5

02:10.

Я стою около двери в униформе горничной. Больше мне нечего надеть. Стою и слушаю. Тишина. Вроде все спят.

Аккуратно вышла. Никого. Тихо подошла к комнате Чона. Тишина. Значит, спит.

Как можно тише спустилась вниз. Каждая ступенька, как на зло скрипит. Подошла к двери и вставила ключ. Медленно повернула в сторону. Послышался щелчок. Я обернулась. Никого. Вроде, никто не услышал.

Медленно открыла дверь. Она открылась! Быстрым шагом вышла из дома, закрыв дверь. Я. На. Улице. Бля! Как же я рада! У меня получилось! Получилось! Я больше не попаду в этот ад!

Включился свет в комнате Чона. Я посмотрела в окно. Он встал и куда-то пошёл. Я побежала куда подальше от этого дома.

Истоптала все ноги, на обувь не было времени, но все же добежала до своей квартиры! Хорошо, что я ключи всегда прятала около двери, и Чон не забрал их. Да! Это как будто сон! Я свободна! Не верю! Я так долго этого ждала! Да, да, да!

В таком отличном настроении и с мыслями, что завтра обязательно надо сходить к Лаки, я легла спать, переодевшись уже в свою уютную и домашнюю пижамку.

Утро.

Проснулась от долбёжки в дверь. Встала, подошла к двери и отпрянула. Там стоят охранники Чона! Бля! Это че, сон?! Ужаснейший сон?!

Я не стала выяснять сон это или нет, подошла к окну. Открыла его и начала вылазить на пожарную лестницу. Вылезла и стала быстро подниматься вверх. Потому что внизу также стоит охрана, которая успела меня увидеть. Послышался треск. Как я поняла, у меня выбили дверь. Я посмотрела вниз. Они тоже начали вылазить на лестницу. Я ускорилась до максимальной скорости.

Залезла на крышу и побежала к лестнице. Но не успела добежать... меня схватили и потащили вниз.

Пока мы шли по лестнице, я не сопротивлялась. Но как только вышли на улицу, я вырвалась. Охрана потеряла бдительность из-за моего спокойствия на лестнице.

Я бежала, как могла, но меня все равно поймали. Сунули какой-то платок под нос. Я вдохнула ужасный аромат. Минут пять ещё повырывалась и стала слабеть. Позже и вовсе отключилась...

Пришла в себя уже только около дома Чонгука...

Как? Как они нашли меня? Почему меня опять притащили сюда? Я не хочу. Лоли говорила, что ее он жестоко наказал после того, как она неудачно сбежала. Сказала, что эту жестокость нельзя сравнивать с поркой. Я боюсь. Зачем я, дура, поперлась домой?! Надо было затаиться где-нибудь на время, пока все бы не утихло.

Меня силой дотащили до моей комнаты. Один из парней достал чёрное кружевное белье.

— Он хочет видеть ее в этом. И чтобы все покинули дом на пару часов.

— Хорошо.

Парни вышли. Остались только две девушки. Я их раньше не видела.

— Давай милая, наденем это белье.

— Нет! Уйдите!

Я хотела выбежать, но меня с разворота кинули на кровать. Одна девушка позвала одного парня.

— Подержи ее.

Он стал меня держать. Мне закрыли рот, чтобы я не кричала.

Чтобы не мучаться с одеждой и бельём, которое сейчас находится на мне, их просто разрезали ножницами. Откинули уже лоскутки и силой надели это нижнее белье. Наверх силой надели униформу горничной и прицепили ошейник с цепочкой.

Дотащили до комнаты Чона...

— Господин, она готова.

— Хорошо. Можете уходить.

Меня затолкнули внутрь комнаты, все ушли.

Я вся сжалась. Он не должен был поймать меня. Я ведь все так хорошо рассчитала! Не может быть!

Чон снял с себя пиджак и посмотрел на меня, расстегивая пуговицы рубашки.

— Я очень зол. Ты думала, что сможешь скрыться? От меня — подошёл очень близко. — никому не скрыться. — откинул свою рубашку и схватил меня за верх платья. — И сейчас ты у меня так будешь страдать.

Толкнул меня на кровать. От ужаса я не могу вымолвить ни единого слова.

Чон быстро подошёл к кровати и, схватив цепочку от ошейника, придвинул меня к себе.

— Начнём.

Толкнул меня обратно, на кровать, и сел сверху. Я замахнулась, чтобы ударить его, но он успел перехватить руку. Откуда- то из-за спины достал ножик.

— Ай-я-яй. Нельзя так делать. — приставил ножик к моей щеке и немного надавил. Получился порез. — К этому мы вернёмся позже. — положил нож на тумбу.

Расстегнул платье и одним рывком снял его. Я осталась в одном нижнем белье и чулках. Гук резко раздвинул мои ноги. Я со всей силы свела их назад. Чон приподнял меня за талию и больно ударил по ягодице.

— Плохая девочка. Очень плохая. Я научу слушаться своего господина.

Кинул назад и быстро снял лифчик. Дотянулся до ножа и приставил его к моему лицу.

