сильная, Насть… Даже когда плачешь — ты настоящая. А эти твари, что пишут тебе… они просто не знают, кого потеряли. Как можно быть таким чудовищем, чтобы ранить того, кто даже муравья не обидит?..

Он остался рядом до самого утра.

Настя вскрикнула. Резко села в кровати, задыхаясь, волосы липли к лбу, руки дрожали. Ей приснилось, как в её глазах Даню кто-то убил. Он спал, а она не смогла спасти. Кровь. Крик. Страх. Всё слишком реально.

Она оглянулась — Даня ещё спал на диване. Не хотелось тревожить его снова. Не хотелось снова быть «слабой». Она выскользнула из комнаты, тихо прошла в коридор. Сердце колотилось так, что, казалось, его слышал весь дом.

Она достала из шкафа свою старую кофту. В её внутреннем кармане — лезвия. Те, о которых она надеялась забыть. Настя смотрела на них, будто во сне. Голова шумела. Слёзы текли по щекам.

— Прости, Даня, — прошептала она, — но я не могу снова быть грузом…

Она закусила губу и медленно потянулась к одному из лезвий...

---

Даня проснулся от какой-то тревоги внутри. Поначалу он не понял, что его разбудило, но в квартире было странно тихо. Он встал с дивана и прошёлся по комнатам — Насти нигде не было. Сердце забилось быстрее. Он подошёл к ванной. Дверь была заперта.

— Настя? — тихо позвал он.

Ответа не последовало. Но сквозь тишину он уловил сдавленные всхлипы. Потом — звук чего-то падающего. Даня резко забарабанил в дверь:

— Настя! Настя, открой! — он уже кричал. — Пожалуйста, ответь! Настя!!

Паника. Страх. Он не мог ждать ни секунды больше. С одного удара он выломал замок и влетел в ванную.

Настя сидела на полу, облокотившись о ванну, лицо в слезах, руки дрожали. На запястьях — свежие порезы. Вены, к счастью, не глубоко, но всё равно кровь сочилась тонкими дорожками.

— Настя! Настенька… — Даня бросился к ней, прижал к себе, сам едва сдерживая слёзы. — Я здесь… Я с тобой, слышишь?

Он аккуратно взял её на руки, прижимая к груди.

— Всё хорошо… Всё хорошо… я тебя не оставлю…

Он промыл раны, обработал их, не отпуская её ни на секунду. Настя не сопротивлялась — просто молчала и тихо плакала, прижавшись к нему лбом.

Даня не стал сыпать вопросами. Он просто тихо налил две кружки чая, поставил одну перед Настей и сел рядом. Тепло от кружки немного согревало руки, но её слёзы всё так же стекали по щеке. Он не вмешивался — просто был рядом. Спустя пару минут он достал телефон и позвонил Карине, коротко, но чётко:

— Приходи к нам. Пожалуйста. Насте сейчас очень тяжело.

Пока Карина ехала, Даня подошёл к Насте, сел напротив и тихо заглянул ей в глаза. Его голос был мягким, почти шепотом:

— Насть… если Карина будет рядом, тебе станет хоть чуть-чуть спокойнее?

Она молча кивнула. Через секунду её губы дрогнули:

— Дань… а ты куда?

Он тяжело вздохнул, чуть сжал её ладонь:

— Насть, пойми… у меня сердце разрывается, когда я вижу, как ты страдаешь. Мне просто нужно поговорить с Максом. Только если ты действительно сможешь побыть с Кариной. Если тебе станет хуже — я никуда не уйду, останусь с тобой столько, сколько надо.

Настя снова кивнула. Даня аккуратно погладил её по щеке, оставив в её ладони свою тёплую кофту.

Через полчаса приехали Карина и Макс. Карина была испугана, глаза метались по комнате в поисках подруги. Даня встретил её у двери, тихо, но уверенно сказал:

— Всё под контролем. Она жива. Но утром… — он замолчал на пару секунд, сдерживая эмоции. — Она пыталась причинить себе боль. Я вовремя успел. Сейчас ей нужно просто тепло, спокойствие… и ты.

Карина подошла к Насте, крепко её обняла, тихо нашептывая что-то успокаивающее.

Макс вопросительно посмотрел на Даню. Тот кивнул:

— Нам нужно поговорить. Настя не против, если я на чуть-чуть отлучусь.

