глава 1

Ехали мы ужасно долго. Энтони, мой брат, вел машину еще медленнее, чем наша бабуля. Я сидела впереди, рядом с ним, закинув ноги на панель. Мама дремала на заднем сиденье. Но даже во сне вид у нее был такой настороженный, что казалось, она в любую секунду могла проснуться и начать указывать путь.

- Давай быстрее, поторопила я Энтони, пихая его в плечо. - Обгони уже этого малыша на велике.

Энтони пропустил мои слова мимо ушей.

- Никогда не трогай водителя и убери грязные лапы с моей панели.

Я посмотрела на свои вполне чистые ступни.

- Это не твоя панель. Не забывай, что скоро эта машина станет моей.

- Только если ты получишь права, - усмехнулся брат. - Вообще, я бы запретил садиться за руль таким, как ты.

- Глянь-ка, - сказала я, указывая на дорогу, - парень в инвалидном кресле только что нас догнал!

Энтони проигнорировал меня, и тогда я стала переключать радиостанции. Обожаю слушать радио в дороге. Могу сказать, что знаю местные радиостанции как свои пять пальцев. И чувствую трепет в груди, когда нахожу Q94, это значит, что мы уже подъезжаем к побережью.

Я нашла любимую станцию, на которой передавали все: и поп, и ретро, и даже хип-хоп.

Том Петти исполнял Free Fallin', и я запела вместе с ним.

Она - хорошая девочка, она любит маму,Любит Иисуса и Америку,Она - хорошая девочка, онасходит с ума по Элвису Пресли, Любит лошадей и своего парня.

Энтони уже было потянулся, чтобы выключить радио, но я тут же оттолкнула его руку.

- Эми, от твоего пения мне хочется направить машину прямо в океан.

Он дернул руль, будто и вправдусобрался съехать с дороги.

Я запела еще громче, от чего проснулась мама и запела вместе со мной. У нас с нею совершенно нет голоса, и Энтони замотал головой, изображая свое фирменное отвращение. Он ненавидит оставаться в меньшинстве. Больше всего его напрягает то, что после развода родителей он остался единственным мужчиной в семье и на его стороне больше нет папы.

Мы медленно ехали по городу, и, несмотря на то что я только что дразнила за это Энтони, сейчас я наслаждалась этой поездкой, этим моментом. Мне было радостно снова видеть «Крабовую лавку Джимми», мини-гольф, магазинчики для любителей серфинга. Я будто возвращалась домой после долгого-долгого отсутствия. Лето здесь сулило тысячи приятных сюрпризов.

Чем ближе мы подъезжали к дому, тем чаще билось мое сердце. Мы почти на месте.

Я опустила стекло и глубоко вдохнула. Соленый морской бриз, ветерок, спутывающий волосы, запахи и звуки все здесь осталось по-прежнему, как будто ждало моего приезда.

Энт ткнул меня локтем.

- Думаешь о Джейдене? - насмешливо спросил он.

Я отрезала:

- Нет.

Мама просунула голову между передними сиденьями.

- Тебе что, все еще нравится Джейден? Прошлым летом мне показалось, что между тобой и Джошем что-то происходит.

- Что?! Ты и Джош? - Энт сделал вид, что его вот-вот вырвет. Что у вас с Джошем?

- Ничего, - ответила я им обоим и почувствовала, что краснею. Жаль, что я еще не успела загореть, и это всем заметно. - Мам, то, что мы хорошие друзья, не значит, что между нами что-то есть. Пожалуйста, давай больше не будем возвращаться к этой теме?

Мама откинулась на сиденье.

- Хорошо, - произнесла она так решительно, что я знала: Энтони больше не посмеет что-нибудь сказать по этому поводу.

Но мой брат не был бы самим собой, если бы не попытался.

- Что у вас с Джошем? Ты не можешь не рассказать о таком!

- Отстань.

Расскажи я Энтони что-нибудь в этом духе, и у него появится еще один повод меня дразнить. И к тому же рассказывать мне нечего.

Джейден и Джош сыновья Бек. Бек - это Маргарет Хосслер, в девичестве Бек. Только моя мама до сих пор зовет ее Бек. Они знают друг друга с девяти лет и считают себя кровными сестрами, они даже показывали шрамы в форме сердечек на запястьях в доказательство.