— Быстро ноги раздвинула. Я не шучу. — надавил лезвием.

Я, со слезами на глазах, начала медленно разводить ноги. Он ухмыльнулся и убрал ножик. Провёл пальцами по промежности. Я вздрагиваю при каждом его касании. Он быстро снял штаны и остался в одних боксерах. Взял мою руку и, приспустив боксеры, положил ее на член. Я отвернула голову в сторону.

— Поработай немного своей ручкой.

Я ничего не делала. Чонгук ударил меня по лицу. Я начала медленно водить рукой взад- вперёд. Чон стал тихо постанывать. Начал тереть мою промежность через ткань трусиков. Затем резко приспустил их и, убрав мою руку, пододвинулся очень близко ко мне. Поставил руки по обе стороны от моей головы и резко вошёл. Я закричала.

— Дааа, кричи. Кричи, как можно сильнее.

Он начал очень быстро двигаться и буквально вдалбливать меня в кровать. Я кричу от боли, чуть не срывая голос.

Он ещё ускорился и начал шлепать по попе. Я уже просто не могу кричать и не кричать тоже не могу. Очень больно.

Чон также резко вышел, как и вошёл. Я сдвинула ноги и повернулась на бок. Как же больно. Невыносимо.

Гук спустил меня на пол и поднял мою голову, приставив член к губам. Я сжала губы. Он ударил меня по спине, я воскликнула, и он запихал член мне в рот. Начал сначала медленно двигать им. Потом ускорился. Мучил так меня минут 10 и кончил в рот. Я думала, что это уже конец.

— Пожалуйста, хватит...

— Ты ещё можешь говорить? — хмыкнул тот.

Подошёл ко мне и затащил на кровать. Перевернул на живот и немного раздвинул ягодицы.

— Готова?

— Нет!!! Пожалуйста...

Резко вошёл. Я закричала с новой силой.

— Аааа, Хватит! Больно!!!

— Даа, вот так.

Начал опять вдалбливать меня в кровать.

Я не смогла вынести всей этой боли и отключилась.

Чуть позже...

Очнулась от пощёчин. Все тело болит. Чонгук стоит уже одетый.

— Надеюсь, на этот раз ты усвоила урок. Иди в свою комнату.

Я хотела встать, но не смогла. Из-за всей этой боли. Это просто невозможно. Снова потеряла сознание.

Очнулась уже в своей комнате, на кровати. Как же все болит. Уткнулась в подушку, тихо заплакала.

Открылась дверь. Вошёл Чон. Что ему ещё надо?!

Кое-как отодвинулась к углу и закрылась подушкой. Чонгуе подошёл и сел на край кровати.

— Я забыл кое-что. — вытащил ножик. Что он хочет сделать им?! — Иди ко мне.

— Нет! Уйди! Пожалуйста!

Он схватив мою руку, притянул к себе. Пододвинул подушку к моей спине и отпустил меня. Я опёрлась на подушку спиной. Чон подсел ко мне ближе.

— Смотри не дёрнись, а то криво получится.

— Ч-что ты х-хочешь с-сделать?

— Я тебе поставлю свою «печать». Чтобы все знали, кому ты принадлежишь.

— Пожалуйста, не надо...

Он приставил лезвие к коже, чуть выше груди. Надавил на нож. Я вскрикнула. Он продолжил что-то выводить ножом. Я увидела что порезы какие-то темные. Чёрные что-ли?

Закончив, встал и собрался уходить.

— И с этого дня зови меня «Хозяин», а не «Господин». — вышел. Он сделал мне тату с его меткой.

Пару дней спустя...

Эти дни он нагло пользуется мной. Где захочет и когда захочет. Почти каждый раз затыкает мне рот кляпом, чтобы я не кричала и не звала на помощь. Я уже не могу! Это просто сущий ад! Нет, в аду, пожалуй, и то получше будет.

Мою пол. В зал вошёл Чон. Я уже думала, что ему опять приспичило.

— Тебя разыскивают. — я посмотрела на него. — Отец.

Что? Отец? Нахер он меня ищет?! Че ему-то ещё надо?! Почему все ко мне цепляются?! Оставьте меня в покое!

— Я отпущу тебя на один день к нему. Только поедешь с моей охраной. Они будут ждать тебя. Ты же опять попытаешься сбежать. Так что, можешь даже не думать об этом. Побудешь один день у него и сразу скажи, что тебя долго не будет. Поняла?

— Можно мне не ехать?

— Что? У тебя проблемы?

— Нет. — какая вообще разница?! Может я просто не хочу никуда ехать.

— Тогда поедешь. Он ищет тебя и может наделать шуму.

А кроме него меня никто не ищет больше? Лаки, например...

Утро.

Мне дали нормальную одежду и отправили к этому демону. Я не хочу! Он опять начнёт нести всякую чушь, что это типа я виновата в смерти мамы.

И я не ошиблась...

— Неужели! Я уж думал, что ты решила следом за матерью пойти, чтобы извиниться за ее смерть!

