Глава 13

Все решает послевкусие. Во всем. Все зависит от того, что почувствуешь после. После общения, после ссоры, после взгляда, после поцелуя. Это самое «после» во многом является определяющим, только не в вашем случае. Это все так сложно. Мысли в голове словно перемешались, и весь последующий день прошёл словно в прострации. Каждый брошенный в твою сторону взгляд мимо проходящих людей, казался тебе наполненным отвращением и презрением, словно они знали обо всем. Что ты почувствовала после вчерашнего? Стыд, вину перед Юджон, приятное желание повторить этот поцелуй, неуверенность и неловкость - все смешалось в одно, огромным камнем давя тебе на грудь. Этот поцелуй словно подарил тебе второе дыхание, но и заставил тебя начать свой путь по лезвию. Один неправильный шаг, и ты можешь пораниться, и насколько глубокой будет эта рана, зависит от момента, когда это произойдёт. Это было чертовски неправильно, несправедливо по отношению к лучшей подруге, пусть и приятно до дрожи в коленях. В воспоминаниях то и дело всплывают отрывки вчерашнего вечера: крепкие руки на твоей талии, непрерывные поцелуи, доводящие до безумия, Чанёль, расположившийся в учительском кресле, на бёдрах которого восседала ты. Ничего больше, только влажные, страстные, смазанные и такие горячие поцелуи, поглаживания руками, фиолетовые отметины на нежной коже,  но не больше. Просто в тот момент вам стало плевать абсолютно на всё, на все нормы приличия, на влюблённую Юджон, ждущую звонка от своего парня, на родителей, которые снова волновались о твоём местонахождении. Ты помнишь только то, как его язык двигается в такт с твоим, горячие поцелуи в шею, где осталась пара отметин, холодные ладони на твоих бёдрах, хриплые постанывания, мягкие волосы Ёля и внушительных размеров выпуклость, упирающаяся тебе в бедро, в то время, пока ты сидела на парне. В воображении все отражается отрывками: твои губы на шее Пака, твои пальчики, запутанные в его белых волосах, слабое покачивание на его бёдрах и тихое рычание. Вкус его губ отпечатался глубоко в подсознании, не желая покидать его. Этот поцелуй, пусть и второй в твоей жизни, но был самым лучшим.  После такого тебе стыдно смотреть в глаза Юджон, ведь если бы не звонок от твоей мамы, кто бы мог знать, насколько все могло далеко зайти.

- Т.И, все в порядке? - дергаешься от звонкого голоса Юджон, раздавшегося напротив тебя. Так неловко сидеть с ними за одним столом, только Бэкхён и Юджон разбавляли эту напряженную атмосферу, он - своими нелепыми шуточками, а она - бессмысленными разговорами. В столовой стоял гул, веселые и не очень студенты о чём-то увлечённо разговаривали, кто-то читал, а кто-то просто ел в тишине, а ты сидела обездвиженная, и погружённая в свои мысли.

- Да, просто... дома проблемы, - натянуто улыбаешься, утыкаясь лицом в свою тарелку, чувствуя на себе пронзительный взгляд темных глаз. Вы ведёте себя так, будто ничего не случилось, но это не так то просто. Только видя своего соседа по парте, тебе снова хочется ощутить тот мятный вкус его губ, почувствовать кожей прикосновения ледяных рук.

- Чанни, давай сходим сегодня в кино? Там новый фильм выходит, а? - Чанёлю было не легче, только при воспоминании о твоих тёплых губах на его шее, или о том, как развратно ты восседала на его бёдрах - мешало нормально мыслить, заставляя чувствовать накатывающее возбуждение. Слишком сложно делать безразличный вид, когда внутри такая буря эмоций.

- Эй, смотрите, что у нашей скромняги Т.И на шее, - смеётся Бэк, прерывая беседу Ёля и Юджон, убирая твой темный волос в сторону и открывая всем вид на фиолетовые отметины на нежной коже.

- Эй, кто тебе разрешал? - возмущаешься ты, снова поправляя волосы, и сгорая от вины  и стыда перед лучшей подругой. Видя засосы, Юджон удивленно ахает, играя темными бровями, Бэкхён смеётся, Чанёль усмехается, в мыслях радуясь тому, что отметил тебя, как свою, а ты заливаешься стыдливым румянцем, фальшиво улыбаясь.

- Онни, это тот парень, с которым ты целовалась? - бесстыдно расспрашивает тебя подруга, а ты прикусываешь губу, чтобы не рассказать ей правду. Слова застывают комом в горле, и вместо того, чтобы признаться, ты скромно киваешь, снова вспоминая вчерашние события. Чанёль же поступил умнее, замазав синяки, оставленные тобой, тональным кремом, и теперь его не доставали странными расспросами.

- Юджон, ты ее смущаешь,- Ёль откровенно насмехается над тобой, делая вид, будто он тут не причём, а ты лишь закусываешь  до боли губу. На душе противно до невозможности и в то же время так легко.

- Знаете, я, наверное, пойду, мне ещё предстоит поговорить с родителями. Стоит настроиться, - снова улыбаешься, вставая из-за стола. Не можешь больше находиться здесь, вина гложет тебя, разъедая изнутри, словно кислота. Чувствуешь себя настоящей девушкой лёгкого поведения.

***

- Мам, я дома, - ты скидываешь сумку с плеч, забрасывая ее в дальний угол коридора, и, сняв ботинки с ног, идёшь на кухню. Кёнсу попивает чай, приветливо помахав тебе рукой в знак приветствия, а мама что-то записывает в какую-то тетрадку. Целуешь их поочередно в щеки, и идёшь наверх переодеваться. За эти два дня ты сильно измоталась, да и к тому же вчерашние события напрочь лишили тебя сна. Заваливаешься на просторную кровать, разблокировав попутно телефон. Сообщение от Юджон. И снова эта вина. Отбрасываешь гаджет в сторону, устало прикрывая глаза, и чувствуешь как одна единственная слеза катится по щеке, обжигая кожу холодным пламенем. Ты всегда старалась быть послушной девочкой, усердно училась, старалась жить по совести, а сейчас чувствуешь себя последней тварью. Юджон так влюбленна в этого парня, не видит в нем ничего, кроме положительных качеств, обожает его, а ты так безбожно разбиваешь чужие надежды. От этого противно до невозможности.

- Т.И, я хотел тебя предупредить. Мама хочет с тобой серьёзно поговорить, на счёт твоих поздних похождений, будь готова, - приятный голос брата, заставляет тебя распахнуть глаза и быстро утерев слезы, привстать с кровати.

- Спасибо, что предупредил, - впервые за день искренне улыбаешься, получая такую же улыбку в ответ.