Как-то раз Маргарет сказала мне, что когда я родилась, она сразу поняла, что мне суждено быть с одним из ее мальчиков. Она сказала, что это судьба. Мама обычно не принимала участия в подобных беседах, но тогда она согласилась, что это было бы просто замечательно, особенно если перед этим у меня будет пара других влюбленностей. На самом деле она сказала «любовников», но меня от этого аж передернуло.

Маргарет взяла меня за лицо и сказала:

- Эми, я даю тебе свое благословение. Я даже представить не могу, что кто-нибудь из моих мальчиков будет с кем-то, кроме тебя.

Сколько себя помню и даже, наверное, до моего рождения, мы каждое лето приезжали в летний домик на пляже. Для меня Казенс был не просто городком, а именно домом. Моей вселенной. В нашем распоряжении был целый пляж. Сам дом тоже заключал в себе массу интересного: широкую веранду, по которой мы любили бегать, кувшины с холодным чаем, бассейн, где мы купались по ночам, но главное там были мальчики.

Мне всегда было любопытно, как мальчики выглядят в декабре. Я пыталась представить их, стоящими у елки в клюквенно-красных шарфах и свитерах, с порозовевшими от мороза щеками, но что-то в этой картине было не так. Я и понятия не имела, как Джош и Джей выглядит зимой, и завидовала всем, кто это знал. Я всегда видела их загорелыми, с облупленными носами, в шлепанцах, на пляже, в воде. Какими они были с другими девушками, когда играли в снежки? С теми, кого обнимали, когда ждали, пока прогреется машина, или с теми, кому отдавали свои куртки, когда на улице было морозно? Хотя не думаю, что Джейден так поступал, это не в его стиле. Вот Джош, да, возможно. Но в любом случае, картину это не проясняло.

Сидя у обогревателя в классе истории, я порой гадала, чем они сейчас заняты. Может, тоже где-нибудь греются у обогревателя и считают дни до начала лета? Зимы для меня как будто не существовало. Лето было для меня всем, и только летом моя жизнь имела значение. А до июля, пляжа и этого дома я словно и не жила.

Джейден - самый старший из нас, старше Джоша на полтора года. Он мрачный, угрюмый, совершенно непостижимый. Его губы всегда ухмыляются, и я часто ловлю себя на мысли, что не могу отвести от них глаз. Мне хочется стереть эту ухмылку с его лица поцелуем. Может, даже не насовсем, а только так, чтобы управлять ею. Приручить ее. Так же, как я хотела бы, чтобы Джейден стал моим.

Джош просто мой друг. Он всегда добр ко мне. Он из тех парней, кто не стыдится обнимать маму и держать ее за руку, несмотря на то, что сам уже не ребенок. Это его не смущает. Джош Хосслер вообще слишком занятой человек, чтобы у него было время смущаться.

Я думаю, в школе Джош гораздо популярнее Джейдена, и могу поспорить, что девчонкам он нравится больше. И если бы не футбол, на Джейдена вообще никто не обращал бы внимания. Тогда бы он был всего лишь тихим, угрюмым Джейденом, а не футбольным богом. Как раз таким, каким он мне и нравился. Мне нравится, что Джей предпочитает проводить время в одиночестве, играя на гитаре. Кажется, что все эти глупые заморочки старшей школы его вообще не волнуют. Мне нравится размышлять о том, что если бы Джейден учился в моей школе, то тогда он не занимался бы футболом, а был бы тихоней и обращал бы внимание на таких, как я.

Когда мы наконец подъехали к дому, парни уже ждали нас, сидя на крыльце. Я перевалилась через Энтони и посигналила два раза, что на нашем языке означало «Идите и помогите с чемоданами».

У Джейдена недавно был день рождения, ему исполнилось восемнадцать. Сложно поверить, но он стал еще выше, чем прошлым летом. Сейчас его темные волосы были коротко подстрижены. А вот у Джоша волосы еще больше отросли, отчего он казался лохматым, но в хорошем смысле, он стал выглядеть прямо как какой-нибудь теннисист из семидесятых. Когда Джош был маленьким, его курчавые волосы выгорали до оттенка платины, и он терпеть не мог свои кудряшки. Как-то раз Джейден убедил его, что волосы вьются от того, что он ест много хлебных корочек, и Джош перестал есть корочки от сэндвичей. Так Джейдену доставалось в два раза больше. Хотя со временем волосы Джоша действительно перестали виться и стали просто волнистыми.

