***

- Родная, как же вкусно пахнет! - Риндо обнял тебя со спины, пока ты раскладывала панкейки по тарелке. Его мокрое тело ощущалось холодным на твоей спине после утреннего душа.

- Рин! - Ты резко отдёрнула руку. - Я чуть не обожглась.

- Прости-прости. Я ещё немного сонный. - Он отпускает твою талию и ставит чайник. - Чай или кофе?

- Давай в этот раз кофе.

- Знаешь, я тут вспомнил, как впервые остался у тебя с ночёвкой и наутро твоя мама тоже пекла панкейки. - Даже по его тону можно было понять, что он улыбается.

- А ты помнишь, как залетел мой отец в комнату и хотел застать нас за сексом? - Ты громко рассмеялась.

- Такое сложно забыть. Я такой нагоняй с первых секунд получил! А мы просто смотрели новую серию "очень странных дел". - Риндо уже поставил две кружки на стол и занял место.

- На самом деле это было ожидаемо. Мы с мамой думали, что он будет на работе всю ночь, и хотели скрыть нашу ночёвку.

- И ты рассказываешь мне об этом только сейчас, родная?

Глаза младшего Хайтани округлились от удивления. Свежий ветер с открытого настежь балкона обволакивал кухню, перемешиваясь с запахами кофе и геля для душа. Ты села на его колено, убирая мокрые пряди с его лба и оставляя лёгкий поцелуй.

- Ну прости. Иначе ты бы начал говорить, что нужно заслужить доверие отца, получить его согласие на ночёвку... А новая серия нашего любимого сериала сама себя не посмотрит, знаешь ли! - Риндо придерживает тебя за талию, чтобы ты случайно не упала.

- Знаешь ли, моё ухо потом долго болело. А когда мы рассказали ему о наших отношениях, он мне ещё месяц, когда видел, читал лекции о контрацептивах! - Его взгляд остаётся на твоём лице и изучает так, будто бы видит впервые в своей жизни. - Ты у меня невероятная, ты знаешь это?

- Главное, что твоя. - Ты встала и подошла к полкам, выбирая сироп. - Клубника или просто мёд? - Когда ты потянулась за банкой (а твой рост не позволял так просто взять нужное, что только Риндо умиляет каждый раз), младший Хайтани некоторое время наблюдал за твоими попытками достать сироп.

- Тебе помочь, коротышка? - Он всегда специально дразнит тебя, но ты прекрасно знаешь, что это просто шутки.

- Мой рост 161 сантиметр! Сам ты коротышка, Рин!

- Да-да, хорошо, жираф ты мой. - Его рука уже легла на твоё бедро, пока другая тянулась за баночкой. - Держи.

- Здесь нам по 24 года. - Ты взяла фотографию в рамке, которую вы вдвоём собственноручно сделали, когда летали в Грецию. Эта рамка деревянная, но она обклеена разными ракушками, собранными на берегу Эгейского моря. - Помнишь, как ты запрещал мне работать, потому что хочешь сам накопить на нашу поездку?

- Я должен был сам всё сделать. Кто в семье мужчина: ты или я? - Его поцелуи опустились на шею и плечи. - Я думаю, что в следующем отпуске нам нужно снова полететь туда. Уже 10 лет прошло. Заодно навестим наших знакомых.

- Мне недавно Антония присылала фотографии, как она с Никосом побывали на Кипре. Можем нам двумя семьями поехать куда-нибудь? - Ты вернула фотографию на место и Риндо мягко развернул тебя лицом к себе.

- Если отпуска будут совпадать, то это отличная идея. Только в бар мы не пойдём! Я ещё от прошлого раза не отошёл! - Младший Хайтани засмеялся во весь голос. - Боже, я никогда этого не забуду.

- Ты про тот момент, когда он спорил с Антонией и доказывал ей, что он женат и не знакомится с другими девушками? - Ваш общий смех теперь заполнил всю кухню. - Ты помнишь его взгляд, когда она сказала, что она и есть его жена?

- Ему точно нужно следить за тем, сколько он пьёт. Зато тем вечером в моей голове зародилась мысль, благодаря которой теперь ты носишь мою фамилию. - Риндо прижал тебя к своей груди и хаотично целует твоё лицо, покачивая из стороны в сторону.

- Тем вечером ты сломал челюсть бедному парнише, который хотел пригласить меня на танец. Мне до сих пор его жалко.

- Жалко у пчёлки, родная, а пчёлка на ёлке. Тебе мою руку не жаль? - Он целует мочку твоего уха. Его горячее дыхание обжигает кожу. - Вообще-то он видел нас вдвоём, не понимаю, какого чёрта он решил, что может приглашать тебя на танец? - В голосе Риндо были едва уловимы нотки агрессии. - Я только представил чужие руки на твоём теле и сразу же захотел прибить этого слепого идиота.

- Всё, всё, остановись. Я думаю, он усвоил урок. - Ты взяла его лицо в свои ладони и целуешь кончик носа. - Мне тогда нужно сделать тебе футболку со словами "я его девушка" и моя фотография под этой надписью? Я помню, как на тебя смотрели эти, как ты выразился, слепые идиотки.

- Твоя ревность это забавно. Я бы не прочь увидеть твои красные щёки, как в тот вечер, и злой взгляд на них. Даже у меня тогда по спине холодок пробежал. Не знал, что у меня можешь быть такой свирепой, малышка.

- Я тоже могу ревновать. - Ты затянула Риндо в долгий и чувственный поцелуй. - Но я уверена в тебе и в себе. - Риндо посадил тебя на кухонный стол.

- Помни, что, кроме тебя, для меня в мире никого больше не существует, родная. - Его руки уже залезли под твою футболку, а губы продолжали делать дорожку поцелуев ниже.