— Хватит! Ты же сам знаешь, что только ты виноват в ее смерти! Ты! И больше никто!

— Да как ты смеешь?! — ударил меня кулаком по лицу, и я упала. — Как была безнадёжной, так и осталась такой!

— Это ты безнадёжный! Как же я тебя ненавижу!

— Вот как значит? Я воспитывал тебя, а ты смеешь ещё мне такое говорить! Видимо, успела тебя твоя мать разбаловать! Но ничего, это дело поправимое.

Отчим начал меня избивать. Впрочем, как всегда. Ничего не поменялось. Только удары стали больнее из-за порки и насилия Чона.

Вечер.

Мне удалось выбежать из дома. Сижу на ступеньке, в подъезде. На улице меня ждут охранники Гука. Если выйду, сразу отвезут к Чону. Лучше уж здесь посижу до утра. Хоть немного отдохнуть от всей этой работы и избиений. Как же хорошо, когда на тебя не кричат, не бьют, не насилуют. Просто кайф.

Утро.

Как только я вышла, меня сразу встретила охрана и отвезла в дом Гука. Я быстро поднялась наверх и подошла к комнате Лоли. Постучалась и приоткрыла дверь.

— Лоли? Можно мне войти? — из-за разбитой губы больно говорить.

— Да, конечно, входи.

Я вошла. Лоли читает книгу.

— Лоли, у тебя случайно нет тоналки?

— Тональник? Есть. А тебе зачем? — опустила книгу и посмотрела на меня. Ахнула. — Что с тобой? Это Чонгук сделал?

— Это не важно. Можешь дать тональник?

— Да... — она дала мне тональный крем, и я быстро ушла в свою комнату замазывать побои отчима. Не хочу, чтобы их кто-либо видел.

Замазала все на лице. Но на руках как-то не получилось хорошо замазать. Видны слабые следы синяков. На них я накинула шаль и спустилась вниз. Чон сидит в зале. Я хотела незаметно проскочить, но не получилось.

— Вернулась уже? — я пошла дальше. Он подошёл ко мне. — Чего молчишь?

— Вернулась.

— А это че за тряпка? — взялся за конец шали.

— Просто в доме прохладно, вот я и накинула...

— Я не разрешал. — забрал шаль. Я спрятала руки ща спину.

— Можно идти работать?

— Иди. — я повернулась, чтобы уйти. — А ну стой. — я остановилась, скрестив руки в замок перед собой. — Ко мне развернись. — мне пришлось повернуться, снова убрав руки назад. — Покажи-ка руки.

— З-зачем? Там ничего нет.

— Быстро!

Я показала ему руки.

— Это что? — ткнул в синяк, который еле-еле видно. Посмотрел на свой палец, на котором осталось немного тональника.

— Я ударилась просто.

— Ты уверена в этом? — как я могу быть неуверенной?

Я слегка кивнула.

— А ну, пошли со мной. — схватил меня за запястье и куда-то потянул.

Так мы пришли в ванную комнату. Чон намочил ладонь и начал тереть мою руку, где виднеется синяк. Вскоре его очень хорошо стало видно. Гук расположил руку перед моим лицом.

— Что это?

— Я же говорила, что ударилась просто...

— Неет, это не простой удар. Он нанесён рукой или даже кулаком. Это сделал твой отец?

— Нет...

Чон глянул вниз. Присел, приподнял край платья и приспустил чулок.

— А это ты тоже так ударилась? — показал на синяк на ноге.

Я ничего не ответила. Чон встал.

— Сними платье.

— Может не сейчас? — дрожащим голосом проговорила я.

— Быстро сняла это платье.

Я начала снимать его очень медленно. Чону надоела эта медлительность, и он сам быстро снял платье. Я сцепила руки перед собой в замок. Чон расцепил их и развёл в стороны. Молча стал осматривать. Повернул боком, спиной. Иногда дотрагивался до мест с побоями.

— За что это?

— За что? Да потому что он меня ненавидит, как и я его! Я же говорила, что не хочу ехать туда!

— Кричать не надо. Иди в комнату. С тобой позже поговорим. — о чем?

Чонгук быстро вышел из ванной и куда-то ушёл. Я надела платье и тоже вышла.

Вечер.

Лоли куда-то ушла, сказав что предупредила Гука. Я просто ходила по дому, когда пришёл Чон со своим другом — Тэ. Они прошли в зал о чём-то разговаривая. Я взглядом проследила за ними. Неожиданно для меня, Чонгук положил на кофейный столик пистолет... Он настоящий? Навряд ли Чон будет носить игрушечный пистолет.

— Миу, принеси нам кофе. — крикнул Гук.

Я приготовила кофе и принесла его в зал, поставив разнос рядом с пистолетом.

— Какое у тебя интересное имя. Как будто котёнок мяукает. Ну вот где ты берёшь таких очаровательных горничных? — тебе лучше не знать...

— А вот надо знать места. Хочешь, я одолжу ее тебе на одну ночь? — Чон притянул меня к себе за талию.

Я быстро отскочила, схватив пистолет и выставив его перед собой.