Каннибалы, краска и гребаный хаос

​Сцена 1: Кухня. Режим «Скрытность: 0%».

​Эффи зашла на кухню, стараясь дышать через раз. Она увидела Аластора, который мирно читал газету, попивая кофе. Его хвост (который он обычно прятал) едва заметно дернулся, когда она вошла.​Эффи замерла. В голове всплыл зеркальный потолок и те самые кожаные ремни из клуба.«Блядь, блядь, блядь... только не смотри на него, только не смотри...» — билось у неё в висках.​Она попыталась незаметно взять яблоко из вазы, но рука дрогнула, и она случайно смахнула всю вазу на пол. Грохот был такой, будто взорвали склад петард.​— О, Эффи! — Аластор опустил газету, и его вечный оскал стал шире. — Ты сегодня... на редкость шумная. Всё ещё чувствуешь отголоски вчерашнего «гостеприимства»?​Эффи покраснела так, что её ярко-красные глаза чуть не вылезли из орбит.— Иди нахер, Аластор! — выплюнула она, быстро собирая осколки. — Я просто... я просто не выспалась!​— Конечно-конечно, — протрещало радио. — Понимаю. Смена обстановки всегда утомляет.

​Сцена 2: Нежданные гости.

​Тут двери Отеля распахнулись с ноги. В холл ворвалась толпа мелких, но очень голодных каннибалов из района Рози. Они выглядели так, будто им пообещали бесплатный фуршет, и этим фуршетом были постояльцы Отеля.​— МЯ-Я-ЯСО! — заорал один из них, пытаясь откусить кусок от барной стойки Хаска.​— ЭЙ! ТЫ, МЕЛКИЙ ПИДОРАС! — Хаск выскочил из-за бара с дробовиком. — Уебывайте отсюда, пока я из вас фарш не сделал!​Чарли выбежала на шум:— Ребята, стойте! Мы можем договориться! У нас есть печеньки!​Каннибалы только заржали и начали крушить мебель. Один из них прыгнул на Энджела Даста, и тот, отбиваясь всеми четырьмя руками, заорал:— ЭФФИ! СДЕЛАЙ ЧТО-НИБУДЬ! НАРИСУЙ ИМ ХОТЯ БЫ НАМОРДНИКИ, СУКА!

​Сцена 3: Гнев художницы.

​В Эффи что-то щелкнуло. Весь её стыд из-за Аластора, всё это напряжение и «испанский стыд» вдруг превратились в чистую, концентрированную ярость. Она схватила свою кисть, и её красные глаза вспыхнули зловещим светом.​— ТАК, СЛУШАЙТЕ СЮДА, ВЫ, ЖЕРТВЫ НЕУДАЧНОГО АБОРТА! — заорала она, перекрывая шум.​Она сделала один широкий взмах кистью в воздухе, и прямо посреди холла материализовалась огромная, тяжёлая железная клетка, которая накрыла сразу пятерых каннибалов.​— Я ТУТ ПЫТАЮСЬ СО СВОИМ СТЫДОМ СПРАВИТЬСЯ, А ВЫ МНЕ ТУТ ИНТЕРЬЕР ПОРТИТЕ?! — Эффи вошла в раж. — Я ВАС СЕЙЧАС ТАК РАСКРАШУ, ЧТО РОДНАЯ МАТЬ НЕ УЗНАЕТ!​Она начала махать кистью направо и налево. На одном каннибале появились стальные кандалы, другой оказался замурован в бетонный куб по самую шею, а третьему она нарисовала на голове огромную надпись «Я ЛОХ» ярко-розовой краской, которая тут же стала реальной.​— А НУ ПШЛИ ВОН ОТСЮДА! — она нарисовала гигантский сапог 50-го размера, который просто вышвырнул оставшихся захватчиков за дверь Отеля.

​Сцена 4: Тишина и осознание.

​В холле воцарилась тишина. Все — Чарли, Вэгги, Энджел, Хаск и даже Аластор — смотрели на Эффи. Она тяжело дышала, волосы растрепались, белый ободок вообще висел на одном ухе.​— Нихера себе... — выдохнул Энджел Даст, поправляя халат. — Синяя, ты когда злая — ты просто огонь.​Эффи вытерла пот со лба синей от краски рукой.— Блядь... — выдохнула она. — Как же полегчало.​Она посмотрела на Аластора. Тот стоял, опершись на трость, и аплодировал.— Браво, дорогая! Какая экспрессия! Какая палитра! Кажется, ты совсем забыла о своей... кхм... утренней скованности?​Эффи замерла. Она вдруг поняла, что пока она гоняла каннибалов, она ни разу не вспомнила про ту комнату в клубе. Стыд куда-то испарился, сменившись чувством собственного превосходства.​— Знаешь что, Аластор? — она дерзко усмехнулась, поправляя ободок. — Иди ты в жопу со своими подколками. Я крутая. Я спасла этот отель, пока ты тут кофе пил.​— О, я и не спорю, — Аластор склонил голову в изящном поклоне. — Ты была... восхитительна.​Эффи фыркнула и пошла к бару.— Хаск, налей мне самого крепкого дерьма, что у тебя есть. И не жалей льда.​— За счет заведения, Героиня, — Хаск ухмыльнулся и выставил бутылку.​Весь вечер они сидели в баре, обсуждая, как Эффи «нарисовала сапог правосудия». Стыд ушел, осталась только банда, выпивка и осознание того, что в Аду, может быть, не так уж и плохо, если у тебя есть кисть и стальные нервы.