Даня вышел с Максом на улицу. Было прохладно, но он даже не чувствовал холода. Всё внутри было сжато — он не мог забыть тот момент, когда увидел Настю в ванной, запертую, в слезах, с лезвием в руке.

Они отошли немного от дома, чтобы никто не мешал. Макс молчал, давая другу собраться с мыслями. Даня оперся о стену, провёл рукой по лицу и, наконец, выдохнул:

— Макс… Я не знаю, что со мной. Я… я никогда так не боялся за кого-то. Когда я её увидел сегодня утром… — голос дрогнул. — Я реально испугался. Настоящий страх, понял? Я почувствовал, как будто часть меня может просто исчезнуть.

Макс посмотрел на него внимательно, не перебивая.

— Она… она такая сильная, но такая хрупкая, Макс. Люди… Эти твари. Они писали ей такую жесть. А она всё держала в себе. А я не заметил. — Даня сжал кулаки. — Я должен был заметить. Должен был защитить.

Он замолчал, потом добавил тише:

— Я не просто влюбился в неё. Я… я ей дорожу так, как никому раньше не удавалось. Я хочу, чтобы она знала, что с ней больше никто не посмеет так обращаться. Пока я рядом — никто не посмеет.

Макс слегка кивнул, чувствуя, насколько всё серьёзно. Он положил руку на плечо Дане:

— Ты не обязан всё тянуть один. Я рядом. И Карина рядом. Мы все ей поможем. Ты делаешь всё, что можешь. Даже больше.

Даня слабо улыбнулся, но в глазах всё ещё было напряжение.

— Спасибо, брат. Я просто… не хочу её терять. Никогда.

Даня вернулся домой, ощущая, как его плечи расслабляются только при мысли о том, что скоро будет рядом с Настей. Он сразу же направился в комнату, где она сидела на диване, а Карина сидела рядом с ней, пытаясь разговорить подругу. Настя была молчалива, её взгляд был затуманен, как будто она не могла понять, что происходит, и где она находится.

Когда она увидела Дану, её лицо немного прояснилось, и она попыталась подняться, но сразу села обратно, чувствуя слабость. Даня быстро подошёл к ней, присел рядом и положил руку на её плечо. Он не сказал ничего, просто сидел рядом, давая ей понять, что она не одна.

— Ты как? — спросил он тихо, глядя в её глаза.

Настя только кивнула и сразу же почувствовала, как её сердце снова начинает биться спокойнее от его присутствия.

— Лучше, когда ты рядом, — ответила она едва слышно. Её голос был едва слышным, но он был полон благодарности и такой доверчивой боли, что Даня, казалось, чувствовал её в своей груди.

Карина встала, чтобы дать им пространство и сказала:

— Я пойду, если нужно будет что-то, я рядом. — Она тихо закрыла дверь, оставив их вдвоём.

Когда они остались наедине, Даня снова обнял Настю. Он чувствовал её хрупкость, её страх, её боль. Но в его объятиях она вдруг ощутила себя в безопасности. Он гладил её по волосам, вдыхая её запах, который был теперь для него родным.

— Насть, ты сильная, — сказал он тихо, — Ты пережила столько всего, и я горжусь тем, как ты справляешься. Но помни, ты не одна. Я всегда буду рядом. И никто не посмеет больше тебя обидеть.

Настя не могла сдержать слёз. Они катились по её щекам, но она не пыталась их скрыть. Это были слёзы облегчения и благодарности.

— Я так боюсь, Даня… что не смогу быть достаточно хорошей… что тебе будет тяжело рядом со мной, — прошептала она, обхватывая его руками.

Даня покачал головой, смотря на неё с такой решимостью, что она почувствовала, как её сердце снова наполнилось светом.

— Никакие твои сомнения не могут изменить того, что я чувствую. Ты для меня больше, чем всё остальное. Ты не одна, и всегда будешь со мной, независимо от того, что думают другие. Я буду поддерживать тебя, даже когда ты не веришь в себя.

Он мягко поцеловал её в лоб и прижал к себе.

— Не переживай, Насть. Ты заслуживаешь только лучшего, и я это тебе дам.

Настя закрыла глаза и на мгновение почувствовала себя в безопасности, как никогда раньше. Её сердце начало биться спокойнее, и она почувствовала, как тяжесть, которая мучила её всё утро, понемногу уходит.

