Сталкер

Элиас сидел, вперившись в экран ноутбука. Вечера его жизни сливались в однообразную серую массу: мерцающий дисплей, разбросанные бумаги, остывшие кружки кофе, словно памятники его трудоголизму, и тихая, едва слышная музыка, заглушавшая гул в голове. Он был настолько поглощен работой над сложным алгоритмом, что мир вокруг перестал существовать.

Внезапный грохот разорвал тишину, словно взрыв. Элиас подскочил, сердце бешено колотилось в груди.

Инстинктивно схватив тяжелый пресс-папье, он отшатнулся от окна, наблюдая, как осколки стекла разлетаются по комнате, словно ледяные брызги.

— Твою мать! — выдохнул он, оглядываясь по сторонам.

На полу, среди сверкающих обломков, лежал небольшой булыжник и несколько фотографий. "Что ж, интересно," - пронеслось в голове, несмотря на охвативший его страх.

Элиас бросился к окну, надеясь увидеть хоть какую-то тень, силуэт, намек на виновника этого безумия. Но, как и ожидалось, улица была пуста. Лишь редкие прохожие спешили по своим делам, не обращая внимания на разбитое окно и перепуганного человека внутри.

В горле застрял ком ругательств. Элиас выкрикнул несколько проклятий в пустоту, но это не принесло никакого облегчения. Ярость и страх боролись внутри него, пытаясь вырваться наружу.Вспомнив о фотографиях, он поспешил к ним. В полумраке комнаты они казались зловещими посланиями. Элиас дрожащими руками поднял первую.

— Что за… — прошептал он, чувствуя, как холодок пробегает по спине.На фотографиях был он. Он, переодевающийся в своей квартире.

Фотографии были сделаны с разных ракурсов, но все они были сделаны недавно. Кто-то, явно, следил за ним.На каждой фотографии красовалась надпись, написанная жирным, размашистым почерком. Надписи были отвратительными, пошлыми, полными грязных намеков. Элиас не мог поверить своим глазам.

Руки его дрожали все сильнее. Дыхание стало прерывистым, поверхностным. Он огляделся по сторонам, словно ожидая, что из тени сейчас выскочит этот безумец.

Он не на шутку испугался. Какой-то псих буквально сталкерил его. Он вторгался в его личное пространство, в его дом, в его жизнь. И самое страшное – он не знал, кто это.

Сердце Элиаса забилось где-то в горле, когда он услышал подозрительный шорох за окном. Не привлекая внимания, он старался не подавать виду паники, поэтому просто спокойно занавесил окно и сразу же пулей побежал к телефону, чтобы вызвать соответствующие службы и рассказать о психе, который явно рядом. Буквально спотыкаясь об каждую ступеньку, Элиас спустился на первый этаж, паника брала свое, но все же, он старался держать себя в руках.

Его внимание привлек конверт, лежащий на столе в кухне. Взяв первый попавшийся нож, он медленно подошел и принялся смотреть содержимое конверта. Там лежала записка. Дрожащими руками он раскрыл ее. Все, что там было, это только одна фраза:

«Посмотри в окно и попытайся разглядеть меня».

За окном было темно, все, что Элиас видел, это только свой силуэт. Но, немного приглядевшись, он увидел его…

Высокий брюнет с аккуратно уложенными волосами стоял в проеме двери, облокачиваясь об стену. Нож выпал из рук. Элиас начал медленно отходить все дальше, но это было бесполезно. Парень начал подходить все ближе, пока не прижал младшего к стене. Тела столкнулись. Элиас зажмурил глаза, надеясь, что это все сон и его не убьют. Но нет.

Брюнет наблюдал за тем, как младший шепчет все возможные маты, дергается. Что ж, зрелище забавное.

— Меня очень заводит то, как ты материшься. Я думал, ты даже таких слов не знаешь.

Тьма сгущалась вокруг, липкая и удушающая, но сейчас Элиас почти не чувствовал ее. Чужие руки обхватили его талию, словно стальной капкан, но вместо страха в венах закипала странная, незнакомая дрожь. Дыхание обжигало шею, горячее и терпкое, как глоток крепкого вина. От чуть грубого, но сексуального тона вскружило голову, заставляя забыть о том, где он и почему здесь.

