Кирилл-крыса

---

На следующее утро в подвале было тихо. Пацаны спали, кто где: кто на диване, кто прямо на матрасе на полу. Я тихо вышла на кухню, поставила чайник, когда услышала, как Вахит разговаривает по телефону в коридоре.

Голос у него был серьёзный, почти злой:— Да, понял. Спасибо за инфу.

Он вернулся, бросив мобильник на стол.— Кирилл… — начал он и замолчал.

Все сразу проснулись. Вова приподнялся, глядя на него:— Что с ним?

Вахит нахмурился:— Он не просто сбежал. Его видели рядом с "Домбытом". Вчера, после замеса. Стоял и ржал с их лидером, будто они старые друзья.

Я резко почувствовала, как внутри всё сжалось.— То есть… он всё это время был с ними?

— Похоже на то, — сказал Вахит. — Инфа проверенная.

Марат сжал кулаки так, что хрустнули пальцы:— Вот крыса. Значит, всё подстроено было.

Вова встал, его голос был ледяным:— Кирилл слил нас "Домбытам". Вот почему они знали, где мы будем.

Турбо нахмурился и тихо сказал:— Вопрос теперь один. Он просто крыса или играет двойную игру?

Я не выдержала:— Какая разница?! Он предал вас. Предал всех нас.

Вова посмотрел прямо на меня, спокойно, но так, что мороз прошёл по коже:— Разница есть. Если он просто продался, мы его достанем. Но если он ещё и заслан к нам специально… тогда это совсем другое.

Айгуль, всё это время молчавшая, тихо сказала:— А если он вернётся?

— Вернётся, — отрезал Вова. — Но уже не как друг.

---

Вечером снова пришёл связной. Он был в капюшоне, лицо почти не видно. Он быстро передал Вове какую-то бумажку и исчез.

Вова развернул её, и все собрались вокруг. На клочке бумаги было написано:

"Кирилл с ними. Ведёт их к вам. Скоро."

Подвал погрузился в тишину.

Я почувствовала, как Турбо тихо сжал мою руку, и поняла — спокойные дни закончились.

---

---

На третий день после замеса тишина во дворе сменилась тяжёлым гулом шагов. Через окно подвала я увидела, как по снегу идут силуэты. Их было много — десятка два, не меньше. Впереди шёл Кирилл.

Он даже не прятался. Шёл нагло, с ухмылкой на лице, будто уже победил. Рядом с ним — тот самый коренастый лидер «Домбыта».

— Идут, — спокойно сказал Вова, отодвигая шторку. — Ну что, встречаем.

Пацаны поднялись как один. Атмосфера в подвале стала тяжёлой, но в каждом чувствовалась решимость.

— Ты остаёшься здесь, ясно? — сказал Турбо, глядя мне прямо в глаза.

Я кивнула, хоть внутри всё протестовало.

---

Они вышли во двор. Снег скрипел под ногами, холод обжигал лица.

Кирилл громко крикнул:— Ну что, слабаки, думали меня выгнать и всё? Теперь у вас нет шансов!

Вова вышел вперёд и холодно ответил:— Шансов нет у тебя.

Секунда тишины — и двор взорвался грохотом. «Домбыты» пошли толпой, рассчитывая задавить числом. Но пацаны держались сплочённо. Вова — первый удар, Марат и Вахит прикрывают бока, Турбо действовал быстро и жёстко, точными ударами выводя соперников из строя.

Несколько человек упали почти сразу, остальные замедлились, видя, что их строй рушится.

— Бейте! — кричал Кирилл, но даже его люди начали пятиться, когда Марат уложил сразу двоих.

И вот настал момент: Турбо и Вова одновременно вышли на лидера «Домбыта». Бой был коротким, но жёстким — их удары шли чётко, и в конце Вова сбил его с ног прямым ударом. Лидер рухнул в снег, хватая ртом воздух.

Кирилл остался один. Его взгляд метался, он отступал назад, пока не упёрся в стену.

— Ну что, герой? — Вахит шагнул к нему.

Кирилл дрожал. Он пытался что-то выкрикнуть, но Вова поднял руку, останавливая всех.

— Хватит, — сказал он твёрдо. — Мы показали, кто сильнее. Но если ты ещё раз попробуешь предать нас — тебе не поможет даже весь «Домбыт».

Кирилл побледнел. Он понимал: это поражение — полное.

«Домбыты» уже валялись в снегу, многие уходили, поддерживая друг друга. Их лидер, держась за рёбра, поднял руку:— Всё… отходим…

И они ушли. Оставив Кирилла стоять в одиночестве.

---

Когда пацаны вернулись в подвал, я бросилась к Турбо, проверяя, цел ли он. На лицах у всех были ссадины и усталость, но главное — они стояли. Живые. Победившие.

Вова сел на стул и вытер кровь с губы.— Всё. Они нас больше не тронут.

Марат усмехнулся:— Кирилл теперь сам себе приговор. Никто не будет ему верить. Ни мы, ни «Домбыты».

Я посмотрела на пацанов и впервые за долгое время почувствовала облегчение. Мы выиграли.

Но в глубине души знала — история ещё не закончена.

---