— Спасибо, Даня, — прошептала она, не в силах сказать больше.

Даня просто держал её, не отпуская, давая ей почувствовать, что теперь у неё есть место, где её всегда примут, несмотря на всё.

Даня тихо встал с дивана, стараясь не разбудить Настю, которая мирно спала, укутавшись в одеяло. Он чувствовал облегчение, что хотя бы на этот момент смог подарить ей спокойствие. Вздохнув, он вышел из комнаты и направился в кухню, где Карина и Макс уже сидели за столом, разговаривая о чём-то важном.

Когда они заметили его, Макс сразу встал:

— Как она? — спросил он с тревогой в голосе.

Даня подошёл к столу, опустился на стул и тяжело выдохнул.

— Лучше, чем утром. Она уснула. Но, если честно, я не знаю, как быть дальше, — его глаза наполнились тревогой.

Карина посмотрела на него с пониманием, но она не знала, что сказать, чтобы это хоть как-то помогло. Макс же стал более серьёзным.

— Ты хочешь поговорить с нами? — спросил он, внимательно наблюдая за Даней.

Даня помолчал, пытаясь подобрать слова. Потом сказал:

— Да, мне нужно поговорить. Сегодня утром, когда я её нашёл… она пыталась что-то сделать с собой. Я не знал, как её успокоить. Я всё время думал о том, как бы не потерять её, и что ещё хуже, не быть рядом в самый важный момент.

Карина прижала руки к груди, не веря своим ушам.

— Она… она серьёзно? — спросила она, не зная, что ещё добавить.

— Да, и, к сожалению, это не первый раз, — продолжил Даня, проводя рукой по лицу. — Но она не показывает этого. Она не расскажет, если не почувствует, что я могу помочь.

Макс наклонил голову, он уже понимал, как тяжело это всё даётся Даню. Но в его глазах горело что-то, что Даня узнал хорошо — забота и готовность быть рядом, несмотря на всё.

— Ты не один, — сказал Макс. — Мы все рядом, и я тебе обещаю, мы сделаем всё, чтобы ей было лучше.

Даня посмотрел на Макса и Карину, как будто пытаясь понять, что именно нужно сделать дальше. Он знал, что сам не справится. Ему нужны были поддержка и силы тех, кто рядом.

— Спасибо. Просто… я не знаю, что делать, когда она так себя чувствует, — ответил он тихо.

Карина, заметив, как он напряжённо вздыхает, подошла ближе.

— Ты не должен всё держать в себе. Нам нужно знать, как поддержать Настю. Ты прав, что не должен один это тащить. Мы все вместе. И, если ты будешь готов, мы помогём.

Даня благодарно кивнул, а потом снова взглянул на Макса.

— Мне нужно её защитить, Макс. Я не могу позволить, чтобы она страдала. Я должен быть с ней, когда ей тяжело. И хочу, чтобы она видела в мне опору.

Макс внимательно посмотрел на него.

— И ты ей будешь. Но, если ты нуждаешься в поддержке — помни, мы с тобой.

Даня вздохнул, но теперь в его душе был какой-то отпечаток уверенности, что, несмотря на все трудности, он не один в этом.

Даня сидел в тишине, вслушиваясь в звуки дома, но мысли всё равно не отпускали. Он думал о Насте, о том, как ей тяжело, и как он может быть для неё тем, кто поддержит её в самых тёмных моментах. Его мысли всё время возвращались к тому, как она пыталась что-то с собой сделать. Он не мог себе простить, что не заметил раньше, что она так страдает.

Карина заметила, как Даня отрешённо смотрит в одну точку. Она мягко положила руку ему на плечо, пытаясь поддержать его, и сказала:

— Ты должен быть с ней. Ты же сам говоришь, что она в тебя верит. Не забывай, что ты не один, и ты можешь на нас рассчитывать.

Даня кивнул, но в его глазах было что-то большее — беспокойство и чувство вины. Он ощущал ответственность за то, что произошло. Он повернулся к Максу:

— Я чувствую себя виноватым. Я должен был быть с ней раньше, должен был заметить… Но теперь я не знаю, как ей помочь. Не хочу, чтобы она снова чувствовала себя одинокой.

Макс посмотрел на него, и в его глазах была поддержка и понимание.