Элиас приоткрыл глаза, разглядывая незнакомца. Ярко выраженные скулы, словно высеченные из камня, карие глаза, в которых плескался темный омут, аккуратный нос, большие губы, призывно изогнутые в полуулыбке. И главное – взгляд. Пронзительный, оценивающий, хищный. Он чертовски заводил блондина. Тот, казалось, даже забыл о страхе, который еще недавно сковывал его движения.

— Как ты попал сюда? Кто ты? — выдохнул Элиас, опуская взгляд в пол. Голос дрожал, выдавая его смятение.

Брюнет не ответил. Его пальцы, сильные и теплые, коснулись подбородка парня, заставляя смотреть прямо в глаза. Взгляд метался по всему лицу, словно голодный зверь, выискивая самое лакомое место, зацикливаясь на губах, пухлых и чуть приоткрытых. Никто не решался сделать первый шаг, но напряжение между ними было таким плотным, что его можно было потрогать.

— Знаешь, я всегда хотел тебя, — прошептал брюнет, наклоняясь слишком близко. Его дыхание опалило щеку Элиаса, и по телу блондина пробежали мурашки. В животе потянуло, в штанах стало тесно. Его явно не смущал тот факт, что он возбудился от незнакомого человека, от его голоса, от его взгляда.

Руки брюнета потянулись ниже, сжимая бедра, заставляя Элиаса прижаться ближе. Губы коснулись нежной кожи шеи, проводя дорожку горячих, влажных поцелуев. Элиас тяжело выдохнул, выгибая шею, предоставляя больше места для ласк. Он чувствовал, как теряет контроль, как разум затуманивается, оставляя место лишь животным инстинктам.

Их губы соприкоснулись. Поцелуй был неумелым, робким, но от этого еще более волнующим. Элиасу никогда не приходилось целоваться в засос, он никогда не позволял себе подобной близости, но сейчас, в этой странной, пугающей и одновременно возбуждающей ситуации, он просто не мог сопротивляться. Поцелуй был ужасно заводящим, заставляя сердце бешено колотиться в груди. Он чувствовал, как брюнет углубляет поцелуй, приоткрывая его губы и проникая языком внутрь. Элиас ответил, неумело, но страстно, отдаваясь во власть незнакомца. Страх отступил, уступая место желанию, жажде, голоду. Он хотел большего, он хотел чувствовать его, хотел утонуть в этом безумии. Элиас чувствовал, как его сердце колотится в груди, а дыхание становится все более прерывистым. Он не мог понять, что происходит — страх и возбуждение смешивались в его голове, создавая невыносимую бурю эмоций. Брюнет, казалось, наслаждался этой игрой, его губы искали близости, а глаза светились игривым вызовом.

— Ты не должен бояться, — произнес он, его голос был низким и обволакивающим, как теплый плед. — Я не причиню тебе вреда.

Элиас не мог сдержать дрожь, когда пальцы незнакомца скользнули по его щеке. Он хотел отстраниться, но тело предавало его, не желая покидать это опасное близкое расстояние.

— Кто ты? — снова спросил он, но на этот раз его голос звучал не так уверенно.

— Я тот, кто наблюдает за тобой, — ответил брюнет, его губы изогнулись в легкой усмешке. 

Элиас почувствовал, как его охватывает паника, но в то же время он не мог отвести взгляд от этих карих глаз, полных загадок и обещаний.

— Ты псих! — выдохнул он, но в его голосе не было той уверенности, которую он хотел бы услышать.

— Может быть, — согласился брюнет, наклоняясь еще ближе, так что их губы почти соприкоснулись.

— Но разве это не делает нашу встречу еще более интересной?

Элиас закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями. Он знал, что должен был сопротивляться, но его тело, казалось, жаждало этого момента. Он чувствовал, как брюнет притягивает его к себе, и в этот миг все его страхи и сомнения растворились в воздухе.

— Ты не должен бояться, — снова произнес брюнет, его голос стал мягче. 

Элиас открыл глаза и встретился с его взглядом. В нем не было угрозы, только искренний интерес. Он не знал, что делать, но одно было ясно — эта встреча изменила все.

— И что ты собираешься делать дальше? — спросил он, пытаясь сохранить хоть каплю достоинства.

— Я собираюсь показать тебе, что значит быть свободным, — ответил брюнет, его губы наконец коснулись губ Элиаса, и тот почувствовал, как мир вокруг них исчезает.

