Глава 9

- Тебе лучше? - в ответ на мои слова Ньют только слабо улыбнулся.

На секунду мне отчаянно захотелось его коснуться. Это желание промелькнуло так же быстро, как и исчезло, я даже не успел придать ему особого значения. Блондин сидел, прижавшись спиной к стене. Его кожа будто бы светилась изнутри, становясь ещё бледнее, чем обычно.

- Хватит пялиться... - прохрипел он.

Я посмотрел ему прямо в глаза. Его грудная клетка мерно поднималась и опускалась в такт дыханию. Мне казалось это настолько немыслимым, что, по ощущениям, оставалось всего пара минут до того, как я окончательно сойду с ума. Отсутствие сна дало о себе знать: меня резко начало клонить в сон, и я понял, что уже слишком поздно. Ньют, судя по всему, даже не собирался подниматься с пола, так что единственное, до чего я додумался, - это притащить ему подушку и плед. Я так и сделал под презрительным взглядом этой «феи» со сломанным крылом.Я сел возле него. В тот момент мне до безумия захотелось почитать Библию. Вообще, в последнее время мне нравилось её перечитывать - на душе становилось так спокойно и легко... Любой атеист сейчас бы отвернулся и блеванул от моих слов. Я и сам сделал бы то же самое, но до того момента, как заинтересовался этой темой после гибели брата Бренды. В ней таилось что-то, что теперь не давало мне покоя. Вопрос, мучающий меня всю мою жизнь. И пусть сейчас был не самый подходящий момент, мне жизненно необходимо было узнать правду.

Я сидел рядом с Ньютом, наблюдая за его медленным восстановлением. Я ничем не мог ему помочь, но знал, что сейчас самое главное - просто быть рядом. В тишине я наконец набрался храбрости, чтобы задать вопрос, который давно не давал мне покоя:

- Ньют, - начал я, осторожно подбирая слова. - Ты ведь ангел, верно? Можешь рассказать мне о загробной жизни? Каково это там, по ту сторону?

Ньют медленно повернул ко мне голову, и в его глазах я увидел что-то неописуемое - глубокую мудрость и бесконечную грусть одновременно.

- Томми, - мягко сказал он, - это место не так-то просто описать вашими словами. Там всё иначе, совсем не так, как вы себе понавыдумывали. Пение ангелов... это как симфония всех возможных звуков. В один момент из-за этого становится слишком громко. Невыносимо громко. Накатывает дикий страх, а затем тебе протягивают руку и отправляют на Суд Божий, где всё и решается.

Я внимательно вслушивался в его хриплый голос, стараясь осознать услышанное.

- А те, кто ушёл... мы встретим их там?

Ньют слегка улыбнулся, и в этой улыбке было столько утешения, что я физически почувствовал, как тяжёлый камень немного отступил от сердца.

- Да, Томми, мы встретимся с теми, кого любили. Связи, что у нас есть здесь, не исчезают. Они продолжаются, становясь частью вечности.

Я не знал, зачем это спросил. За все годы своего существования я так и не обрёл того самого родного человека, по которому буду проливать горькие слёзы на кладбище и ставить свечи за упокой. Я будто бы просто существовал в этом мире, но не жил. Но, слушая его, я чувствовал, как на сердце становится легче. Даже если не всё было понятно, даже если впереди ждал долгий и пугающий путь, эти слова дарили мне надежду.

Мои пальцы незаметно скользнули ему под ладонь. Заметив, как он болезненно скривился, я тут же отпрянул.

- Всё в порядке, - тихо буркнул он. - Я просто... не особо тактильный. Хотя сейчас в этом нет смысла.

Я его не понимал, потому что сам был слишком тактильным человеком. Мне всегда нравилось, когда мама гладила меня по голове, как Минхо крепко обнимал при встрече в школе, как Тереза... целовала.

- Стоп. Ты говорил, что «нечто сильнее меня» караулило у двери... Что именно ты имел в виду? - я только сейчас вспомнил его давешние слова.

Ньют медленно повернул голову в мою сторону, и я замер.

- Знаешь, некоторым крупно не везёт... Тебе попался я, так что лучше бы радовался. Всё же новичок-стажёр куда лучше, чем демон.

От последнего слова внутри всё мгновенно похолодело. Я знал, что есть альтернатива Библии. Знал, что существует и нижний мир, помимо Рая. Я слишком хорошо помнил, как в доме у Бренды нашли звезду, начерченную на полу пеплом. Смерть Джорджи была этаким ритуалом. Только я так и не мог понять, чего именно он этим добивался.

- Стоп... Получается, Тереза...

- Прости, Томми, - тихо перебил меня Ньют. - Я ничем тут не смогу помочь.