15

«неделю 2 месяца» 15 февраля.

я уже переехала обратно к братьям, тётя с дядей опять уехали, так что я опять ответственная за порядок.

——-

За окном доносились звуки «Macarena» из чьего‑то открытого окна, а рядом на тумбочке мигал таймер электронных часов — 02:17. Наконец усталость взяла своё, и я погрузилась в сон.

Мне снился наш старый двор — тот самый, где я выросла. На скамейке у подъезда, как в детстве, сидел папа. Он выглядел таким живым, таким настоящим — в своей любимой кожаной куртке и спортивных штанах «Адидас», с этой его доброй улыбкой, от которой вокруг глаз собирались морщинки. Рядом на асфальте лежал кассетный плеер с надписью «SONY», а из него тихо играла «Белые розы» группы «Ласковый май».

— Пап! — я подбежала к нему, обняла крепко‑крепко и вдруг почувствовала, как слёзы подступают к глазам. — Как же я по тебе скучаю... Мне так не хватает тебя сейчас.

Папа ласково погладил меня по волосам:

— Ну‑ну, моя хорошая, не плачь. Что случилось? Расскажи мне.

И я начала рассказывать про Валеру — не как мы познакомились, а что чувствую рядом с ним. Как он умеет одним взглядом поднять настроение, даже когда на улице льёт дождь. Как вчера принёс мне горячий чай, хотя сам опаздывал на встречу с друзьями. Как слушает, когда я болтаю о чём‑то своём, и не делает вид, что ему интересно, — а действительно слушает, задаёт вопросы, улыбается в нужные моменты.

— С ним так легко, — добавила я тихо. — И в то же время я чувствую себя... важной, что ли. Будто он видит во мне что‑то особенное. вы так с ним похожи, но всё равно боюсь, что ты бы нашёл в нём какой‑то недостаток. Что он тебе бы не понравился.

Папа помолчал, задумчиво глядя вдаль, потом повернулся ко мне и улыбнулся — так тепло, что у меня сразу стало легче на душе:

— Белла, посмотри на себя. Ты сияешь, когда говоришь о нём. Это видно сразу. Если он заставляет тебя так светиться, если относится к тебе с уважением и любовью — значит, он достойный человек. Я одобряю твой выбор.

Он снова обнял меня, и я почувствовала то самое знакомое ощущение защищённости, которое было рядом, пока папа был жив.

— Доверяй своему сердцу, — прошептал он. — И знай: я всегда рядом. Даже если ты меня не видишь, я всё равно тебя оберегаю. Будь счастлива, моя девочка.

Я улыбнулась сквозь слёзы и прошептала:— Спасибо, папочка...

Вдруг всё вокруг начало мягко мерцать, солнце засияло ещё ярче, а ощущение папиных рук на плечах стало таять — но тепло осталось. Оно осталось внутри, согревая меня, наполняя уверенностью.

——-

Я проснулась под звуки радио, где как раз играла «Миллион алых роз» Пугачёвой. На губах застыла лёгкая улыбка, а в душе — удивительное спокойствие. Теперь я точно знала: папа одобрил.

я пошла в ванную. помыла голову и умылась. сразу после ванной, я зашла в свинарник к братьям. они мирно спали. я стянула Марата за ногу.

-АААА Белла! ты дура чтоли?!-завопил он, а Вова сонно отрыл глаза.

-подняли свои задницы и начали убирать свой свинарник!-я отпустила Марата и начала выходить, но повернулась к ним.-у вас два часа.

я пошла на кухню и приготовила завтрак. в дверь постучали и я пошла открывать. на пороге стоял Валера.

-пошли в кино вечером?-он обнял меня.

-пошли, во сколько?-я улыбнулась и поцеловала его в щёку.

-в 19.00 возле кино.-он подмигнул и ушёл.

я улыбнулась, смотря ему в след, но вышел Вова.

-кто приходил?

-дверью ошиблись.-я закрыла дверь и пошла на кухню.

сев за стол, я вспоминала сон и улыбалась. папа любил меня, просто я этого не замечала.

—— 18.50

я была уже готова и стояла на улице рядом с кинотеатром. люди были счастливые, кто-то только шёл в кино, а кто-то уже уходил. были и парочки и родители с детьми, даже старички. я улыбалась и смотрела на них, в душе было тепло.

я простояла до восьми, но Валеры так и не было. улыбка давно спала и осталась только злость и холод. я уже хотела уйти, но увидела его. он шёл ко мне, хромая, одной рукой держась за бок, а в другой был букет белых роз, но на них были капли крови.

я замерзала и смотрела в его зеленые глаза. Валера подошёл, опять побитый. разбитая губа, которая уже дано не могла зажить, грязная куртка и опять рассечённая бровь.

Туркин дал мне букет и улыбнулся:

-зай, прости.-прошептал он, а я вскипела.

-прости? просто прости?!Валера, ты всегда побитый, всегда!-я сжала букет белых роз, с них начала капать кровь.-я пришилась для того, что бы вас лечить, но это не важно сейчас.-я вздохнула.- ты меня вообще любишь?

-конечно люблю.-твёрдо сказал он.

-а мои нервы видимо нет. я всегда жду и боюсь за тебя и за братьев.-прошипела я.-раньше у меня было больше сердце, а сейчас от него ничего не осталось.

он стоял и смотрел на меня, а потом просто обнял меня и я заревела как маленькая девочка.

-я переживала вообще-то! понимаешь? переживала.-закричала я и била его.

-прости, прости меня.-шептал он мне на ухо и мне стало легче.

-ещё раз такое случится, полетишь как Бобик с моей жизни.-я отстранилась и начала уходить, но увидела котёнка и села рядом с ним.

Валера подошёл ко мне и тоже увидел малыша. я посмотрела на него со слезами на глазах.

-он такой маленький.-прошептала я.

-давай я его к себе заберу?-Валера улыбнулся и я кинулась на него.

-правда?! ты не врешь?!

-правда.-он улыбнулся и завернул котёнка в свою куртку.

я поцеловала его в щёку и улыбнулась. я уже простила его. любовь-самое страшное проклятие.

«Он показал, что значит искренне любить,Так безнадежно, нежно, без упрека.И, засыпая, жаждать каждый миг До встречи у знакомого порога.»