Золото и Серебро

В тот день Хогвартс будто затаил дыхание.С самого утра в воздухе витало предчувствие события. Слизеринцы перешёптывались чаще обычного, преподаватели выглядели торжественно-сдержанными, а совы, прилетавшие к окнам, приносили письма с печатями старинных родов.— Если это очередная проверка Министерства, я официально ухожу в подполье, — пробормотал Сириус за завтраком.— Ты и так там живёшь морально, — сухо заметил Римус.Джеймс почти не слушал. Его взгляд скользил к слизеринскому столу.Вальбурга Малфой сидела рядом с Нарциссой Блэк.И впервые за всё время он увидел её… иной.Она не была холодной.Она улыбалась.Нарцисса что-то тихо рассказывала, склонившись к подруге, и Вальбурга слушала внимательно, с мягким теплом во взгляде. Их руки иногда касались — жест естественный, привычный. Это не была вежливая формальность. Это была близость.Настоящая.— Они похожи, — пробормотал Питер.— Нет, — покачал головой Римус. — Они разные. Просто понимают друг друга.И в этот момент двери Большого зала распахнулись.По центральному проходу шёл высокий блондин с безупречной осанкой. Его мантия была идеального кроя, движения — выверены, взгляд — холодно-уверенный.Люциус Малфой.Слизерин поднялся почти синхронно.Вальбурга встала тоже — но её лицо не выражало напряжения. В нём читалось уважение. И лёгкая гордость.Люциус остановился рядом с ней.— Сестра, — произнёс он мягко.— Брат, — ответила она, чуть склонив голову.И на мгновение — только на мгновение — между ними промелькнула искренняя семейная теплота.Затем он повернулся к Нарциссе.Его взгляд изменился.Стал другим.Теплее.Глубже.Нарцисса Блэк поднялась ему навстречу.Никакой показной театральности.Он просто взял её руку.И она улыбнулась ему так, как не улыбалась никому другому.— Я скучала, — тихо сказала она.— И я, — ответил Люциус.Вальбурга наблюдала за ними с лёгкой, почти невидимой улыбкой.Вечером весь замок собрали в Большом зале.Свечи отражались в серебре кубков, голоса стихали постепенно.Люциус вышел вперёд.— Дом Малфоев всегда чтил традиции, — начал он спокойно. — Но наши традиции — это не цепи. Это выбор.Он посмотрел на Нарциссу.— Сегодня я объявляю о нашей помолвке с Нарциссой Блэк. По любви.В зале раздался шёпот.Слизерин аплодировал первым.Нарцисса подошла к нему ближе.— Семья Малфой имеет право на любое бракосочетание, — добавил Люциус. — Единственное условие — чистота крови. И род Блэков соответствует этому полностью.Сириус напрягся, но промолчал.Вальбурга смотрела на подругу.И в её глазах было не зависть.А счастье.Искреннее.Когда аплодисменты стихли, Нарцисса нашла её взгляд.И улыбнулась.Позже, в одном из боковых коридоров, девушки остались вдвоём.— Ты счастлива, — тихо сказала Вальбурга.Нарцисса засмеялась мягко.— Очень.— Я рада.Нарцисса взяла её за руки.— Ты ведь знаешь, что я никогда бы не согласилась иначе?— Знаю.— Люциус не обязан был выбирать меня. Но он выбрал.— И ты выбрала его, — спокойно добавила Вальбурга.Нарцисса кивнула.— Мы не жертвы традиций, Валь. Просто у нас есть рамки. Но внутри них — свобода.Вальбурга на секунду задумалась.— Свобода внутри границ… интересная формулировка.Нарцисса улыбнулась.— Однажды и ты поймёшь.— Возможно.— Род Малфоев может выбрать любого чистокровного, — продолжила Нарцисса мягко. — Даже если это будет… неожиданно.Вальбурга едва заметно приподняла бровь.— Например?Нарцисса посмотрела на неё испытующе.— Например, если это будет Поттер.Вальбурга резко выдохнула.— Это абсурд.— Род Поттеров чистокровный, — спокойно напомнила Нарцисса. — И древний.— Ты слишком наблюдательна.— Я просто вижу, как он на тебя смотрит.Тишина повисла между ними.— Он шумный, самоуверенный и невыносимый, — произнесла Вальбурга.— Но?Она не ответила.Нарцисса мягко улыбнулась.— Главное, чтобы выбор был твоим.И обняла её.Вальбурга замерла на секунду — а затем ответила на объятие.В это же время Джеймс стоял у окна, наблюдая за тем, как Люциус и Нарцисса проходят по коридору.Он видел их взгляды.И понял одну важную вещь.Это был не договор.Это была любовь.— Значит, Малфои могут выбирать, — тихо произнёс он.— Конечно могут, — пожал плечами Римус. — Главное — чистокровие.Джеймс задумался.Род Поттеров был древним.Чистым.Уважаемым.Он снова вспомнил Вальбургу.Её улыбку рядом с Нарциссой.Тёплую.Не ледяную.И впервые за всё время он понял:Её холод — это не природа.Это защита.А если защита — значит, есть что защищать.Вальбурга стояла у окна подземелий позже той ночью.В замке уже стихли голоса.Она думала о словах Нарциссы.О свободе внутри границ.О выборе.И — против воли — о тёмных волосах, растрёпанных слишком сильно.— Глупость, — тихо сказала она.Но лёд больше не был цельным.И где-то глубоко под поверхностью медленно разгоралось пламя.