14-отработка

Кабинет Амбридж был до тошноты розовым. Розовые занавески, розовые безделушки, розовые чернильницы - будто кто-то выжал в комнату весь сироп из мира. Мари стояла у учительского стола, прямая, как натянутая струна, и старалась смотреть не на Амбридж, а на крошечную трещину в каменной стене за её плечом.

- Ну что, мисс Поттер, - пропела Амбридж, не поднимая глаз от пергамента, который она неторопливо подписывала. - Рада, что вы нашли время для общественной пользы. Хотя, признаться, я сомневаюсь, что от вас будет хоть какой‑то толк.

Мари сжала пальцы в кулаки, но голос держала ровным:

- Я готова выполнять любые поручения, профессор.

Амбридж наконец подняла взгляд. Её улыбка была такой же приторной, как в первый день, но теперь в ней сквозило что-то хищное.

- Поручения... Да, конечно. Но сначала мне хочется кое‑что прояснить. Чтобы вы не питали иллюзий насчёт своего места в этой школе. Ваша семья... ну, скажем так, её репутация говорит сама за себя. Отец - безрассудный герой, хотя какой он герой то, мать - слишком доверчивая, а брат... ну, тут даже говорить нечего, вся школа знает эту историю. А вы... вы просто дрянь которая никому не нужна, которая пытается казаться лучшей и нужнее, чем есть.

Каждое слово падало, как камешек в тихую воду, и от каждого расходились круги злости. Мари чувствовала, как внутри поднимается жар, тяжёлый и густой, будто воздух в комнате стал гуще.

- Моя семья, - тихо, но чётко сказала Мари, - сделала для этого мира больше, чем вы когда‑либо сделаете, сидя за этим столом и раздавая унизительные отработки.

Амбридж резко встала, её лицо на секунду потеряло привычную маску доброжелательности.

- Как вы смеете? Вы, тупое, глупое, мерзкое отродье! Да кто вы без своего братишки? Без фамилии Поттеров вы были бы никем. Сучка, такая же как и ваша семья...

Она не успела договорить. В этот момент в ладонях Мари вспыхнул огонь - не большой, не обжигающий всё вокруг, а маленький, плотный, будто сжатый в кулаках. Он был тёплым, живым, и на долю секунды Мари даже не испугалась - она почувствовала, как эта вспышка забирает часть той тяжести, что давила на грудь.

Но тут же она всё поняла. Резко, инстинктивно она спрятала руки за спину, прижав их к бокам, чтобы пламя не вырвалось, чтобы никто не увидел. Огонь послушно сжался и погас, оставив на коже только лёгкое покалывание, будто от мороза.

Амбридж, поглощённая собственной яростью, ничего не заметила. Она продолжала говорить, голос её звенел от злости:

- ...и если вы ещё хоть раз посмеете перечить мне, я добьюсь, чтобы вас отстранили от занятий, ну или исключили, вы же знаете меня. Я надеюсь вы меня поняли?

Мари кивнула, не доверяя своему голосу. В горле стоял ком, а в пальцах всё ещё чувствовалось странное тепло.

- Да, профессор, - сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно, без дрожи.

- Отлично. Тогда приступим. Будете разбирать архив в кладовке. Там столько пыли, что даже тараканы оттуда сбежали.Это место вам идеально подойдёт, особенно по ваш внешний вид. И чтобы ни слова. Ни звука. Только работа. Надеюсь у вас мозгов хватит, чтобы хотя бы это понять.

Мари снова кивнула и, не оглядываясь, пошла к двери в кладовку. Руки она по‑прежнему держала за спиной, будто боялась, что если разожмёт кулаки - огонь вспыхнет снова.

Когда дверь за ней закрылась, она наконец опустила руки и посмотрела на ладони. Кожа была обычной, чуть покрасневшей, но без ожогов, без следов. Только в груди всё ещё гудело, как после грозы.

Она глубоко вдохнула и выдохнула, пытаясь унять дрожь.

«Это просто злость, успокойся, всё будет нормально, - твердила она себе, усаживаясь на жёсткий табурет среди коробок с пожелтевшими пергаментами. - Просто слишком много всего навалилось. Это не магия. Это просто...