Элиас лежал на диване, его сердце билось так быстро, что он боялся, что оно выскочит из груди. Алекс, кареглазый брюнет, навис над ним, его тело тяжело давило на Элиаса, но это чувство было приятным, почти опьяняющим. Алекс начал медленно растягивать пуговицы на майке Элиаса, его губы оставляли горячие следы на белой шее младшего, вызывая у него тихие стоны.— Черт, как же я возбужден... — прошептал Алекс, его голос звучал грубо и прокуренным, от этого по телу Элиаса пробегали мурашки.Элиас сжимал край простыни, его дыхание становилось все более прерывистым. Алекс, не отрывая взгляда от его лица, продолжал медленно спускаться вниз, оставляя поцелуи на обнаженной коже.— Избавься от этой ненужной вещи, пока я не порвал ее, — голос Алекса звучал властно и требовательно, от этого Элиас дрожал еще сильнее.С дрожащими руками Элиас быстро снял майку, оставляя на себе лишь шорты. Алекс, увидев его обнаженное тело, улыбнулся ехидной ухмылкой, его глаза горели страстью. Он рассматривал Элиаса словно хищник, готовый напасть на свою жертву.

— Ты очень красив, милый, — прошептал брюнет, его голос звучал низко и соблазнительно. Элиас не мог сдержать улыбку, его щеки слегка покраснели от смущения и удовольствия.

— Продолжим, — ответил он, чувствуя, как в груди разгорается огонь.

Следующие 20 минут проходили в ласке тела. Поцелуи, засосы, укусы. Элиас стонал под незнакомцем, с каждым разом прижимаясь все ближе. Казалось, еще немного, и их тела сольются в единое целое. Руки брюнетa блуждали по всему телу Элиаса, изучая каждый сантиметр, губы целовали каждую родинку.

Элиас закрыл глаза, позволяя себе погрузиться в этот момент. Он чувствовал, как его тело реагирует на каждое прикосновение, каждое движение. Это было нечто большее, чем просто физическая близость — это было соединение душ, которое он никогда не испытывал раньше.

Брюнет подхватил его за талию, слегка приподнимая.

— Согни колени, — сказал он, и в голосе его звучала уверенность, от которой у Элиаса перехватило дыхание.

Элиас стоял, опершись руками о край дивана, его тело слегка дрожало от смеси страха и возбуждения. Незнакомец, чье имя он еще не знал, медленно снял с него шорты, обнажив гладкую кожу и тонкую талию. Воздух в комнате казался густым, наполненным напряжением. Брюнет, не теряя времени, провел рукой по спине Элиаса, вызывая мурашки.  

"Расслабься," прошептал он, его голос был низким и властным.  

Элиас почувствовал, как пальцы незнакомца коснулись его самого уязвимого места. Первый палец вошел легко, но второй заставил его вскрикнуть от внезапной боли. Брюнет, не останавливаясь, прижал губы к его шее, целуя и успокаивая. Его дыхание было горячим, а руки уверенными.  

"Ты справишься," прошептал он, и Элиас почувствовал, как его тело постепенно расслабляется.  

Когда брюнет достал презерватив и смазку, Элиас понял, что сопротивляться уже не может и не хочет. Он почувствовал, как головка члена прижалась к его промежности, и его сердце заколотилось.  

"Сейчас будет больно," предупредил незнакомец, но Элиас уже не мог думать о боли.  

Первый толчок был резким, но брюнет тут же прижал его к себе, их губы встретились в поцелуе, горячем и влажном. Постепенно боль уступила место новым ощущениям — теплу, наслаждению, близости. Элиас выгнулся, его стоны стали громче, а тело отвечало на каждое движение.  

Брюнет, не сдерживаясь, начал двигаться быстрее, его руки крепко держали Элиаса за бедра. Каждый толчок был точным, словно он знал, как довести младшего до предела.  

"Быстрее," прошептал Элиас, его голос дрожал.  

И брюнет ускорился, их тела слились в едином ритме. Элиас почувствовал, как волна удовольствия накрывает его, его тело затряслось, и он крикнул, сжимая простыни в кулаках. Брюнет сделал еще несколько резких движений, прежде чем его тело напряглось, и он издал низкий стон.  

Они остались лежать рядом, дыхание их было тяжелым, а тела мокрыми от пота. Никто не говорил ни слова, но в их молчании было больше, чем все слова.