Тень белого лотоса

Арена, ещё недавно гудевшая от криков, теперь казалась мертвой.Словно сама столица задержала дыхание.

Тело мастера «Лазурного ветра» лежало на каменных плитах, глаза открыты и смотрят в небо, которое, казалось, не замечало ни смерти, ни страха.Рядом — белый лепесток лотоса, чуть тронутый кровью.

Шёпот толпы катился волной:— Лотос…— Опять лотос…— Убийца вернулся…

Лян Чжэнь стоял среди учеников своей школы, чувствуя, как холод пробирается под одежду.Он видел смерть, но эта смерть была другой.Тихой. Почти изящной.И пугающей тем, что она могла настигнуть кого угодно.Глухой звук гонга прорезал оцепенение.На арену высыпала императорская стража — доспехи сверкали, на плащах серебрились вышитые драконы. Командир, мужчина с узким лицом и хищными глазами, поднял руку:

— Всем оставаться на местах!

Стражники окружили тело, другой отряд встал вдоль трибун, отрезая путь к выходу. Толпа загудела, кто-то из простолюдинов всхлипнул.

— Всем школам ждать распоряжений! — громко произнёс командир. — Никто не покидает арену, пока не будут опрошены свидетели.

Лян сжал кулаки.Свидетели… А что я скажу? Что видел белый лотос и пустоту на трибуне?На галереях знати зашевелились занавески.Женщины в шёлке бледнели и прятали лица за веерами, мужчины переговаривались шёпотом.Турнир, который должен был стать праздником силы и доблести, превратился в ловушку страха.

И в этот момент Лян Чжэнь заметил движение на дальнем краю галереи.

Белое одеяние.Серебряная заколка.Холодный взгляд, который, казалось, не отражал ни страха, ни удивления.

Цзян Юй вернулся.

Он спустился с трибуны медленно, не спеша, словно и не было только что убийства. Толпа расступалась сама, стражники отступали перед его шагами, как вода перед камнем.

Лян Чжэнь почувствовал, как сердце сбивается с ритма.Он… снова здесь.Цзян Юй остановился у края арены, чуть склонил голову, глядя на тело мастера.— Печально, — произнёс он холодно, так, что слова прозвучали почти как насмешка.

Командир стражи скривился, но промолчал. Никто не решался возразить наследнику клана «Ледяной реки».

А потом его взгляд упал на Ляна.

На миг в мире остались только они.Толпа, крики, шум — всё стало глухим.

— Ты, — тихо сказал Цзян Юй, подходя ближе. — Ты ведь снова был рядом.

Лян Чжэнь выпрямился, чувствуя, как по спине бежит холодок.— Я… видел, — ответил он.

— Ты видишь слишком много, ученик горной секты, — в голосе Цзян Юя не было ни угрозы, ни дружелюбия. Только констатация факта.

Лян не знал, что ответить. В груди смешались страх, злость и странное, непрошеное притяжение.

Цзян Юй сделал шаг ближе — достаточно, чтобы Лян почувствовал запах холодных трав и горного ветра, исходящий от его одежды.— Советую… забыть, что ты видел. Иначе столица быстро проглотит тебя, как проглотила его.Он кивнул на труп мастера.

С этими словами Цзян Юй развернулся и пошёл прочь, оставляя за собой странное ощущение пустоты и холода.Лян Чжэнь смотрел ему вслед, чувствуя, как внутри загорается другое чувство — не страх, а решимость.

Нет. Я не могу закрыть глаза.

Перед ним открывался новый мир столицы — мир интриг, смертельных секретов и белых лотосов.И если он хотел выжить и прославить свою школу, ему придётся войти в эту игру.

Он сделал шаг к арене, глядя на белый лепесток, и сжал кулаки.

Я найду правду. Даже если она приведёт меня прямо к Ледяному принцу.