после отработки, в гостиной Гриффиндора

Пенси Паркинсон стояла у камина, нарочно громко, чтобы слышали все, цедила слова, как яд по капле:

- Интересно, а Мари Поттер вообще понимает, что она тут самая тупая, ну и уродливая? То ли сестра героя, то ли просто ничтожество. Даже не знаю, что хуже.

Мари сжала кулаки, но заставила себя не смотреть в ту сторону. Она пыталась сосредоточиться на конспекте, но буквы плясали перед глазами.

- Или, может, она думает, что если будет держаться рядом с Гарри, то с ней все будут дружить и общаться? - продолжала Пенси, и в её голосе звенела та самая сладкая язвительность, от которой хотелось зажмуриться. - Но знаешь, Мари, тут не работает «по принципу родства». Тут надо быть кем-то самой по себе. А ты... ты просто никто.

Внутри у Мари что-то щёлкнуло. Не фиолетовое свечение, не чёрные вены - пока нет. Просто ледяная, острая обида, которая вдруг стала громче всех голосов в комнате.

Она резко встала, стул с грохотом отъехал назад.

- Знаешь, Пенси, - голос Мари звучал спокойно, но от этого спокойствия становилось только страшнее, - я устала слушать твои тупые реплики, неужели ты ничего по лучше не придумаешь. Если тебе так скучно, найди себе другое развлечение.

Пенси прищурилась, будто не привыкла, чтобы ей отвечали.

- О, смотри-ка, ебланочка заговорила. И что ты мне сделаешь? Расскажешь брату? Или, может, опять побежишь плакать мамочке под юбку, ой извини я забыла у тебя же её нет?

- Я не прячусь, и не смей оскорблять мою мать, - тихо, но твёрдо сказала Мари. - Я просто не хочу быть такой, как ты.Да и вообще иди-ка ты нахуй!

В комнате стало тише. Кто-то перестал смеяться. Кто-то замер с открытым ртом. Даже огонь в камине будто притих.

Пенси фыркнула, развернулась и ушла, нарочно задев Мари плечом. Подружки последовали за ней, бросая на Мари косые взгляды.

Мари постояла ещё секунду, чувствуя, как дрожат пальцы, а потом резко развернулась и пошла к лестнице, ведущей в спальню девочек. Ей нужно было просто уйти. Просто оказаться там, где тихо. Где никто не будет тыкать в неё словами, как острой палочкой.

Когда она вошла в комнату, там уже сидела Джинни. Они никогда не были особенно близки: Джинни держалась особняком, а Мари всё время была рядом с Гарри и его компанией. Их отношения были не враждебными, но прохладными - как две комнаты в одном доме, в которые редко заходят друг к другу.

Джинни подняла глаза от книги, увидела лицо Мари и сразу всё поняла.

- Опять Пенси?

Мари кивнула, не доверяя своему голосу. Она подошла к своей кровати, села на край и опустила голову.

- Да, надоела уже лезет и лезет, - тихо сказала она. - Я просто... мне нужно пять минут тишины.

Но Джинни вдруг покачала головой, и в её взгляде мелькнуло что-то, чего Мари раньше не замечала - не злость, а скорее усталость от всей этой школьной суеты.

- Да, хорошо. Просто... Пенси умеет достать до самого дна.

Мари слабо улыбнулась:

- Спасибо.

Они посидели в тишине, и на секунду Мари даже показалось, что этот вечер может стать чуть спокойнее.

Но тут дверь резко распахнулась, и в комнату влетела Пенси. Её глаза горели, лицо было красным от злости.

- А, вот где эта мразь прячется! - прошипела она, врываясь внутрь, будто хотела заполнить собой всё пространство. - Думала, сбежала и всё? Нет уж, мы не закончили!

Джинни встала, будто хотела загородить Мари, но Пенси не дала ей и слова сказать.

- И ты туда же, Уизли? Решила дружить с этой... с этой...