— Даня, ты не виноват. Ты не можешь всегда быть идеальным, и это нормально. Ты уже рядом с ней, ты показываешь, что она для тебя важна. Не все смогут это понять, но ты делаешь всё правильно. Ты ей нужен сейчас больше всего, чем когда-либо.

Карина добавила:

— Помни, что она тоже переживает. Она не всегда будет показывать это, но ей нужно ощущать твою любовь и поддержку. Ты не один. Мы все поможем.

Даня вздохнул и встал с места, решив, что нужно двигаться вперёд. Он не мог себе позволить сидеть и беспокойно думать о том, что могло бы быть. Сейчас важно было быть рядом с Настей.

— Пойду к ней, — сказал он, с решимостью в голосе. — Но мне нужно, чтобы вы были рядом, когда всё станет тяжело. Я не могу всё делать один.

Макс и Карина кивнули, понимая его чувства. Даня подошёл к двери, но перед тем как выйти, он посмотрел на своих друзей:

— Спасибо вам. Без вас я бы точно не справился.

В этот момент Карина и Макс поняли, как сильно он переживает. Они знали, что это нелегкий путь, но они были готовы поддерживать его и Настю на каждом шагу.

Даня вышел из кухни и вернулся в комнату, где Настя всё ещё мирно спала. Он подошёл к ней и с осторожностью присел рядом. Она выглядела такой уязвимой, но Даня знал, что она сильная, и что она переживёт всё это, если только будет чувствовать, что не одна. Он осторожно поправил одеяло и тихо сказал:

— Я рядом, Насть. Ты не одна. Всё будет хорошо, я обещаю.

Он нежно погладил её по голове, и через несколько минут вернулся на кухню. Макс и Карина сидели за столом, как и прежде, и, увидев его, понимали, что теперь всё будет зависеть от того, как он справится с этим моментом.

Даня поднялся, взял чашку с чаем и тихо с ними поговорил о том, как будет действовать дальше. Но несмотря на всю напряжённость ситуации, он знал одно: он не оставит Настю. Неважно, как тяжело будет, он будет с ней.

После того как Карина и Макс ушли, оставив Даню и Настю вдвоем, в комнате наступила тишина. Настя, почувствовав себя немного лучше, тихо встала с места и направилась в кухню за стаканом воды. Даня сидел на диване, опустив голову, пытаясь понять, как быть с ситуацией. Он закрыл глаза руками, пытаясь собрать свои мысли и решить, как помочь Насте дальше. Он не знал, что она собирается выйти.

Когда Настя подошла к нему, он заметил её и спросил с заботой:

— Как ты себя чувствуешь? Всё в порядке?

Настя молча присела рядом с ним. Даня, заметив её состояние, аккуратно взял её за руку и с серьёзным выражением лица начал говорить:

— Настя, почему ты это сделала? Ты можешь рассказать мне?

Настя замолчала, взглянув на его руку. Она посмотрела на место, где она оставила следы от пореза, и пыталась прикинуться, что ничего не произошло. Когда Даня перевернул её руку, она замерла, но сразу же забрала руку, отвела взгляд и сказала:

— Даня, я… я не знаю, как это произошло. Это всё слишком сложно для меня.

Даня заметил, как она снова пытается скрыть свои чувства, и мягко продолжил:

— Ты не должна это скрывать. Я рядом с тобой, ты можешь рассказать. Это поможет тебе.

Настя вздохнула, её глаза наполнились слезами. В её голове всплыли воспоминания из прошлого: о родителях, школе, обидных словах и унижениях. Она медленно начала говорить:

— Всё началось с родителей… Развод, школа, шутки одноклассников… а потом этот последний сон. Всё, что происходило, мне казалось, что я не могу с этим справиться. Я не могла быть нормальной, как другие. Я начала разрушать себя, чтобы хоть как-то почувствовать, что могу что-то контролировать.

Её голос дрожал, когда она говорила, и Даня, не вмешиваясь, внимательно слушал. Он понимал, что это было её личное пространство, и что не стоит давить на неё слишком сильно.

После того как она закончила, Даня мягко обнял её, но не сказал ни слова. Он просто дал ей почувствовать свою поддержку.

— Ты не одна, Настя, — тихо сказал он. — И ты не должна проходить через это в одиночку. Я буду рядом с тобой.

Она не сразу ответила, но в её глазах было облегчение, и она почувствовала, как её сердце немного успокаивается.