Глава 2

Да что ж такое?! - нахмурившись, ты начала играть заново.

- Слишком мягко, и тональность не та, - хриплый голос заставил тебя дернуться и как ужаленную отскочить от инструмента, оборачиваясь. Твой сосед по парте стоял у учительского стола, раскладывая кое-какие листки, даже не смотря на тебя. От такого равнодушия ты побледнела. Он ведь не расскажет об этом твоей работодательнице?

- Чанёль-ши? Давно ты здесь? - ты сама не очень поняла, это утверждение или вопрос. Но по интонации, кажется, второе. Парень лишь закатил глаза на банальную фразу.

- Достаточно. Разве тебе можно играть на инструментах? - ты отрицательно качаешь головой. К великому сожалению, он прав. Когда ты устраивалась сюда, тебе отчетливо сказали, что к инструментам лучше не притрагиваться, иначе лишишься работы.

- Ты же не расскажешь ачжуме, а? - умоляюще смотришь на парня, который закончил возиться с документами и, выпрямившись, смотрел на тебя в упор. Он молчал, ты тоже молчала, лишь про себя молилась о том, что он не окажется придурком, который лишит тебя подработки.

- Зачем мне портить жизнь человеку? - когда Чанёль проговорил эти слова, ты удивленно подняла глаза, всматриваясь в его лицо, и пытаясь понять - шутит он или нет. Только вот его лицо такое, как и обычно - безэмоциональное, от какого мурашки ползут по коже. Кажется, ему не до шуток.

- Что, вправду не скажешь ей? - не смея поверить самой себе, ты всё-таки спросила его об этом, в ответ получила лишь лёгкий кивок, от чего улыбка сама появилась на губах.

- Спасибо, - в ответ Чанёль лишь пожал плечами, поджимая губы. Иногда он кажется тебе таким странным, молчаливым, но в то же время он такой понимающий и умный. Теперь, наконец, нормально поговорив с ним, пусть даже и не долго, ты поняла, почему он так нравится И.Д.

- Ага, - твёрдой походкой парень направился к выходу из кабинета, под твоим отрешенным и задумчивым взглядом. Ты прокручивала в голове всю произошедшую ситуацию, находя столько вопросов, на которые ответы знает только Чанёль.

- А ты играешь? - вопрос сам сорвался с твоих губ и заставил Ёля застыть в дверном проеме, медленно оборачиваясь и прикрывая глаза. Именно из-за его прикрытых глаз ты не смогла разглядеть всю боль и раздражение от заданного вопроса. На миг Чанель вспомнил о трагедии, которую отчаянно пытался забыть на протяжении нескольких лет. Он был зол на себя за свою слабость пред воспоминаниями, и на тебя за твою бестактность.

- Нет, с чего ты взяла? - он старался говорить правдоподобно, уверенно, не желая ворошить прошлое, не желая ещё больше вспоминать своё, не слишком счастливое, детство. Его натянутая улыбка вызвала у тебя странное волнение в груди, как бы парень не старался придать улыбке искренности, она все равно получалась слишком напряженной. Видно, что ему неприятна эта тема, но даже подозревая об этом, ты не прекращала разговор, руководствуясь слепым любопытством.

- Ты сразу определил, что не так с моей игрой, хотя многие профессионалы иногда не понимают этого, - стараясь действовать как можно аккуратнее, чтобы не быть уж слишком навязчивой, ты опустила глаза в пол, неуверенно шаркая ногой по полу. Почему так стыдно за свою бестактность и беспардонность? Тебе так хотелось узнать: правда ли то, что говорят о Пак Чанёле. По университету ходило много слухов о странности этого парня, неадекватности, психическом расстройстве, да и об его, не очень радужном, прошлом в целом.

- Не нужно играть на инструменте и быть профессионалом, чтобы распознать никудышную игру, - снова напряжённо улыбнувшись, Ёль развернулся и просто ушёл, оставив тебя стоять, задыхаясь в немом возмущении. Тебе так хотелось высказать ему то, что ты думаешь в данный момент, но что-то держало тебя на месте. Догадки о том, что у парня есть свои причины, повлияли на появившееся чувство вины перед Чанёлем.

- Н-никудышная игра? - тихо, почти шепотом повторила ты его слова, не веря в то, что всегда безмолвный и не эмоциональный Пак Чанёль разозлился. Значит ли это, что слухи - правда? - Да что он о себе возомнил? - фыркнув в след парню, ты продолжила прибираться в студии. Настроение играть полностью пропало, как и хорошее настроение в целом, оставляя тебя в пустом кабинете наедине с нехорошими эмоциями.

****

- Черт возьми, какое ей дело? - влетевший в мужской туалет парень прошёл к умывальнику, осматривая себя с ног до головы. Некогда немного загорелая кожа заметно побледнела, а на лбу выступила легкая испарина. Это ведь так неприятно, когда кто-то копается в твоей голове, жизни, в прошлом. Никому не приятно, когда кто-то суёт нос не в своё дело, и иногда таких людей нужно ставить на место. Чанёль придерживался именно этого мнения, поэтому и нагрубил тебе, не желая того, чтобы ты лезла в его личные проблемы. Тебя это не должно было касаться.

Вас когда-нибудь беспокоило прошлое, о котором вы бы никогда не хотели вспоминать в настоящем? Просто вычеркнуть его, словно это страшный сон? Забыть его? Вот только когда посторонние пытаются найти в этом прошлом ответы, складывается такое ощущение, будто кто-то тревожит давно забытую рану. То же самое сейчас чувствовал Пак.

Набрав в ладони холодной воды, Чанель сполоснул лицо, стараясь привести себя в норму. Он сам не до конца понял, почему так отреагировал. Он так старался вести себя холодно со всеми, даже если это будет касаться его мамы, а в итоге? При одном упоминании игры на пианино, всплывает следующее, об аварии. От этого парню рвать и метать хочется, но в то же время на душе становится так тоскливо... Стараясь привести себя в чувства, Ёль снова сполоснул лицо ледяной водой, смотря на себя в зеркало. Убедившись в опрятности своего внешнего вида, парень с поникшим настроением и неким раздражением отправился домой. Почему-то все мысли сейчас были о неуверенной в себе соседке парте. Почему он только никогда раньше не замечал тебя? Вся эта история вызывала в нем какой-то странный интерес, смешанный с раздражением. Точно так и было. Ты стала для Пак Чанёля самым приставучим и бестактным человеком во всей Корее. В то время как он стал для тебя лицемерным парнем, строящим из себя тихого мальчика, когда на самом деле оказался наглым хамом.