И тут, вместо того чтобы кинуть книги в Джинни, Пенси резко кивнула в сторону Джинни - будто давая молчаливую команду. И Джинни, сама не понимая почему, вдруг схватила со стола стопку книг. В её глазах мелькнуло замешательство, но руки уже действовали сами.

Она швырнула книги в Мари - не аккуратно, не в шутку, а со всей силы, будто хотела причинить боль. Тяжёлые тома летели прямо в Мари, острые углы, твёрдые переплёты.

И в этот момент время будто замедлилось.

Мари даже не подумала. Она просто увидела, как эти книги летят прямо в неё, и внутри неё что-то рванулось вперёд - не огонь, не буря, а чистая, острая воля: «Не попадите!»

Силой мысли она остановила книги - все сразу, в воздухе, будто они наткнулись на невидимую стену. На секунду они замерли, зависнув в полуметре от Мари, и в комнате стало так тихо, что было слышно, как тикают часы на полке.

А потом Мари сделала движение рукой - не резкое, но уверенное, - и книги полетели обратно. Не хаотично, не как попало, а ровно, точно, так, что Джинни пришлось отскочить, чтобы они не ударили её прямо в грудь. Они с грохотом упали на пол у её ног.

Пенси побледнела. Она смотрела то на книги, то на Мари, будто не могла поверить, что это произошло.

- Ты... ты это сделала? - прошептала она, голос её дрожал, и в нём уже не было ни язвительности, ни злости - только испуг.

Джинни стояла, прижавшись спиной к стене, глаза у неё были огромными.

- Мари... я не хотела, - выдохнула она, дрожащими пальцами касаясь груди, будто проверяя, что цела. - Хотя знаешь, Пенси права, ты такая тупица, лучше бы тебя исключили ...

Мари медленно опустила руку. Внутри неё всё ещё гудело, но не как буря, а как натянутая струна. Она не чувствовала ни фиолетового света, ни чёрных вен - только эту странную, холодную ясность.

- Понятно, - тихо сказала Мари, глядя не на Пенси, а на Джинни. - Ты сделала свой выбор.

Пенси хотела что-то сказать, но слова застряли у неё в горле. Она посмотрела на Джинни, переглянулись с ней и с улыбкой вышла из комнаты...

Тишина повисла в воздухе, тяжёлая, звенящая.

Джинни медленно подошла к Мари.

- Знаешь я не жалею, что сделала тот выбор?

Мари подошла к ней, присела рядом, не слишком близко, чтобы не напугать.

- Да, - тихо сказала она. - И почему же. Пенси умеет заставить людей делать то, что ей нужно. Иногда даже без заклинаний. Я надеюсь ты передумаешь.

Джинни покачала головой, будто пыталась стряхнуть с себя это наваждение.

- Можешь даже и не пытаться, она мне столько всего про тебя рассказала, и знаешь я теперь понимаю почему Пенси не хочет с тобой общаться.

- Ну, давай расскажи что же она про меня такого рассказала, - спокойно сказала Мари. - Давай я жду.

Джинни посмотрела на неё по-новому - не как на сестру Гарри, а как на предателя.

- Ты же знаешь что мне нравится твой брат , - прошептала она.

- Ну допустим, - кивнула Мари. - Да про это вообще все знают.

- Тогда я не понимаю зачем, ты так со мной, в Хогвартсе есть много мальчиков, почему именно Гарри?- сказала Джинни.- В смысле? Он мне брат, и ничего больше.- Да-да, только вот школьные слухи говорят обратное, мне Пенсия рассказала, как застукала вас, она сказала что ты ему, ну, того делала.- Фуфу, я да никогда такого не было и не будет! Какой позор!- Мари была в шоке от услышанного.- Извени , пожалуйста Мари, я думала это правда, и поэтому возненавидела тебя, правда прости меня пожалуйста,- сказала она- Ладно, прощаю, только пожалуйста не думай так, ну это же так мерзко, сестра брату. Знаешь если он тебе правда нравится, то можешь я помогу вам начать встречаться?- предложила Мари.- Давай, только начни пожалуйста издалека, спасибо-сказала Джинни