Мне очень не хватает тех кудряшек. Маргарет называла его ангелочком, и он действительно был похож на розовощекого златокудрого ангела. К счастью, щеки у него все такие же румяные.

Джош сложил руки рупором и заорал:

- Энтон-и-и-и!

Я сидела в машине и наблюдала за тем, как Энтони направился к ним, и они принялись обниматься и хлопать друг друга по плечам. Воздух был соленым и влажным, будто в любую секунду мог пойти дождь. Я притворилась, что завязываю шнурки на кроссовках, но на самом деле мне хотелось запечатлеть в памяти этот момент, посмотреть на них и на дом, еще немного побыть в одиночестве.

Дом был большим, серо-белым, он выглядел точно так же, как и все соседние, но был намного лучше. Он просто был таким, каким должен быть дом на побережье, родным.

Мама тоже вышла из машины.

- Привет, мальчики. Где ваша мама? - крикнула она.

- Привет, Лорел. Она решила вздремнуть, - крикнул Джош в ответ. Обычно Маргарет выбегала навстречу, как только подъезжала машина.

Мама в три шага преодолела расстояние между ними и сжала каждого в объятиях, таких же крепких, как и ее рукопожатие. Сдвинув на макушку солнцезащитные очки, она вошла в дом.

Я вышла из машины и закинула сумку на плечо. Сначала они даже не заметили моего приближения. Но потом о, да! - заметили. Джейден окинул меня оценивающим взглядом, таким, каким в последнее время все чаще смотрят на меня парни в торговых центрах. Прежде он никогда так на меня не смотрел. Ни разу. Я почувствовала, что начинаю краснеть, как несколько минут назад, в машине. Джош, казалось, поначалу меня вообще не узнал. Все произошло за три секунды, но по ощущениям длилось дольше, намного дольше.

Джейден первым обнял меня, но это было мало похоже на объятие, слишком уж осторожное, такое, будто он старается держаться от меня подальше. Он совсем недавно подстригся, и кожа на его затылке была розоватая и нежная, как у младенца. Он пах океаном.

- В очках ты мне больше нравилась, - прошептал он мне на ухо.

Это было неприятно. Я оттолкнула его и сказала:

- Что ж, очень жаль, линзы я не сниму.

Он улыбнулся, и эта улыбка поразила меня в самое сердце. Его улыбка каждый раз делала со мной такое.

- Кажется, появилось несколько новых - проговорил он, касаясь пальцем моего носа. Он прекрасно знал, как я ненавидела свои веснушки, но каждый раз дразнил меня.

Джош подхватил меня и буквально поднял в воздух.

- Эми, ты так выросла! - закричал он радостно.

Я засмеялась.

- Поставь меня, - велела я. - От тебя воняет потом. - Джош расхохотался.

- Все та же Эми, - сказал он, но посмотрел на меня так, будто не был полностью в этом уверен.

Он склонил голову набок:

- Что-то в тебе изменилось, Эми.

Я напряглась, ожидая какого-нибудь подкола.

- Просто у меня теперь линзы. Я тоже не могла привыкнуть к себе без очков. Моя лучшая подруга Тейлор с шестого класса пыталась убедить меня носить линзы, и в конце концов я прислушалась.

Он улыбнулся.

- Не в этом дело. Ты просто выглядишь иначе.

Я вернулась к машине, а парни последовали за мной. Мы быстро разгрузили багаж, и, как только закончили, я взяла чемодан и сумку и направилась прямиком в свою комнату.

Я всегда останавливалась в старой девичьей спальне Маргарет. Там были выцветшие обои и белый спальный гарнитур. И музыкальная шкатулка, которую я очень любила и хранила в ней свои украшения. Когда я ее открывала, в ней под старую добрую заглавную тему из «Ромео и Джульетты» кружилась балерина. Все в этой комнате было старым и выцветшим, но это мне в ней и нравилось. Мне казалось, что у каждой вещи здесь у стен, кровати с балдахином и, особенно, у музыкальной шкатулки - есть свои секреты.

Я почувствовала, что мне нужна небольшая передышка после встречи с Джейденом, особенно после того, как он смотрел на меня. Я схватила с туалетного столика белого плюшевого медведя и прижала к груди. Его звали Джуниор Минт или просто Джуниор. Обнимая его, я села на свою большую кровать. Сердце билось так громко, что я слышала каждый удар. И вроде все было как прежде, но в то же время что-то изменилось. Они смотрели на меня как на девушку, а не как на чью-то младшую сестpy.